Лучшее за год 2006: Научная фантастика, космический боевик, киберпанк - Гарднер Дозуа

Но все молодые доводятся кому-нибудь детьми. Вильяс наугад проверил несколько историй. Подобно большинству учащихся, Майк множество файлов хранил в «носилке». Поиск можно провести в пределах собственной куртки. Во внешний мир Вильяс выходил редко — не считая тех случаев, когда нужно посетить сайт, о котором рассказывала Чамлиг. Преподавательница знала, как застать врасплох тех, кто прогуливал мысленно. Но Майк был не промах в целостном программировании и умел управляться с «носилкой» незаметными жестами-подсказками или из меню взгляда. Как только взгляд Чамлиг остановился на Вильясе, он радостно кивнул и повторил запись последних секунд лекции.

Что же до великовозрастных учащихся… Полностью перестроившиеся никогда не попали бы на занятия — теперь они богаты и знамениты, им принадлежит весь мир. Курсы, установленные программой образования взрослых, посещали «бывшие». Новички из их числа поступали в Файрмонт на протяжении всего семестра. Больницы для стариков отказывались перенастраивать старших к началу семестра. Утверждали, что пожилые граждане обладают достаточной «социальной зрелостью», чтобы разрулить ворох проблем, связанных с началом занятий, с середины семестра.

Майк переключался с одного лица на другое, сопоставляя увиденное с отметками в файлах общего доступа. Ральстон Блаунт. Мужик упал ниже плинтуса. Ручаться за результаты перенастройки нельзя: это всегда «бабушка надвое сказала». Что-то можно вылечить, что-то — нет. Да и помогает такая медицина не одинаково. И Ральстону не очень повезло.

Сейчас старина старательно щурился, силясь уследить за приведенным Чамлиг примером из области поисковых заседаний. Блаунт провел на занятиях почти весь семестр. Медицинские записи Ральстона просмотреть не удалось, однако с сознанием у него наверняка был относительный порядок: сообразительный, не хуже большинства молодежи на лекции. И когда-то, давным-давно, он жил-поживал, имея вес в Южном Округе Объединенных Графств.

Давным-давно…

Что ж, этого — в список «интересных». Кто еще? Дорис Нгуен. Бывшая разработчица домов. Майк посмотрел обычным зрением на моложавое лицо. На вид ей было примерно столько же, сколько маме, — хотя на деле Дорис была лет на сорок старше. Вильяс провел именной поиск, отсекая случайные совпадения и явные выдумки: «Борцы за Неприкосновенность Частной Жизни» внедряли ложь так глубоко, что порой истина не поддавалась установлению. Однако в прошлом Дорис Нгуен не имела никаких важных связей. С другой стороны, сын ее работает в Кэмп-Пендльтоне. Ну ладно, Дорис в списке оставляем.

Чамлиг продолжала объяснять, как ответы форматируются в новые вопросы, не обращая внимания на прогул Майка.

Так, дальше у нас Сяо-Вен Шу. Доктор физических наук, доктор электронной инженерии. 2005 год. Лауреат премии Intel…

Доктор Шу нагнулась, всматриваясь в столешницу перед собой. Старалась уследить за разъяснениями инструктора с помощью… ноутбука! Бедная тетенька. Но наверняка со связями.

Политики, военные, ученые… И родители таковых. Ну да. Подключение может оказаться забавным. Может быть, удастся проследить по дереву, узнать, не замешаны ли какие-нибудь злодеи. Майк отправил пару сотен запросов, в основном — по подлинности сертификатов. Даже если документы серьезные, люди и программы все равно могут что-нибудь напортачить. Ручейком потекли ответы.

Если бы не туман, который напустили «Борцы за Непрникосновенность», он смог бы отыскать и стоящие подсказки. Вильяс разослал новые вопросы, но внезапно по всему полю видения беззвучным пламенем полыхнуло сообщение:

Чамлиг => Вильяс: Мигель, у тебя еще целый день впереди — успеешь наиграться! Если будешь глазеть по сторонам, то можешь не сомневаться: этот курс для тебя закончен.

Вильяс => Чамлиг: Виноват. Извините!

Обыкновенно инструктор просто изводила его неожиданными вопросами, но в этот раз Чамлиг впервые обратилась к нему с явной угрозой.

Самое потрясающее, что сделала она это во время короткого перерыва, когда остальные думали, что преподавательница просто просматривает записи. Майк взглянул на нее с заметно выросшим уважением.

