Coda in crescendo - Евгений Лотош

— Как ни неприятно, но я должна согласиться с Мэй-пуном, — кивнула О. — Паладары с самого начала допустили серьезную ошибку, выставив Карину-атару на первый план. Сторас-атара как регент имел бы на Могерате куда больше авторитета. Я понимаю причины ошибки гораздо лучше, чем кто-либо, но…

Она умолкла и скромно прикрыла рот рукавом ципао, словно благовоспитанная женщина, ляпнувшая лишнего в присутствии мужчин.

— Спасибо, — Мэй одарил ее холодной улыбкой. — Так вот, дэй Саматта, вы предлагаете Могерату не просто медицинское или научное устройство. Арена помещает человека в вымышленный мир. В мир, не существующий на самом деле. Очень, очень многие, и я бы сказал, практически все на Могерате воспринимают вашу виртуальность не как движущиеся картинки в большом телевизоре, а как мир духов. Мы весьма суеверны, дэй Саматта, мы верим, что духи существуют вокруг нас и среди нас, что в каждом предмете, в каждом незначительном камешке или деревянном обломке может обитать невидимая сущность, доброжелательная или зловредная. Раньше анимизм доминировал на Могерате, в форме религии назывался Ооквал, и хотя жрецы Миндаллы сделали все, чтобы отправить его в забвение, вера в духов до сих пор пронизывает наши сердца. Многие, вопреки недовольству священников, даже считают, что человек после смерти не сливается с Нирваной, а становится одним из таких духов. И хотя невидимый мир обычно существует сам по себе, он недружелюбно относится к вторжению человека и защищается от него. Ваша Арена — такое вторжение. Люди просто боятся, что мир духов обидится и нанесет ответный удар. Не имеет значения, насколько высоко в иерархии власти стоит чиновник или бизнесмен и насколько он образован. Почитание духов впитывается у нас с молоком матери. И если даже у жрецов Миндаллы не хватило сил его уничтожить, то авторитета сэрат дэйи Карины Мураций, сколь угодно высокого, и подавно не хватит, чтобы переломить подобное отношение.

— Интересный анализ, — нейтральным тоном проговорил Саматта. — Вопрос лишь в том, насколько он соответствует действительности.

— Если не верите мне, можете взять для примера историю фотографии и кинематографа на Могерате, — Мэй пожал плечами. — Первые киноаппараты завезены сто двадцать лет назад, первый публичный кинотеатр появился лишь сорок лет спустя, а телевизоры в домах начали более-менее распространяться лишь в последнее десятилетие перед Первым Ударом и так не успели стать массовыми. Даже на распространение пленочных фотоаппаратов ушло больше шестидесяти лет. Причина в том же самом: изображение на экране или фотографии многие считали окном в мир духов, куда человеческая душа может провалиться навсегда и вечно скитаться в поисках выхода. Поначалу дело доходило до избиений и даже убийств незадачливых фотографов. Другое забавное верование из той же области — что в группе из нескольких человек на фотографии один скоро умирает ужасной смертью. По данной причине многие жители Могерата, особенно в сельских областях, все еще наотрез отказываются фотографироваться. А если принять во внимание события вчерашнего утра в холле Арены, в которых приняли самое непосредственное участие сэрат дэйя Фуоко и Кирис-тара… Можете пристрелить меня прямо сейчас, если люди массово не воспримут их как именно такой отпор.

— Я склонен согласиться с О-атарой, — задумчиво проговорил Саматта на катару. — Ты очень хорошо осведомлен, Мэй-атара. В том числе о вещах, о которых не должен быть осведомлен. Пресс-релиз, как мне помнится, еще не вышел.

— Да бросьте, сэрат дэй Саматта, — оябун на катару переключаться не стал. Неужто ради Фучи? — Такое феерическое событие стало слухом вчерашнего дня среди студентов Университета, а через них — и технического персонала, уловившего едва ли десятую часть правды, но зато дополнившего ее сотней частей вымысла. Поскольку ваши работники имеют многочисленную родню по всему Могерату, а международная связь в Хёнконе до неприличия дешева, слухи уже ползут по крупным городам и доходят до моих осведомителей.

— Понятно. Тогда вернемся к изначальному вопросу: почему нам могла бы потребоваться ваша помощь?

— Потому, дэй Саматта, — Мэй наклонился вперед, и на его лице блеснула хищная улыбка, — что я — специалист в игорном бизнесе. Вы наверняка знаете, что наряду с торговлей информацией… э-э, покровительство игорным домам является одним из главных источников дохода "Кобры". И как специалист я утверждаю, что вы допускаете чудовищную ошибку, позиционируя Арену как научный эксперимент на благо всего человечества. Арена — прежде всего игра. Вы сами сконструировали ее именно так, вы сами придумали правила. Вы совершенно верно распознали один из мотивов человеческого ума, через игру познающего реальность, но полностью упустили из вида еще один: любовь к наблюдению. Вуайеризм в его разных проявлениях захватывает не менее, а иногда даже и более, чем непосредственное участие в процессе — да возьмите для примера любой профессиональный спорт типа бокса. На одного, согласного бить и получать по морде, приходится тысяча, готовых лишь смотреть, и не просто смотреть, а за плату.

