Авалон:Хроники бессмертных - Антон Ермаков

— Не я! Не мне! Умер! Другой…

Маша обернулась, встретившись взглядом с Антоном — тот так и продолжал стоять, словно в забытье, безучастно глядя на попытки друзей привести Таню в чувство. Ещё прежде, чем какие-либо слова были произнесены, они уже, кажется, поняли друг друга, и Антон, вдруг изменившись в лице, панически выпалил:

— Где Евгений? — а в следующую секунду вылетел вон из комнаты. Малиновская бросилась за ним.

Они неслись по коридору второго этажа, по очереди распахивая все попадающиеся им по пути двери: пустая комната, чулан, снова пустая комната… Распахнув очередную дверь, Антон спугнул какую-то целующуюся парочку. Оказывается, не все ещё спят. Сейчас это неважно. Совсем неважно. Он с грохотом открыл ещё одну дверь — предпоследнюю в этом казавшимся нескончаемым коридоре. Поначалу ему показалось, что и эта комната тоже пуста, но тут же разглядел валяющийся на полу слабо светящийся торшер и забившуюся в дальний угол маленькую, испуганную фигурку.

— Настя! — вынырнув откуда-то из-за Антоновой спины, Малиновская бросилась в комнату, к подруге.

Настасья плакала, сжавшись в комок и закрывая лицо руками, размазывая по щекам тушь.

— Что случилось? Настя, что случилось?! — закричала ей Малиновская в самое ухо, пытаясь разглядеть её лицо.

Антон медленно зашёл вслед за Машей в комнату, постоял, задумчиво разглядывая поваленный торшер, осмотрелся по сторонам. Часть мебели располагалась как-то странно и неестественно, будто её только что расталкивали в разные стороны — от центра к краям. Посреди всего этого хаоса на полу лежала разметанная, местами почему-то мокрая куча обуглившегося пепла. Кроме того, в комнате явственно ощущался едкий, неприятный запах чего-то пережженного, то ли какого-то горелого мяса, то ли непонятно чего ещё. Антон вплотную подошел к всхлипывающей, скорчившейся в углу Настасье и обнимающей её Малиновской и грозно, и вместе с тем тревожно, спросил:

— Что здесь произошло?

Настасья молчала, продолжая плакать и одновременно пытаясь вытереть глаза, отчего ещё больше размазывала потекшую косметику.

— Отвечай! — оглушительно рявкнул Антон.

Мария, кажется, впервые в жизни видела сейчас своего друга в таком гневе.

— Мы… мы поругались с Женей… — вдруг тихо-тихо произнесла Настя, поднимая на него свое заплаканное лицо. — И я пошла танцевать с Маратом… специально. Просто, чтобы… чтобы Женя позлился и приревновал… — голос девушки все ещё сильно дрожал, но она начала говорить громче. — А потом Марат притащил меня сюда. И… и начал приставать ко мне. Я пыталась вырваться. Убежать. Но он ведь очень сильный. Я закричала. И тут появился Евген. — она снова залилась слезами.

— Дальше! — потребовал Антон.

— Между ними началась словесная перепалка. Одно за другим… в общем, все это переросло в потасовку… — продолжала Настя, глотая слезы. — А потом… это случилось так быстро… я ничего не успела толком понять, Антон, правда! Просто вспышка, вскрик, и… и…. — она в ужасе посмотрела на Марию, гладившую её по плечу.

— И Женя испепелил его! — закончил за неё Антон, с отвращением и болью вглядываясь в кучу разметанного пепла на полу, подтверждая свои худшие опасения.

Малиновская замерла, словно не веря своим ушам. Она посмотрела на подругу, и та лишь молча кивнула ей.

— Где он сам? — спросила Мария.

— Убежал, — был ответ.

В коридоре послышался топот, и через секунду в дверях возникли Слава и Сеня.

— Эй, что тут у вас происходит? — спросил Славик, с некоторым удивлением оглядывая комнату и учинённый в ней беспорядок. — Там Таньке плохо, Бирюк её водой отпаивает. А вы тут чего?

— Убийство, — сухо ответил Антон и, не сказав больше ни слова, покинул комнату.

Слава в растерянности смотрел то на рыдающих девчонок в углу, то в спину уходящему по коридору Антону. Он несколько раз то открывал, то закрывал рот, порываясь что-то сказать, и, наконец, спросил, повернувшись к Семёну:

— Он ведь это несерьезно, правда?

Сеня зашел в комнату, посмотрел на остатки пепла, принюхался. Слава внимательно следил за его реакцией, и выражение Сениного лица было красноречивее слов — он и без чужих подсказок явно догадался, что же здесь произошло.

Антон рывком распахнул входную дверь, вышел на улицу, на заснеженное деревянное крыльцо. Остановился. Мысли метались в голове, как обезумевшие осы, запертые в банке. Да. Случилось. Это именно то, чего он всегда боялся. Он говорил им, а они не верили. Что теперь будет? Что же ты наделал, Евген…

Антон тихонько приоткрыл тяжелую чугунную калитку, вышел на проезжую часть. Медленно падал снег. Равнодушный. Безразличный. Машин не было. Где-то вдалеке продолжали громыхать салюты. Порыв ледяного ветра напомнил ему, что он без куртки. Да и черт с нею! Сейчас он не ощущал холода. Антон вглядывался вдаль, бесцельно смотря в конец дороги, и тут увидел, как около самого дальнего фонаря шевельнулась темная фигура. Высокий парень с растрепанными волосами. Они стояли, вглядываясь друг в друга достаточно долго, пока Евгений на том конце улицы не сделал пару шагов назад, уходя из светлого пятна фонаря, и канул во тьму…

Глава 15. Пропавший без вести

— Антон, от нас только что уехала полиция, — голос Бирюка в телефонной трубке звучал немного тревожно. — Извини, что так поздно звоню, просто я подумал, что тебе следует об этом знать…

— Ничего страшного, я все равно ещё не ложился, — Антон искоса взглянул на часы: болезненно-зелёные цифры на циферблате показывали без пятнадцати двенадцать. — Они приезжали по поводу… ну, ты понял?

— Да, именно за этим, — подтвердил Бирюк. — Ты не находишь, что это не совсем телефонный разговор? Может быть, тебе зайти к нам?

— Лучше вы ко мне, — предложил Антон. — У вас же там бабушка…

— Она уже, кстати, разоралась по поводу того, какого лешего к нам полиция приперлась, — сообщил Бирюк. — Надеюсь, родителям она ничего не расскажет, иначе это будет катастрофа!

Буквально через десять минут Татьяна и Бирюк уже сидели на Антоновой кухне, прихлёбывая свежезаваренный чай с печеньем. Света от тусклого ночника едва хватало, чтобы осветить поверхность стола и расположившихся за ним ребят.

— Что именно они хотели знать? — спросил Антон, делая небольшой глоток и ставя чашку обратно на стол.

— Ничего особенного. Больше даже сами рассказали, — Бирюк нервно вздохнул. — Короче говоря, родственники этого Марата позвонили в полицию только сегодня днём, когда не обнаружили его дома.

— Хороши родные — только на третий день спохватились! — невесело усмехнулся Антон: на календаре стояло аккурат третье января.