Фан-клуб - Ирвинг Уоллес

Дальше. Ограниченная свобода даст ей больше возможностей заставить одного из них по-настоящему в нее влюбиться, поверить ей, увериться в том, что она хочет убежать с ним. Вот еще один способ побега.

Если возможность побега никогда не представится, а это вполне вероятно, есть другой план, который должен проводиться в действие одновременно.

Она должна играть в свои сексуальные игры с этими мужчинами, смягчить и запрограммировать их, чтобы один из них, сам того не зная, послужил бы ей мостом к внешнему миру. Эта идея была пока неопределенной, но заслуживала внимания, и она постарается развить ее дальше.

Самое главное: она должна начать работать по отдельности с каждым из них, дать им каким-то образом приоткрыть их истинные сущности. Их имена. Их работу. Их место жительства. Эти знания могут стать драгоценными, если она сможет установить связь с внешним миром, так как это позволит ей дать тем, кто снаружи, ключ к своим похитителям, ключ, который может привести к месту, где находится она и ее похитители. А если и не поэтому, то она все равно должна узнать, кто они, просто, чтобы отомстить им потом, если для нее вообще будет это «потом». Но самая важная часть процесса сбора информации, все время, пока она бодрствует, — постоянно внимать, следить за словами, кем-нибудь сказанными ненароком или в порыве страсти, что могло бы дать ей понятие о месте, где ее держат. Они никогда не скажут ей этого прямо. Но могут сказать косвенно, сами не сознавая того.

Как только у нее будет эта информация, надо найти возможность передать ее миру. Может быть, это и невозможно, но другой надежды нет. Это надо делать осторожно и тонко. Так как стоит хотя бы одному из них узнать, что ей стало известно о том, кто они или где она, это несомненно будет означать ее смерть.

Использовать их.

Очень хорошо. Чтобы использовать мужчину, чтобы получить от него что-то взамен, надо что-то отдать. В обмен на минимальное сотрудничество она уже получила минимальное вознаграждение — питание, и не более того. Тот вид сотрудничества, на который она пошла, был минимален. Он давал им слишком мало, и она слишком мало получала взамен. Если она даст больше, может и получить больше.

Что она могла предложить? Ей не было нужды задумываться об этом, потому что она знала свои богатства.

У нее было именно то, что им было нужно, ради чего они пошли на такой риск и за что заплатили бы неимоверную цену. У нее был образ себя такой, какой они ее представляли. У нее был тот потенциал сексуальности, которым, по их мнению, она и должна была обладать. Она обладала для них звездно-очаровательной аурой секс-символа, секс-богини. Все было на месте, это было присуще ее натуре, и ей нужно было только дать им ту Шэрон Филдс, которую они хотели и ждали.

Да, ее троянским конем будет притворная секс-бомба, которой, по их мнению, она и должна быть.

Ей ненавистно снова играть в старые игры. Она оставила их далеко позади, но теперь поняла, что должна их поднять, отряхнуть от пыли и использовать. Ей отвратительна была дальнейшая деградация, которая за этим последует. Это уродливый вид спорта — использовать свое тело как приманку, наркотик, ловушку. Но, черт бы побрал, оно ей прекрасно служило в прошлом и так же могло бы послужить прямо сейчас. Освобожденные от всего остального, ее плоть и актерское мастерство были ее единственным оружием.

Ее мысли на мгновение перенеслись назад, к безликим мужчинам ее прошлого — Джон такой-то, Дуэйн такой-то, Стив, Ирвин — все блестящие, талантливые люди, которые поддавались даже на самые явные и нечестные уловки и которые помогли ее вознесению к славе, богатству и свободе.

Лежа на кровати, проигрывая в уме старые игры, в которые она не играла годами, она обнаружила, что ее возбуждает этот вызов.

Сможет ли она это сделать? Должна ли?

Да. Она начнет сразу же, сегодня. Не встанет ли настоящая Шэрон Филдс? Настоящая Шэрон Филдс даже ляжет, если вам так нравится, хорошо ляжет.

Ей следует изменить тактику радикально, но очень искусно, чтобы они не заметили обмана. Она должна измениться так же, как изменились они. Потому что кем бы ее похитители ни были раньше, в цивилизованном обществе, они должны были быть другими, быть конформистами, чтобы ладить с другими людьми. Но с тех пор, пройдя через первоначальный риск, преобразовав свою мечту в реальность, они отбросили все запреты, все ограничения, все приличия. Они стали дегуманизированными. Она тоже может стать такой. Она снова может стать тем, чем была когда-то, внутренне жестким и беспощадным молодым человеческим существом Западной Вирджинии, Нью-Йорка, ранних лет в Голливуде. Она снова могла бы стать никем из ниоткуда, использующей свои внешние качества, чтобы неистово карабкаться через мужчин в своей решимости выжить и освободиться от пут.

В голове у нее уже начинали кристаллизоваться ее шаги, начиная с настоящего момента.

Она должна принять эту ее лучшую из всех роль и дать лучшее за всю свою жизнь представление. Она должна трансформироваться из мисс Сюзан Клатт в мисс Шэрон Филдс, легенду, мечту, секс-символ, raison d`être[3] Фан-клуба. Она должна стать пылкой, акробатичной, эротичной секс-бомбой и нимфоманкой, о которой мечтал и которую желал каждый из этих мужланов. Она должна играть для них, нравиться им, приводить их в восторг.

Сможет ли она это сделать?

Она отбросила последние сомнения. Она это делала и раньше, весь этот номер, она была иллюзионисткой по призванию. Вот ее зеленые глаза превращаются в тлеющие щелочки желая, — ее влажные губы приоткрываются желая, — ее глубокий голос, страстный, желающий, — ее прославленные груди высоки и крепки, коричневые соски напряжены и выдаются вперед (от прищипывания), медлительная плоть торса и бедер невольно волнуется, обещая оргазмический восторг и экстаз, — затем обработка — мимолетные поцелуи, язык, за ушами, веки, пупок, пенис — поглаживание, массаж, растирание груди, ребер, живота — подержаться за ягодицы, за яйца — и затем, и затем — обслуживание, клиент всегда прав, — ручная работа, неспешно, ровно, быстрее, быстрее — или игра в цифры — или койтус, соитие, спаривание, сношение или езда сверху, качание на стуле, по-китайски, вход сзади, бок о бок, стоя, что угодно, назови, скажи, — вращение, конвульсии, царапанье, укусы — туда, туда, внутрь, еще, еще, умираю, умираю — извержение до неба, кипящая лава, любовь, стоны, одобрение, это лучше всего, лучше ничего не бывает, ничего нет лучше… О Господи, Господи Всемогущий, она делала это, этот цирк наложницы, и могла сделать это снова.

Должна. Сделает.

Она призовет на помощь весь свой бесконечный опыт, свои глубокие познания в области сексуального очарования, извлеченные из списка крайней плоти «Кто есть Кто» ее прошлого. Она должна, и еще приукрасит эти знания поправками на несуществующую идеальную любовницу. Она должна стать воплощением чувственности, но высокого класса. И при помощи этих изобретений она должна обратить каждого из четырех ее похитителей в особого, привилегированного любовника.