Золотой гобелен - Рэд Инин

— Что я тут делаю? — спросил он, оглядываясь.

— Ты ехал в столицу, и тебе стало плохо, ты потерял сознание и свалился с лошади. Мои слуги подобрали тебя недалеко от ворот, — Лорен помогал Брансу подняться и суетился вокруг него, поправляя одежду. — Ты слишком утомляешь себя, неужели дела в Лурхе так плохи, что тебе самому приходится ездить по острову?

— Что ты понимаешь, сидя в своей деревне, — Бранс оттолкнул поддерживающую его руку, — почему я лежу на полу? Твои слуги настолько тупы, что не смогли положить потерявшего сознание господина на кровать?

— Что ты, — съежившись под взглядом Бранса, прошептал Лорен, — ты был в лучшей комнате, потом пришел в себя и пошел осмотреть дом, только собрался мне что-то рассказать, как снова потерял сознание. Сейчас я позову кого-нибудь, чтобы тебя отвели обратно и уложили в постель.

Бранс в задумчивости провел рукой по волосам.

— А что я тебе говорил? — спросил он.

— Ничего, только сказал, что я совсем опустился и живу, как нищий.

На лице Бранса злобное выражение сменилось просто недовольным.

— Это точно, как ты можешь жить в такой дыре.

Он снова задумался, пытался вспомнить что-то, но потом, не говоря ни слова, направился к двери.

— Надеюсь за моей лошадью присмотрели, пока я… отдыхал? — уже спускаясь по лестнице спросил Брансципер.

То, что ответил Лорен, уже не было слышно, собеседники спустились на первый этаж, а потом вышли во двор. Послышался стук копыт.

Лан вернулся на дерево и, примостившись поудобнее между ветвей, обдумывал увиденное. С Брансом все было понятно — он собирался использовать способности Лорена, пообещав ему достойную и спокойную жизнь, но настоящим кукловодом был принц, прикинувшийся простаком, сбежавшим от дворцовых интриг. Что он затевал, выяснить можно было только одним способом.

Лан уже собрался спуститься с древа, как рядом раздался голос.

— Птичка, птичка, спой мне про весну и лето, расскажи из каких краев ты прилетела, — Лорен напевал, стоя под деревом.

Поняв, что его раскрыли Лан спрыгнул на землю.

Лорен оказался почти на голову выше Лана. Прямой взгляд серых глаз не отрываясь следил за одетой в черное фигурой, скользнувшей с дерева.

— Странные белки в моем саду завелись, — без тени улыбки констатировал Лорен и, повернувшись, направился в дом, жестом приглашая следовать за ним.

Глава 20. ОТКРЫТЫЙ ДЕБЮТ

Пока они поднимались по деревянной лестнице на второй этаж, принц не проронил не слова. Только ступив за порог комнаты, в которой только что Лорен проводил странные манипуляции с Брансципером, Лан понял, что его присутствие было раскрыто сразу — на трех стенах висели зеркала в тяжелых дубовых рамах, так что за окном и дверью можно было наблюдать из любой ее части.

Лорен указал Лану на кресло, стоящее у одного из зеркал, а сам занял место напротив.

— Вижу, мои усилия выудить что-то из Бранса были преждевременны. Тот, кого я ищу, сам пожаловал ко мне.

Он больше не рассматривал Лана и только изредка бросал взгляд на заплечную сумку и плащ, которые Лан положил рядом с креслом. Лан пытался понять, что затевает опальный принц и не пропустить момент, когда тот решит воспользоваться своей силой.

Некоторое время они сидели друг напротив друга, как два шахматиста перед разыгрываемой партией. Только фигурами на доске были они сами, а следующий ход приходилось угадывать по выражению лица собеседника.

— Что привело человека Логайны в мой дом? — первым прервал молчание Лорен, — думаю, ты слышал достаточно, чтобы понять, что я в играх двора не участвую. Или королеве-матери нужны подробности моей уединенной жизни?

— Слышал достаточно, чтобы понять: ты ведешь свою игру, — «ты», обращенное к принцу крови вызвало мгновенную реакцию — бровь поползла вверх, пока не достигла коротко остриженных темных волос.

— Я что-то пропустил? — деланно удивился Лорен, но дрогнувшие на подлокотнике кресла пальцы выдали его интерес.

— Меньше, чем я, — парировал Лан, — я сын Ириэль Аэтийки и Константина Даурского.

Он решил сыграть эту партию в открытую. Лорену также, как и Лану была ненавистна Крисцелла, почти единолично правящая в Лурхе. Проще было сразу обсудить цели, к которым стремились несостоявшиеся наследники и найти точки соприкосновения, чем по недоразумению стать врагами.

— Дай подумать, — прищурился Лорен, — тебя не было на острове достаточно долго. Недавно из путешествия, но это не плавание с материка на Лурх, — вокруг Лорена начало собираться облако золотистых искр, и Лан потянулся за мечом.

Лорен только махнул рукой.

— Даже не могу определить, с какой стороны ты приплыл на остров. Что ты ищешь, сын Константина?

— Я ищу одного человека. Мы вместе пришли на Лурх, но он исчез.

Бровь Лорена снова начала движение, но на полпути остановилась, он, видимо, решил, что так часто удивляться ему не по статусу.

— Но у вас была цель, ради которой вы, как ты говоришь, «пришли» на остров, — Лорен был раздосадован, что головоломка никак не хотела складываться.

— Лурх не был нашей целью. Я ищу свою старшую сестру, пропавшую больше года назад. Наш путь лежал в Холодные горы. Мы пошли через Пути и наделялись найти врата, которые привели бы нас к ней, — Лан рассказывал все подобности своих планов в надежде, что Лорен не будет видеть в нем соперника и поможет убраться с острова, как только найдется Гранни.

Лорен задумался, продолжая смотреть в зеркало за спиной Лана, потом, словно вынырнув из своих мыслей, спросил:

— Я слышал историю об исчезновении твоего отца, а про сестру не знал. Здесь своих забот хватало последнее время. Ты пришел с матерью?

Лан замешкался с ответом. Станет ли Лорен помогать ему в поисках, узнав, что его спутник — дочь Крисцеллы. Если придется противостоять еще и Лорену, на карту будет поставлена