Моделирование. Любимый предмет Майка Вильяса — и не только оттого, что он завершает день. Занятия по моделированию похожи на первоклассную игру — с настоящими клавишами и джойстиками, результат можно потрогать, им можно управлять. За такое на Пирамидальном Холме деньги платят. Да и мистер Вильямс не похож на Луизу Чамлиг. Позволял делать то, что нравится, но ни разу не лез потом с сетованиями на то, что ты ничего не добился. Не получить высший балл на занятиях Рона Вильямса почти невозможно: он потрясающе старомоден.

Курс моделирования оказался для Майка прекрасной возможностью поболтать со стариками и помешанными на неприкосновенности частной жизни уродами. При этом выглядел он полным идиотом. Новое подключение требует слишком хороших навыков в общении с людьми, а Майк никогда не умел играть в дипломатию.

И вот теперь приходится убалтывать старичье. Что ж, попробуем…

Ральстон Блаунт просто сидел, глядя в пустое пространство над столом. Одетый, но на сообщения не отвечает. Майк дождался, пока Вильямс отправится на очередную кофе-паузу. Затем подошел и сел возле Блаунта. Господи боже, этот Ральстон, может быть, и здоров, но какой же старый на вид! Несколько мгновений у Майка ушло на то, чтобы подсоединиться к восприятию старикана. Вильяс знал, что, если Блаунту не нравятся занятия, он просто не обращает на них внимание. На оценки ему плевать. Несколько мгновений спустя Майк обнаружил, что и общаться Ральстону не очень хочется.

«Ну так поговори с ним! Представь, что это — новый способ прибить чудище в игре!»

Майк создал себе карикатурный облик, и внезапно оказалось, что начать общение не так уж сложно.

— Как вам нравятся занятия по моделированию, профессор Блаунт?

Взгляд старика остановился на Майке.

— Трудно представить, мистер Вильяс, к чему еще я был бы столь же безразличен…

Ур-ра! Гм. В общем доступе имелось немало сведений о Ральстоне Блаунте — даже какая-то переписка по группе новостей, доставшаяся в наследство. Всегда пригодится, если нужно потрясти родителей и других старших…

Но старик продолжал беседовать сам с собой:

— Я не то, что некоторые здесь. Никогда не впадал в слабоумие. Если по справедливости, то моя карьера должна идти так же, как и у лучших в моем поколении.

— По справедливости?

— В две тысячи шестом я был ректором Восьмого колледжа! На следующий год должен был стать канцлером Южного Округа Соединенных Графств! А вместо этого меня насильно отправили на пенсию…

Майку все это было известно.

— Но вы же так и не научились носить…

Блаунт прищурился:

— Я прошел четыре семестра этого вашего «Образования для взрослых»! Теперь мое резюме — в эфире!

— Должно быть, вы знакомы со многими важными людьми.

— Верно. Дайте мне время, и я еще…

— В-вы знаете, профессор, может быть, я смогу чем-то помочь? Нет-нет, не сам, конечно. У меня есть подключение!

— Вот как?

Что ж, хорошо, что Ральстон хотя бы знает, что такое «подключение». Майк разъяснил суть дела, предложенного Большим Ящером.

— Так что здесь могут быть и настоящие деньги.

Блаунт прищурился, стараясь разобраться в сертификате:

— Деньги не главное. Особенно в моей ситуации.

— Но любой человек с такими сертами имеет немалый вес! Может быть, вам еще удастся получить какую-нибудь помощь…

— Верно.

Старик еще не был готов заглотить наживку, хотя и пообещал переговорить с другими людьми из списка Майка. По условиям подключения помощь в работе над проектами засчитывается как небольшой плюс. Может быть, Ящер рассчитывал найти побольше связей…

Тем временем поднялся шум. Команда Мэри Дорси создала какого-то ползуна. Кругом прыгали прототипы.

Так достали, что даже говорить в полный голос нельзя.

Вильяс => Блаунт: Вы меня слышите?

— Конечно слышу, — ответил старик.

Получается, несмотря на клятвы Блаунта в «фишкосечении», ему, возможно, просто не совладать с беззвучными сообщениями — даже с работой на клавиатуре, к которой привыкли большинство взрослых.

Сяо-Вен Шу сидела на скамейке и читала с ноутбука. Чтобы заговорить с ней, потребовалось еще больше мужества, чем для обращения к Ральстону Блаунту.

Она выглядела такой грустной, была такой неподвижной… Список компонентов был отформатирован, точно каталог на жесткую копию.

— Раньше я в таких вещах разбиралась, — призналась доктор Шу, — вот гляди. — Она указала на картинку в музейном разделе. — Я сама этот чип придумала.