Елизавета I - Маргарет Джордж

– Можете подняться, – произнесла я, и он повиновался. – Добро пожаловать обратно в Англию, милорд. Мы слышали донесения о ваших деяниях, но предпочли бы, чтобы вы рассказали о них перед всеми.

Он обвел взглядом круг своих соперников и тайных недоброжелателей. Разряженный в пух и прах Рэли стоял сбоку, скрестив руки на груди. Адмирал Говард сидел на скамье членов Тайного совета по соседству со своим братом Томасом. Фрэнсис Бэкон стоял молча, впившись в Эссекса своим пронзительным взглядом. Джордж и Джон Кэри терпеливо ждали.

– С вашего позволения, я начну с конца, а именно с блестящего успеха, коим увенчался поход! Позвольте мне перечислить наши достижения. – Он развернул свиток пергамента, который держал в руке. – Во-первых, все военные корабли Филиппа были уничтожены, приведены в негодность или вынуждены спасаться бегством. Во-вторых, мы захватили все запасы провианта, которые были на складах. В-третьих, сам город тоже заняли. В-четвертых, мы взяли в плен самых выдающихся жителей, чтобы впоследствии потребовать за них выкуп. В-пятых, все торговые корабли вместе с грузами были перехвачены, так что ни один из них никогда не достигнет Испании или одной из Индий. В-шестых, мы получили выкуп в сто двадцать тысяч золотых дукатов за сам город.

Теперь все взгляды устремились на меня в ожидании ответа.

– Потери испанцев не делают нас богаче, – заметила я. – Оттого что сокровища теперь лежат на дне океана, нам нет никакого проку. Большая часть трофеев разворована.

– Мы достигли главной цели нашей миссии, каковая заключалась в том, чтобы нанести королю Испании как можно большее оскорбление, ущерб и расстройство. Мы это сделали. Мы унизили его до глубины души. Едва ли, взяв всего один город, можно было достигнуть большего. И если бы мои доводы были услышаны, мы взяли бы и седьмой приз. Вместо того чтобы сжечь Кадис дотла, мы обосновались бы там и превратили его в английский аванпост, шип в боку у испанцев, который служил бы нам постоянной базой, откуда мы могли бы перехватывать их корабли с сокровищами.

– Неразумная идея и справедливо отброшенная, – заявила я. – Эта база, учитывая расстояние в полторы тысячи миль от Англии, была бы безумно дорогой в содержании и уязвимой.

– Позвольте мне смиренно не согласиться, ваше величество, – возразил он. – И если бы мы, как я предлагал, зашли в Лиссабон вместо того, чтобы поспешить сразу домой, то сейчас были бы на двадцать миллионов дукатов богаче. Мы разминулись с флотом, везшим сокровища из Америки, всего на двое суток.

В нем произошла какая-то неуловимая перемена. Я не могла понять, в чем именно. А потом сообразила – борода. Она была странной формы.

– А вы, сэр, я вижу, стали носить бороду на новый манер, – заметила я.

Как я и думала, комментарий на личную тему отвлек его. Он огладил бороду:

– Да. За время морского путешествия она отросла, и я решил ее оставить. Я называю это «кадисский фасон».

– А выглядит так, как будто ее снизу обрубили. Значит, вы хотите, чтобы ваше имя до конца ваших дней было связано с Кадисом? Боюсь, как бы вы не передумали. Ибо, – с этими словами я поднялась, – мы в высшей степени вами недовольны! Мы вложили в это предприятие пятьдесят тысяч фунтов, а получили что? Ничего! Кадисскую бороду? Ваш гнусный приспешник Энтони Эшли заработал на походе больше, чем мы! Он прикарманил деньги, вырученные за украденный алмаз. Украденный у нас, вашей королевы!

– Клянусь вам, все деньги, какие есть, принадлежат вам!

– Мы прекрасно знаем, что там ничего не осталось! Мы слышали про улицы Кадиса, где рекой лилось вино и масло, про лопающиеся мешки с сахаром, изюмом, миндалем и оливками, а также про испанские церковные колокола, доспехи, меха, шелка, ковры и гобелены, которые были погружены на наши корабли. Но, сэр, все это как сквозь землю провалилось!

– Это был героический и благородный поход. Им гордился бы сам Дрейк! – не сдавался Эссекс.

При упоминании о Дрейке все головы на мгновение склонились.

– Дрейк никогда не вернулся бы с пустыми руками. Он никогда не посмел бы явиться к нам ни с чем. – Я перевела дух. – Вдобавок, сэр, вы приложили все усилия к тому, чтобы разнообразными способами прославить свое участие в этой миссии, и притом вопреки нашим недвусмысленным приказам. Как вы посмели ослушаться нас? Ибо, будучи законной правительницей Англии, мы требуем повиновения! Никаких благодарственных молебнов по всей стране не будет.

Я метнула взгляд в сторону Уитгифта:

– И мы лично опубликуем официальную версию миссии на основании нескольких реляций. Никаких иных быть не должно. И наконец, мы разгневаны тем, что вы, ослушавшись наших приказаний, за время похода произвели в рыцари шестьдесят семь человек. Вы раздаете рыцарские звания направо и налево, точно эль на деревенской ярмарке. Для того чтобы стать рыцарем, необходимо достойно нести службу и отличиться на поле боя, а не просто быть вашим другом. Клянусь Богом, мы их всех разжалуем!

Роберт Сесил наклонился ко мне и попросил позволения высказаться. Я разрешила.

– Ваше величество, я должен выступить от имени жен новоиспеченных рыцарей. Думаю, мужчины не станут роптать, но жены сделают их жизнь невыносимой, если им придется так быстро отказаться от именования «леди».

По залу прокатились смешки, очень быстро переросшие в общий хохот.

– Вы, как всегда, зрите в корень, – кивнула я. – Хорошо. Дамы не совершили ничего предосудительного и не должны страдать из-за недомыслия графа.

Похожая на лопату борода Эссекса задрожала.

– Этот! Этот! – Он ткнул пальцем в Сесила. – Пока меня не было, этот прощелыга за моей спиной обманным путем убедил ваше величество назначить его государственным секретарем!

Ах да. Совсем забыла.

– Мы поражены, что у вас хватает совести обвинять его в нечестной игре, намекая на то, что он недостоин этой должности. Кстати говоря, сэр, мы слышали, что вы заявили, будто бы мне требуется ваше разрешение, чтобы пожаловать ее кому-то.

Я разозлилась уже не на шутку и вынуждена была коснуться рукой золотой цепи, чтобы овладеть собой. У моего отца был вспыльчивый характер, но он никогда не позволял гневу ослепить себя; он пользовался им, чтобы управлять другими.

– Если это не так, объяснитесь, – велела я.

– Как я понял, вы не собирались делать подобное назначение.

– В таком случае вы пришли к такому выводу на основании ваших собственных измышлений. Мы так поняли, что вы раздавали рыцарство кому попало. Мы здесь королева, и только мы решаем, кого желаем видеть у себя на службе. Дыхание Господне, мы не потерпим, чтобы кто-то считал, будто может нами