— Предположим. И что?

— А то, дэй Саматта, что вы пытаетесь завлечь людей на Арену совершенно не тем, чем следует. Влезть в непонятный белый шар, чтобы побарахтаться в воздухе, для людей страшно. На подобное приключение согласится разве что городская молодежь, да и то не вся. Но вот наблюдать захотят очень и очень многие. Толпа с удовольствием заплатит вам неплохие деньги за просмотр трансляции, а успешно выступающие на Арене станут ее героями — отличный стимул для молодежи и притока новых подопытных.

— Нам не нужны деньги, Мэй-атара, — на лице Саматты появилось усталое выражение, словно у взрослого, в сотый раз объясняющего ребенку прописные истины. — Мы и без того способны оперировать финансами, превосходящими любое человеческое воображение. У нас прямо противоположная проблема: как эффективно оперировать в рамках вашей экономики и при том не обрушить ее пустыми деньгами.

— Да, вам не нужны деньги, — согласился оябун, — что серьезно ограничивает ваш кругозор, не позволяя видеть очевидного. Я не упрекаю паладаров. Разумеется, мудрые бессмертные боги смотрят на жизнь совсем иначе, чем мелкие суетливые людишки вроде меня. Но я предлагаю добавить ресурсы "Кобры" к вашим, чтобы продвигать Арену на Могерате.

— А конкретнее?

— Все очень просто. Мы заключаем негласную сделку. Вы монтируете терминалы Арены в таких количествах, в каких вам захочется, в нравящихся вам городах, а также организуете публичную трансляцию соревнований на максимально широкую аудиторию — каким образом, вам виднее. "Кобра" берет на себя рекламу и вербовку добровольцев для Арены, а также обеспечивает прикрытие в случае серьезных проблем наподобие вчерашней мини-грозы с участием дэйи Фуоко. Формально между нами не возникнет никаких связей, никаких официальных договоров, способных скомпрометировать Университет в целом или отдельных паладаров. От паладаров потребуется лишь закрыть глаза на тотализаторы, организованные Анъями вокруг Арены. Вы получаете достаточное количество мяса… извиняюсь, добровольцев для опытов, взамен я имею свой профит. По-моему, предложение взаимовыгодное. Что скажете?

— А если мы откажемся?..

— Вы останетесь с единичными добровольцами не самого лучшего качества, — пожал плечами Мэй. — Поскольку подписку о молчании вы с подопытных брать не станете, информация об итогах соревнований окажется доступной, и тотализаторы вокруг Арены возникнут в любом случае. Однако в неконтролируемом варианте они понравятся вам куда меньше, чем контролируемые мной. Людей начнут принуждать к участию, подопытных начнут шантажировать и преследовать с целью повлиять на результаты состязаний, пойдут нехорошие слухи, и так далее. Вы не сможете развернуть эксперимент в планируемых масштабах, я лишусь заметной части прибыли, и никому лучше не станет. Учтите также, что если я окажусь в числе негласных организаторов, я сумею удержать другие кланы Анъями от участия, просто выделяя им часть дохода, и общая эффективность процесса повысится под единым руководством. Я сказал.

— Понятно, — Саматта задумчиво покивал. — Запись вашей речи, дэй Мэй, передана ректору Университета, дальше решение за ней. Однако сразу предупреждаю, что ваши шансы невелики. В ее биографии имеется эпизод, когда бандиты вроде вас украли ее, попытались подсадить на сильнодействующий наркотик и угрожали убить, если ее друзья не выполнят требования. Она не любит преступников. Позже, в бытность диктатором, она неоднократно отправляла их на виселицу. Так что…

— "Кобра" еще весной свернула всю деятельность, категорически не одобряемую паладарами, — Мэй развел руками. — Мы больше не распространяем наркотики и не похищаем людей ради выкупа. Что же до прочей деятельности, то я уже объяснял сэрат дэйе Фуоко, как устроена жизнь на Могерате. Большинство респектабельных аристократических кланов тоже не чуждается контрабанды, сбора денег за покровительство, ростовщичества, даже тотализатора. Разница между "Коброй" и ними лишь в именах и древности происхождения. Так что я надеюсь, что Карина-атара проявит благоразумие и не позволит эмоциям взять верх над трезвым рассудком, которым она, по моим наблюдениям, отличается. Ну, а я, как уже сказал, сделаю все, чтобы не скомпрометировать паладаров связью со мной.