Современный российский детектив-2. Компиляция. Книги 1-23 - Андрей Владимирович Поповский

– Ты, что ли, герой? – обратился он к Пикинесу. – Ну, давай!

Пикинес был для своих семнадцати лет крепкий молодой бизон с большим опытом уличных драк. Оттого нос проломлен и приплюснут. Он подошел к Олегу борцовской походкой вразвалочку и прорычал:

– Мне по фиг, что ты сынок шишки. Щас ты у меня будешь искать пятый угол.

Олег принял боевую стойку. Сразу стало ясно: парень занимается карате.

– Ну, что, жентльмен хренов, давай! – снова прорычал Пикинес. – Или тебе про трусики повторить? Мы тут любим размножаться в коллективе. Давай, присоединяйся со своей умной машей. Бомбардир для нее всегда найдется.

Олег в высоком прыжке нанес удар ногой по носу-пуговке Пикинеса. Получилась увесистая оплеуха. Толпа заорала, подбадривая своего пацана. Пикинес бросился в атаку, но его руки только рассекали воздух. Олег уворачивался легко и красиво. Пикинес совсем рассвирепел и пошел на рожон, но тут же нарвался на удар в подбородок.

Толпа накалялась:

– Пикинес, урой его!

Урыть не получалось. Олег забавлялся с Пикинесом, как с боксерской грушей. Спокойно наблюдать это издевательство было невыносимо. Толпа уже готова была наброситься на Олега. Помешал джип с темными стеклами. Дверца открылась, показался молодой мужик, негромко сказал:

– А ну, стоять!

Толпа растерянно смотрела на Руслана. Ждала его реакции. Увидев мужика, Чеснок заулыбался и пошел навстречу. Подойдя, протянул руку. Но мужик руки не принял. Сказал что-то. Чеснок неожиданно сник. Сделал пацанам знак. Мол, снимаемся и исчезаем.

Толпа повалила со двора.

– Погодите, ведь это Царьков! – воскликнула Анна, глядя в бинокль. – Ну, точно он!

Царьков был помощником мэра Лещева по безопасности. И вдобавок к тому местным олигархом. Хотя можно было бы сказать и в обратном порядке. Результат был бы тот же – Царькова знал весь Поволжск.

Ланцева предложила осмотреть подвал. В комнатке, где Цуца посвятила Свища в мужчины, интерес представляла бумажка, которой расплатились с братанкой. Бумажка, оказавшаяся пакетиком, лежала на тумбочке, рядом с закопченной ложкой.

Анна оглядывала комнатку: где-то должен быть и шприц.

Шприц нашел Ваня, под тахтой. Теперь все сходилось. Все-таки Макаров не совсем прав, утверждая, что в городе появляются только легкие наркотики, типа травки. Эх, Левка, Левка…

Анна инстинктивно оглянулась на дверь. Ей показалось, что сейчас кто-то войдет. Нужно быстро уходить. Тайный притон наркоманов не будет долго пустым.

Они увлеклись и не заметили, что за ними наблюдает Свищ. Цуца поделилась с ним веществом. После сладкого свидания малец задремал в нише, под грудой замусоленной спецодежды сантехников.

Прощаясь с Ланцевой, Ваня попросил свести его с наркополицейским, которому можно верить.

Это была очень странная просьба. Парнишка сам предлагал себя в осведомители и нисколько не стеснялся.

– Это опасно, – предупредила Анна.

– Нам надо. Мне и еще одному парню, Олегу Лещеву. Нам эти грифы вот где, – Ваня провел по горлу ребром ладони. – Мы хотим поступать на юрфак.

Теперь понятно. Ребята хотят, чтобы при поступлении им зачли добровольную помощь правоохранительным органам. Только сохранилась ли эта льгота с советских времен? Едва ли.

Анна пообещала: конечно, она сведет их с надежным наркополицейским. Однако не проще ли просто лучше подготовиться к поступлению в вуз?

