Лучшее за год 2006: Научная фантастика, космический боевик, киберпанк - Гарднер Дозуа

Она выглядела такой грустной, была такой неподвижной… Список компонентов был отформатирован, точно каталог на жесткую копию.

— Раньше я в таких вещах разбиралась, — призналась доктор Шу, — вот гляди. — Она указала на картинку в музейном разделе. — Я сама этот чип придумала.

— Вы — самая крутая в мире, доктор Шу.

Собеседница Вильяса продолжала смотреть на экран:

— Ну, моя слава — в прошлом. В две тысячи пятом я оставила Intel и вышла на пенсию. А во время войны не могла устроиться даже консультантом. И навыки…

— Болезнь Альцгеймера? — уточнил Майк.

Он-то знал, что на самом деле женщина была еще старше, чем казалась. Ей гораздо больше лет, чем Ральстону Блаунту.

Сяо-Вен замешкалась, и на миг Майку показалось, что он ее как следует рассердил. Но тут же доктор издала грустный смешок:

— Болезнь Альцгеймера здесь ни при чем. Ты… теперь люди просто не понимают, что значит «стареть».

— Но я знаю! У меня в Фениксе живет прапрадедушка. И у бабушки — настоящее слабоумие, ну, вы знаете, такое, что нельзя перенастроить. А остальные родственники все умерли.

(Древняя присказка, старее не бывает.)

Доктор Шу покачала головой:

— Даже в мое время мало кто сохранял рассудок к восьмидесяти. Просто мои навыки устарели. Моя близкая подруга скончалась. Прошло время — и наступило безразличие. Уже не хватало сил о чем-нибудь беспокоиться. — Сяо-Вен посмотрела на ноутбук. — Теперь у меня силы как у шестидесятилетней. Может быть, и рассудок такой же. — Доктор мягко хлопнула по столешнице. — Но даже современные конспекты я не понимаю! — Казалось, собеседница Майка вот-вот расплачется.

Майк огляделся: кажется, никто на них не смотрит. Он протянул руку и коснулся ладони Шу, не зная, что ответить на сказанное. Как говорит миссис Чамлиг, не получается задать верный вопрос.

Вильяс подумал и спросил:

— А какая у вас разработка?

— Не знаю. — Женщина колебалась. — Я не могу разобраться даже в этом каталоге компонентов!

Майк махнул рукой в сторону ноутбука, но картинки оставались неподвижными, точно вырезанными на камне.

— Можно я покажу вам, как это вижу?

— Да, пожалуйста.

Вильяс настроил дисплей Шу на свое отображение списка компонентов. Изображение прыгало и мерцало — слабое подобие вида, открывавшегося Майку, когда он обозревал окружающее с точки просмотра над головой. Тем не менее Шу подалась вперед, кивая в такт объяснениям нового знакомого:

— Подожди-ка! Это похоже на крылышки!

— Ну да, здесь есть много мелких летунов. Они прикольные.

Доктор Шу обессиленно улыбнулась:

— На вид не очень-то стабильные.

Майк тоже заметил нестабильность компонентов, но его собеседница не могла этого видеть. И откуда же она об этом знает?

— Верно, но редкая штука остается стабильной в пассивном режиме. Если хотите перенастроить подачу энергии, то я мог бы устроить.

Женщина задумчиво посмотрела на дурацкий дисплей:

— А, поняла! — На экране проступили энергоисточники, вместе с заметными стрелками, ведущими к справкам по интерфейсам. — Ты действительно можешь сохранить стабильность? — Снова улыбка, но на сей раз — шире, чем прежде. — Ну что ж, давай попробуем.

Крылышки оказались обычными хлопалками из ткани. Несколько десятков Майк переместил на рабочий стол, а после проделал кое-какие симуляции, пользуясь стандартными приемами «Рейнолдс-Намберс-Ар-Юс». Сяо-Вен Шу то отправляла запросы с ноутбука, то касалась пальцами самых крошечных крылышек.

Каким-то образом, буквально без посторонней помощи новая знакомая Майка смогла разобраться в энергоцепочке. Еще через несколько минут доктор Шу предложила пять вариантов дизайна. Вильяс научил ее программировать панель микрочипов, чтобы можно было пробовать несколько десятков вариантов одновременно.

Шу и Вильяс запустили в воздух несколько летунков. Неуклюжие машинки закружились по комнате, и несколько мгновений спустя все устройства оказались на полу: в каждом оказался какой-то просчет.

Мэри Дорси и ее друзья, сидевшие у дальнего конца стола, не впечатлились:

— Мы тоже делаем летунов, вот только у наших с мозгами все в порядке!

Что? А Майк думал, что там разрабатывают ползунов!

Сяо-Вен взглянула на поделки Дорси:

— Вам, мисс, вряд ли хватит мощности.

