Беспощадная истина - Майк Тайсон

Все ожидали от меня истребления дивизиона боксеров-тяжеловесов поголовно, однако сделать это было не так просто. В истории бокса еще не было таких случаев, чтобы кто-то у кого отнял три года жизни, возвращался на ринг, словно ничего не случилось. У Али отняли титул, но он не был в заключении в течение трех лет, лишенный возможности тренироваться. Все это усиливало психологическое напряжение, в котором я находился.

Выйдя из тюрьмы, я очень старался быть хорошим братом, правильным мусульманином, но меня окружал материальный мир. Слишком многие набрасывались на меня, преследуя свои цели, а я еще не приобрел необходимых психологических навыков. Я продолжал молиться, но разные отвлекающие факторы сбивали меня с толку, подталкивали меня обратно к той, дотюремной, жизни.

Легче всего обвинить Дона в том, что он тащил меня обратно в этот больной мир безвкусицы, потребления, выпивки и женщин. Возможно, он был искренне обеспокоен тем, что я последую за некоторыми мусульманскими мерзавцами и избавлюсь от его задницы. Но нельзя винить никого, кроме самого себя. Я хотел доказать всем, что я все еще мужчина, хотя и был заперт на три года. За моим накачанным телом скрывался чревоугодник. Будь моя воля, я бы в течение всего дня лопал кексы и мороженое. Мне приходилось подавлять эти побуждения.

Но было не так просто подавить в себе сексуальное влечение. Моника хотела завести со мной крепкую семью, начать счастливую семейную жизнь, но я в то время этого не желал. Стараясь быть семейным человеком, я полностью выпадал из своего холостяцкого клуба. Однако я не был готов к такому повороту событий, я еще не созрел. Моя концепция семейной жизни заключалась в следующей формулировке: «Заткнись и бери деньги». Я был эгоистичной свиньей.

Вскоре после того, как я вышел из тюрьмы, я оказался в Нью-Йорке с Крейгом Буги. Мы шли по улице, я заметил красивую черную девушку и последовал за ней. Я попытался остановить ее, чтобы она заговорила со мной, но она убежала в магазин «Банановая Республика». Я вошел следом за ней и увидел, что она направилась в примерочную. Мы ждали у входа в магазин, пока она не вышла. Но она не захотела говорить со мной и убежала.

Неделю спустя я устроил в своем доме в Огайо фотосессию для какого-то журнала, и неожиданно появилась эта девушка. Оказывается, она была стилистом по фотосъемке.

– Привет, а я тебя знаю, – сказал я. – Думаю, наша встреча была просто судьбой, которая привела тебя в мой дом.

Она была такой привлекательной, что фотограф тоже все время флиртовал с ней. Я вполне достойно поддерживал беседу в псевдоинтеллектуальном тюремно-сутенерском современном духе, который ее даже увлек. Она сказала, что ее зовут Тьюзди[204], и с этого дня мы много вторников провели вместе.

Теперь, когда появилось много денег, было самое время приобрести какую-нибудь недвижимость класса люкс. Поскольку мои поединки планировались в Лас-Вегасе, мне нужно было обосноваться именно здесь, и я купил прекрасный дом на шести сотках по соседству с особняком Уэйна Ньютона[205]. Я прекрасно провел время, занимаясь обустройством дома. Все было от Версаче, от туалетной бумаги до одеял и подушек. Огромные парадные двери были из дерева, с хрустальными ручками. Внутри был гигантский водопад со скульптурами двух львов по обе стороны от него. В доме были сводчатые потолки, струившаяся и ниспадавшая каскадом вода создавала ощущение спокойствия.

Мне нравилось смотреть фильмы с каратэ, поэтому я устроил несколько различных домашних кинотеатров. Моя спальня была оснащена новейшей аудиоаппаратурой. Мне так нравилось слушать аудио, что порой я оборудовал свои автомобили аудиосистемами, которые стоили дороже, чем сам автомобиль. Для фойе наверху я заказал нарисовать на площади в две тысячи квадратных футов всех величайших боксеров. Это обошлось мне в сто тысяч долларов.

Выйдя на задний двор, можно было подумать, что ты оказался в Италии. Или, по крайней мере, в отеле «Белладжио». Там был ров, наполненный водой, а также огромный плавательный бассейн, окруженный статуями великих воинов в семь футов высотой, таких, как Александр Македонский, Ганнибал, Чингисхан, Жан-Жак Дессалин[206]. Просто пойти и купить гигантские статуи Ганнибала невозможно, поэтому я позвонил парню, который в свое время делал скульптуры львов для комплекса MGM Grand. Он пользовался фотографиями, которые я ему дал, а для установки статуй заказывался кран. Двор был окружен экзотическими деревьями стоимостью 30 000 долларов каждое. А на уход за ними требовалось почти 200 000 долларов в год.

Конечно, у меня должен был также быть особняк и на Восточном побережье, так что я купил большой дом в штате Коннектикут, площадью свыше пятидесяти тысяч квадратных футов, с тринадцатью кухнями и девятнадцатью спальнями. Моя цель состояла в том, чтобы одновременно в каждой спальне было по девушке. Это было ранчо на тридцати акрах леса, с крытым и открытым бассейнами, маяком, кортом для игры в сквош, а также настоящим ночным клубом, который я назвал «Клуб Технический нокаут».

Я почувствовал себя в этом доме, как «Лицо со шрамом»[207]. Одна только моя хозяйская спальня занимала пять тысяч квадратных футов. У меня была гардеробная таких размеров и с таким количеством прекрасной одежды, обуви и парфюмерии, что можно было решить, что ты оказался в настоящем магазине Версаче. Когда Моника там жила, у нее была собственная гардеробная площадью более тысячи квадратных футов. В спальне был огромный балкон, который нависал над первым этажом дома. Я мог добраться до спальни либо по двойной винтовой мраморной лестнице, либо на стеклянном лифте. Это был замечательный дом, но можно было сосчитать на пальцах, сколько раз я там был в течение тех шести лет, что я владел им.

Кроме того, у меня оставался дом в штате Огайо. Затем я приобрел и четвертый дом – для Моники, а также хорошее место на поле для игры в гольф загородного клуба Конгресса в штате Мэриленд, на котором часто играл Тайгер Вудс[208]. Но я тратил деньги не только на недвижимость. Я всячески потворствовал своей автомобильной одержимости. Когда я был в тюрьме, у меня насчитывалось шесть машин. Теперь я вновь принялся коллекционировать автомобили «Вайпер», «Феррари», «Ламборгини», родстеры «Спайдер». Мы устраивали на них гонки вверх-вниз по улице у моего дома в Лас-Вегасе.

Я снабжал шикарными автомобилями всех своих парней. Как-то мы с Рори и Джоном Хорном прогуливались в Лас-Вегасе вдоль автосалона «Роллс-Ройс», поглядывая на витрину. Продавцы внутри были не очень-то высокого мнения о трех черных парнях в кроссовках и джинсах, которые через стекло рассматривали дорогие машины. Когда мы зашли, они не узнали меня и направили к нам какого-то мелкого служащего.