Ваня усмехнулся:

– Сегодня поступает не тот, кто хорошо сдает экзамены. Мне нечего дать, а Олег принципиально не хочет давать.

11 апреля 2006 года, вторник, вечер

Наркополицейский Лев Макаров был холост, питался на работе. Подогревал в микроволновке все, что покупал в ближайшем супермаркете. Сегодня на ужин был винегрет, кусок вареной колбасы и пол-литра кефира.

Макаров включил телевизор. «Вести» рассказывали о непростой ситуации с наркоманией в России. Большие политики убеждали телезрителей в серьезности положения, называли страшные цифры. «Спохватились, будто с Луны упали», – подумал Макаров.

Поев, он сварил кофе, закурил и подошел к раскрытому окну. Ветер принес с Волги запах рыбьей чешуи. В эти дни шли на нерест косяки воблы. Чешуя у серебристой рыбы стоит сейчас дыбом, а икра крупная, ядреная и необыкновенно вкусная, особенно если поджарить. Полгорода сейчас на берегу и в лодках. Он тоже был бы сейчас там. Но – работа. Макаров ждал посетителей.

Через минуту он терпеливо выслушивал молодую, взвинченную женщину:

– Матери стыдно за то, что вырастила такого урода. Поэтому пришла я. Я – старшая сестра этого урода. Он колется второй год. Нигде не работает. Встает утром: «Все, мама, начинаю новую жизнь. Закодируюсь. Дай 500 рублей на обследование». Вечером приходит упоротый. Мать говорит: «Ты ж, паршивец, укололся!» – «Что ты, мама! Весь день обследовался. Все нормально, велели только зубы подлечить. Подкинь на рентген зуба». Снова возвращается упоротый. «Это у меня анестезия еще не отошла. Завтра иду устраиваться на работу. Надо только купить брюки и туфли». Мать говорит: «Нет, мерзавец, ты меня больше не обманешь!» Сама идет с ним в магазин. Выбрали брюки, примерили туфли, подходят к кассе. «Мама, стыдно как-то, сама будешь платить, давай я». Берет деньги и бросается к дверям. Вечером возвращается упоротый: «Я подонок, мама. Я принес тебе столько горя»…

Макаров нетерпеливо заерзал на стуле:

– Можно покороче?

– Сейчас, конец уже близко. Говорит матери: «Лучше будет, если я умру. Есть один способ – "золотой укол". Я сделаю передозировку и тихо уйду. А ты будешь приходить ко мне на могилку». Оба плачут. «Ладно, подонок, – говорит мать, – сколько тебе надо на этот "золотой укол?"» – «Ну, если обычно я колю два грамма, то здесь надо будет граммов восемь. Четыре тысячи». Мать готова вытащить заначку. Я останавливаю: «Мама, не сходи с ума! Кому ты веришь?» – «Поверю в последний раз». Обнимаются, прощаются. И что вы думаете? Подонок кайфует где-то целую неделю. Потом является: его, видите ли, передозировка не взяла.

Макаров с деланым сочувствием вздохнул. Столько он наслушался этих историй.

– Как зовут вашего брата?

– Вирус.

– Почему «Вирус»? Он случаем не ВИЧ-инфицированный?

– Нет! Просто его партнеры так зовут. И я привыкла так звать.

– Где же он берет чеки с наркотиком?

– Когда где. Сейчас уже не покупают с рук – устарело. Есть тайники. Положил деньги, позвонил барыге. Через какое-то время там, где положил деньги, взял чек. У шпионов переняли.

Макаров подошел к висевшей на стене карте города.

– Можете показать, где примерно закладываются тайники?

Женщина показала два дома. Чеки обычно лежат либо за батареей в подъезде, либо на первом этаже под лестничным маршем. Чаще всего чеки (пакетики с героином) кладут в пустые коробки из-под сигарет.

– Спасибо, – сказал Макаров.

– И все? – спросила женщина. – Надо же что-то делать.

– Будем работать.

Помимо Макарова в городе было