Опасное наваждение - Натали Питерс

– Сегодня утром я был у Масперо и встретил мистера Мак-Клелланда. Он не хотел, чтобы о случившемся знал весь город, а дом Масперо – лучшее место, где можно обо всем разузнать, не привлекая ничьего внимания.

Анна принесла кофе, и они оба взяли чашки. Пока мужчины обсуждали, куда она могла убежать, я надела ботинки. Габриэль и это мерзкое чудовище! Как она могла быть такой слепой? А Давид Тэтчер носится по заведениям, имеющим в городе самую ужасную репутацию. Насколько я знаю, Масперо такой же мерзавец, как и Сет Мак-Клелланд. «Мужчины, – с отвращением подумала я. – Все они одинаковы».

Через десять минут в комнату вошел Гарт. Мак-Клелланд. Похоже, моя спальня сегодня утром стала местом встреч всех мужчин Нового Орлеана.

– Я кое-что узнал, – сказал он. – Кто-то видел, как они… или пара, похожая по описанию на них… на прошлой неделе садились на пароход «Валери Джейн». Они оплатили билет до Сент-Луиса и сейчас, наверное, на полпути туда. «Валери Джейн» – самый быстрый пароход на Миссисипи.

– Нужно ехать вдогонку верхом, – воскликнул Давид. – Против течения они вряд ли делают больше пятнадцати узлов.

– Нет, – возразил Сет, – из-за дождей все дороги развезло. Сплошная грязь. Подождите, «Делта Белл» сейчас в порту? Я знаю ее капитана, Фарлея Сьюарда. Я уговорю его догнать «Валери Джейн». Он до смерти любит гонки.

– Я поеду с вами, – сказал Давид.

– Нет. – Гарт взял Давида за руку. – Возможно, я ошибаюсь, и они уехали в другую сторону, а может, они все еще в городе. Ты нужен мне здесь, Давид. Продолжай поиски, может, тебе удастся узнать что-нибудь важное. И если так… если они не на «Валери Джейн», пошлешь телеграмму Сету в Сент-Луис, и он вернется домой. Сет, я прикажу, чтобы Джордж собрал твой чемодан и отвез его к пристани. А ты отправляйся к Сьюарду и попробуй его уговорить.

Затем все трое вышли из комнаты, даже не взглянув на меня.

– Как глупа молодость, – вздохнула я. – Почему, почему она меня не послушала, Анна? Ничем хорошим это не кончится, ничем. Я боюсь за нее, Анна.

Я вспомнила, в каком отчаянии была сама, когда Сет покинул меня, и как чуть не умерла от горя, если бы не Анна.

Меня спасло то, что рядом со мной была другая женщина, которая сочувствовала мне.

– Анна, я поеду с Сетом! – воскликнула я. – На «Делта Белл»! Упаковывай вещи! Возьми лекарства, чай, немного бренди, водки и какой-нибудь еды. Хватит одного платья, простого и прочного. Нижнее белье и теплый плащ… так, я надену это. И пришей остатки подарков Людвига к нижней юбке! Они могут понадобиться.

Затем я села за стол в музыкальной комнате, чтобы написать несколько слов Стивену. Это было самым тяжким занятием в моей жизни – не потому, что я не знала, что сказать, а потому, что никогда в жизни не писала писем, а с последнего урока у короля Людвига прошло много времени.

– Дарагой Стивен, – писала я слова так, как они мне слышались. С пера на бумагу сорвалась огромная чернильная капля. Я выругалась, разорвала лист и начала снова: – Я знаю што ты паймеш миня. – Кончик пера обломился – я слишком сильно надавила на него. Я растерялась. Все письма за меня писал Давид, а Бог знает, где он сейчас носится. Ясно, что мне не суждено написать Стивену письмо. Ему придется узнать подробности нашего отъезда от кого-нибудь еще, и я надеялась, он действительно поймет меня. А когда я вернусь, я, может быть, наберусь смелости сказать ему правду.

