Последний Порог - Роберт Сальваторе

Они знали правду о Боннего, и Мифрил Хал, конечно, вероятно, также знал — и таким образом, также знал, что пирамида из камней в Мифрил Халле, обозначающая могилу Короля Бренора, была просто грудой камней. Но они никогда открыто этого не признают.

Нелепость открытого двуличия, конечно, не ускользнула от Дзирта, но он обнаружил, что он одобряет, подмигивает и кивает, и то, что Боевые Топоры праздновали окончательную победу, которая ознаменовала гибель его дорогого друга, принесло ему тепло и утешение.

— Ты надолго в долине? — Стокли спросил Дзирта десятидневку спустя, когда у них появился удобный момент вне горнорудного комплекса на нижних тропах Пирамиды Келвина.

— Возможно навсегда, — ответил Дзирт, и он отметил одобрительный кивок и усмешку Стокли. — Мне больше некуда пойти, где я смогу чувствовать себя как дома.

— Конечно, я это понимаю! Но я не думаю, что твои друзья разделяют это мнение. Амбра, вероятно, разделяет, и товарищ монах, но не другие трое, главным образом тот сломанный парень.

— Ты в этом уверен, или, возможно, ты просто хочешь, чтобы Эффрон ушел? — спросил Дзирт, и при этом замечании Стокли напрягся.

— Ну, проклятые тифлинги демонические или дьявольские порождения, — неловко сказал дворф.

— А я порождение дроу, — напомнил Дзирт.

Стокли мог только пожать плечами. — Мы не будем его прогонять, — промолвил он.

Дзирт засмеялся. — Мы не останемся здесь надолго.

— Ты только что сказал навсегда.

— Здесь в Пирамиде Келвина, — пояснил Дзирт. — Возможно, мы обоснуемся в Брин Шандере, или, возможно, нам больше подойдет Одинокий Лес. Далии и Энтрери не очень уютно с вашими тоннелями.

Стокли сузил глаза.

— Ты их пригласил, — быстро добавил Дзирт, и он поклонился, дабы сгладить растущее напряжение. — Далия эльфийка, в конце концов, а Энтрери…

— Не всегда друг Боевых Топоров, а? — перебил Стокли.

— Хотя больше не враг, иначе я бы никогда не привел его сюда. На самом деле, если бы это было так, я бы не путешествовал с ним.

— Тогда идите, куда собирались, — промолвил Стокли. — Но если ты остаешься в долине, навещай меня и парней.

— Обязательно, — уверил его Дзирт.

Позже в тот же день, Дзирт, Далия и Энтрери ехали от Пирамиды Келвина в Брин Шандер, где дроу надеялся, они смогут положить начало своим долгосрочным планам. Афафренфер проводил их, но остался, дабы следить за Амброй и ее безграничными возлияниями. Эффрон также, к удивлению, заявил, что он остается, и Дзирт узнал, что Стокли попросил тифлинга сделать это, дабы они смогли провести некоторое время наедине, и Эффрон смог лучше объяснить свое наследие. Эта идея глубоко поразила Дзирта и напомнила ему, что дворфы Боевого Топора были не такими ксенофобскими, как многие расы Фаэруна. Непредубежденный Бренор долгое время тому назад подружился с бродягой темным эльфом, в конце концов, и теперь Стокли, очевидно, пытался продолжить эту традицию.

Уверенность Дзирта, что он поступил верно, приведя своих спутников в эту отдаленную, казалось бы, заброшенную, но, в конечном счете, гостеприимную землю, только возросла, когда он покинул комплекс Клана Боевого Топора.

Далия ехала на Андахаре позади Дзирта, но дополнительный вес не мешал сильному скакуну, и трио прибыло в Брин Шандер в тот же день, хотя после того, как зашло солнце и холодный ветер начал дуть сильнее. Городские ворота были закрыты в поздний час, но стражники признали Дзирта До’Урдена и были более чем рады пропустить его со спутниками.

— Когда караван возвращается в Лускан? — спросил один стражник, когда странные и сильные скакуны прошли между небольшими сторожевыми башнями западных ворот.

Дзирт пожал плечами, он не знал и его это не интересовало. Он слез с Андахара и велел Далии сделать то же самое, затем отпустил единорога, а Энтрери отпустил своего кошмара.

— Когда разыщем лидеров города, нужно наняться разведчиками, — объяснил Дзирт, пока они шли к ближайшей таверне.

— Как долго ты собираешься здесь оставаться? — спросил Энтрери.

Дзирт резко остановился и посмотрел вокруг, дабы убедиться, что их не подслушивают.

— Джарлакс советовал остаток сезона или больше, — признался Дзирт.

— Походит на серьезное основание развернуться и уйти, — ответствовал Энтрери.

— Есть могущественные силы, ищущие нас — ищущие меня, по крайней мере — и они найдут вас, также, — признался Дзирт.

— Дрейго Проворный, — предположила Далия.

— Не только он.

— Что ты знаешь? — настойчиво спросил Энтрери.

— Дроу из Гонтлгрима, — признался Дзирт. — Мне сказали, что они знают, кто я такой.

— Прекрасно, — пробормотал Энтрери.

— Что это значит? — спросила Далия.

— Это значит, добро пожаловать в новый дом, — сказал мрачный убийца.

— Джарлакс нам сообщит, когда след остынет, — промолвил Дзирт. — Есть и худшие места для проживания. Вы бы предпочли какое-то другое место?

Резкий вопрос вызвал любопытный ответ Энтрери: пожатие плеч, которое стало признанием того, что на самом деле, это место, вероятно, так же хорошо, как и любое другое.

— Кажется, мы заимели несколько врагов, — признала Далия. — Дрейго Проворный, Сзасс Тэм, и теперь эти темные эльфы. Есть ли достаточно далекий уголок мира.

— Если есть, то мы уже нашли его, — заметил Энтрери.

Это ночью они пили бесплатно, ибо Дзирта признали в таверне, и их стол часто посещали горожане Брин Шандера, предлагая напитки, или даже остановиться в их доме, если трио искало жилье, и просили у Дзирта истории о давних днях.

— Увидели дроу и так приветствуют, — язвительно сказал Энтрери в один из немногих моментов, когда эти трое были в одиночестве. — Поистине трогательно.

— Стокли, — предположил Дзирт. — Очевидно, наши друзья дворфы вернулись в Десять Городов из Гонтлгрима с рассказами о героизме, которые были хорошо восприняты. И я заметил, что ты не отказался от бесплатной еды и напитков.

— Бесплатной? Я зарабатываю ее, терпя их невыносимые вторжения, — промолвил Энтрери. — Я еще не убил никого из них, так что, я заслуживаю еды — и вполне возможно, что напиток помешает мне кого-то убить в ближайшем будущем.

— Если пока мы здесь будет постоянное перечисление подвигов Дзирта, то я вернусь в Лускан и попытаю счастья с Дрейго Проворным, — вставила Далия, вызвав смех Дзирта и Энтрери. Но веселье Дзирта сразу прошло, когда он взглянул на девушку, смотрящую на него поверх ободка ее поднятой кружки, и понял, что в ее шутке не было ни капли истины.