Мэри покраснела:

— Мне… Ну да.

Группа Дорси замолкла, однако участники лихорадочно обменивались сообщениями. Мэри спросила:

— Вы позволите применить ваше решение? — И поспешно добавила: — Разумеется, за официальные кредиты!

— Конечно.

Когда прозвенел звонок, создания Мэри слегка подпрыгивали.

Закончилось занятие, завершился учебный день. Но, казалось, Сяо-Вен Шу ничего не замечает. Майк и старая женщина собрали своих летунов и усовершенствовали.

Три поколения спустя все крошечные хлопалки уже летали. Сяо-Вен улыбалась широкой, до ушей, улыбкой.

— Значит, мини-узлы мы на них привили, — заметил Майк. — У вас неплохо получилось отработать мощности! — И при этом Шу обошлась без он-лайновых расчетов…

— Ну да! — Сяо-Вен как-то странно взглянула. — Но тебе удалось достичь стабильности меньше чем за час! А мне потребовалось бы несколько дней, чтобы настроить симуляции!

— Все просто — были бы инструменты подходящие!

Во взгляде доктора читалось недоверие.

— Да ладно, я же ничего не соображаю в этой дурацкой математике! Смотрите, доктор Шу: если вы научитесь работать в поисковиках и будете пользоваться правильными пакетами, то и сами так сможете! — Вильяс заговорил, как Чамлиг. «И подключение требует того же…» — Я… Я мог бы вас научить. И мы провернули бы не один совместный проект!

Может быть, Сяо-Вен так и останется в глубоком резерве, но если доктор найдет себя, то ее достижения превзойдут самые смелые мечты Майка.

Вильяс сомневался, поняла ли Шу до конца, что он ей предлагает. Но ответом Майку была улыбка:

— Договорились.

Майк не переживал, хотя вернулся домой поздно. Ральстон Блаунт подключился. Поработал над проектом вместе с Дорис Нгуен. Сяо-Вен Шу тоже согласилась участвовать. Она жила в доме отдыха, на Рейнбоус-Энд, но денег у нее оказалось немало. Шу может купить «носилку» получше, чем «Ипифани».

Большой Ящер останется доволен. Наверное, и Майку немного денег перепадет.

А может быть, награда не главное. Вильяс поймал себя на том, что насвистывает на ходу. Главное было… потрясающее открытие: сегодня у него получилось координировать! Именно ему удалось помочь другим! Конечно, не совсем то же самое, что работа настоящего менеджера высшего звена, но тоже неплохо.

Близнецы Рэднер почти дошли до дому, но в чат все равно заглянули.

— Мы тебя обыскались, Майк. — Оба близнеца ухмылялись. — Слушай, Вильямс поставил нам по высшему баллу!

— За ванкуверский проект?

— Ага. Даже не поинтересовался, откуда у нас результаты, — произнес Джерри.

— И даже объяснять не потребовалось, — добавил Фред. — Не то нам досталось бы!

Они прошлись под дружеское молчание.

— А дыру, которую мы проделали в ограде Пирамидного Холма, уже починили.

— Неудивительно. Вряд ли нам стоит пробовать снова.

— Точно, — с жаром подхватил Фред.

Его изображение пошло рябью. Слизь еще мешала одежде работать.

Джерри продолжал:

— И нам удалось выведать о Чамлиг кое-что интересное.

Студенты держали собственный архив, посвященный факультету. В основном — для приколов. Но случалось, что информации находилось и более практическое применение.

— А в чем дело?

— В общем, слушай. От Рона Вильямса узнали. Он первым выяснил, так что сведения настоящие, а не какая-то лажа от «Борцов за Неприкосновенность».

Большинство обманок от БН, как правило, начиналось именно с таких вступлений, но Майк просто кивнул.

— Миссис Чамлиг не увольняли из Гувер-колледжа. Она до сих пор там подрабатывает, а может, и еще где-нибудь.

— Вот как… А отдел образования об этом знает?

Миссис Чамлиг всегда была такой правильной, и казалось просто невероятным, чтобы инструктор кого-нибудь надула.

— Не знаем. Пока неизвестно. Ума не приложим, почему в Гувере такое допустили. Помнишь ребят из «IВМ», о которых нам все уши прожужжали? Все трое учились у Чамлиг! Но она, похоже, затаилась, как только пошли слухи. Мы думаем, что Чамлиг отказалась от кредитов из-за какого-то скандала… Эй, Майк!

Вильяс остановился на полпути. Пожав плечами, вернул утреннюю запись, сопоставил стиль речи Большого Ящера с манерой разговора Чамлиг…

Снова глянул на близнецов:

— Извините. Вы… вы меня удивили.

— Да мы и сами удивились. В общем, мы с Джерри решили, что сведения пригодятся, если у нас по предмету Чамлиг возникнут проблемы.