На пристани перед «Делта Белл» кипела бурная деятельность. Чернокожая команда выносила с катера весь посторонний груз и даже мебель, чтобы облегчить судно. Человек на мостках криками поторапливал их. Я решила, что это, должно быть, и есть капитан Фарлей Сьюард. За ним шел Сет.

– Рони. – Кто-то взял меня за руку. Я обернулась и увидела Гарта Мак-Клелланда. – Что ты здесь делаешь?

– Я должна поехать с ним, – сказала я. – Когда мы найдем Габриэль, будет хорошо, если рядом с ней окажется женщина. Я хочу помочь. Пожалуйста, не пытайтесь остановить меня.

– Не буду. А ты действительно делаешь это ради Габи? Или ради самой себя?

У него были добрые голубые глаза. И очень внимательные, как у Стивена.

Я почувствовала, что краснею.

– Я не понимаю, что вы имеете в виду.

– Думаю, что понимаешь.

– Я сейчас вообще ничего не понимаю, – торопливо пробормотала я. – Я не знаю, кто я и чего хочу. Мне нужно уехать, вы можете это понять? Все произошло слишком быстро. Я люблю его… я никому не хочу сделать больно. Я должна сказать вам… о мсье!.. Я не могу выйти замуж за Стивена, даже несмотря на то что я люблю его, потому что я уже давно замужем за Сетом. – Я опустила голову. – Вы думаете, я плохая? Я должна была хоть кому-то сказать об этом! Я не знаю, что мне делать!

Он обнял меня и сказал:

– Тебе предстоит сделать выбор? И ты боишься сказать об этом Стиву?

– Я не могу, – прошептала я, уткнувшись лицом ему в сюртук. – Я несколько раз пыталась, но не смогла. – Я с надеждой подняла глаза на Гарта. – Может быть, вы? Вы скажете ему об этом!

Он покачал своей львиной гривой.

– Это ваше с Сетом дело.

С «Делта Белл» раздался гудок. Гарт ободряюще улыбнулся и сказал:

– Тебе лучше идти на катер. Они сейчас отчалят. Не беспокойся. Тяжелые испытания закаляют. Удачи тебе, Рони. Вам обоим.

И поспешно обняла его, поцеловала и вытерла платком мокрые глаза. Потом велела носильщику нести мой чемодан на катер и подбежала к сходням как раз в тот момент, когда матрос собирался их убрать. Грузный моряк преградил мне дорогу.

– Сегодня пассажиров не берем, мэм, – сказал он.

Нам предстоит гонка и…

– Я знаю, что вам предстоит, – отрезала я. – И я еду с вами. Я жена Сета Мак-Клелланда.

Глава 16

ПОГОНЯ

Огромные лопасти колеса с шумом вспенивали воду, и «Делта Белл» быстро продвигалась вперед. Мы миновали Батон-Руж, потом Натчез, Виксберг, Гринвилл и Мемфис. Прошли то место, где две великие реки – Миссисипи и Огайо – сливаются в один грязный, бурлящий поток. Ночью миновали Иллинойс, где река настолько широка, что с одного берега не виден другой. По крайней мере мне так сказали. Трубы-близнецы извергали два столба густого, черного дыма. Капитан «Делта Белл» покрикивал на матросов, требуя подбросить еще дров в топку.

Река поднялась от дождей и растаявшего снега, течение стало сильнее, поэтому приходилось бороться за каждую милю. К счастью, благодаря дождям река стала глубже, и у нас было меньше шансов сесть на мель. Лоцман все время измерял глубину, и его крик перекрывал грохот поршней и гул котла: «Четыре с половиной! Пять! Пять с четвертью!» Какие-то обломки то и дело ударялись о борт судна и некоторые из них захватывались лопастями колеса и перемалывались в порошок. Благодаря острому глазу лоцмана и капитану, отлично знавшему русло реки, нам удалось благополучно избежать многих опасностей на пути.