Невинный маг - Карен Миллер

Слуга бросил на Главного Мага изумленный взгляд.

— Слушаюсь, сударь.

Дверь за слугой закрылась, и Морг остался один.

— Наконец-то у меня снова есть тело! — воскликнул он и залился веселым смехом.

Успокоившись, Морг сел за стол и, вооружившись ножом и вилкой, принялся за еду. Какое это наслаждение — снова дышать и ощущать запахи. Завтрак состоял из яиц, грибов, говядины под соусом, овсянки со сливками и медом, теплого хлеба, намазанного сливочным маслом, и подогретого вина с пряностями.

Неудивительно, что Дурм оказался таким толстяком!

Последний раз Морг прикасался к еде четыреста лет назад. Воспоминания о вкусе пищи и других физических ощущениях почти истерлись из его памяти. Какое же это счастье, снова почувствовать свою плоть, ощутить тело.

Впрочем, Морг не жалел о том, что в течение долгого времени оставался бесплотным духом. Такие чувства, как сожаление, раскаяние, тоска, ностальгия были вообще незнакомы ему. Превыше всего Морг ставил интеллект и магическую силу. Он был великим некромантом и знал, что скоро заставит таких, как Дурм, отступников и предателей, встать на истинный путь предков.

Скоро он сурово накажет их.

Но до этого славного момента ему придется находиться в чужом теле. И сейчас этому телу хотелось есть. Рот Морга наполнился слюной, в желудке урчало, ноздри трепетали. Он жадно набросился на пищу.

Какой необыкновенный вкус! Какие аппетитные ароматы! Волна забытых чувств и ощущений накатила на Морга.

Конечно, наличие телесной оболочки накладывало большие ограничения и предъявляло определенные требования. Морг был привязан к телу и вынужден исполнять его желания, которые были не всегда такими приятными, как поглощение пищи. Но чародей считал, что справится со своей задачей.

Самое большое неудобство для него состояло в том, что теперь он не мог читать чужие мысли, проникать в души окружающих. В течение шести столетий он беспрепятственно делал это. Он знал все тайные мысли людей, все их сокровенные желания и запретные мечты. И теперь от установившейся вокруг непривычной глухой тишины у него слегка кружилась голова и звенело в ушах. Тело ограничило его возможности.

Отныне ему следовало действовать осторожно, избавившись от излишней самонадеянности. Морг решил продвигаться к цели неспешно и осторожно. Он был заперт в телесную оболочку, как в тюремную камеру, плоть сделала его уязвимым. Он не имел права на ошибку или опрометчивый поступок, ему нельзя было возбуждать подозрение. Один неверный шаг мог стоить ему слишком дорого.

Впрочем, переоценивать опасность тоже не следовало. Эти слабаки, называвшие себя магами, в подметки ему не годились. Чтобы понимать их, не нужно было читать их мысли. Разобраться в поведении и желаниях этих примитивных людишек Моргу поможет выражение их лиц. С помощью проницательности и коварства он сумеет поставить их на колени.

Именно в этом и заключалась его задача. Скоро он накажет этих непослушных детей и приберет к рукам сей райский уголок.

Слизав остатки яичного желтка с вилки, Морг усмехнулся. Жизнь превратилась в сплошной праздник.

Приняв ванну и переодевшись, Морг достал из шкафа старинную деревянную шкатулку с серебряным замочком. Поставив ее на столик у окна, он сел и долго рассматривал шкатулку. Момент торжества настал. Морг чувствовал, как внутри него шевельнулся Дурм. Главный Маг лихорадочно пытался вырваться на свободу, но Морг усилием воли подавил его сопротивление. Толстяк утих, и Морг открыл крышку шкатулки.

Внутри на синем бархате лежал жемчужно-белый шар. В его глубине переливались потоки золотистого, зеленого, темно-красного и фиолетового цвета. Эту вещицу можно было бы, пожалуй, назвать красивой. Но Морг мало ценил красоту.

— Эх, Барла, Барла, неужели ты и вправду думала, что победила меня? — произнес он. — Сколько бы времени ни прошло — шесть лет, шесть столетий или шесть тысячелетий, — я все равно никогда не оставил бы твое предательство безнаказанным.

Отпечатки ее пальцев, следы ее прикосновений были на самом шаре и в его магической глубине. Морг явственно ощущал их. В течение шести столетий он лелеял мечту сойтись с Барлой в поединке и одержать победу. Они давно уже изобрели способ продлевать жизнь и существовать вне телесной оболочки. И Морг долгие годы мечтал снова встретиться с Барлой лицом к лицу и призвать ее к ответу за то, что она так глупо отказалась воплощать вместе с ним великие планы завоевания мира.

Но Барла и здесь предала его. Она не воспользовалась их великим открытием и не стала продлевать свою жизнь. Эта упрямая женщина вложила ее в создание королевства Лур. Она воздвигла волшебную Стену, которая долгое время была для Морга непреодолимой преградой.

Барла снова обманула его, отвергла, одержала верх над ним…

— Ты думала, дорогая, что навсегда избавилась от меня. Как бы не так! Я пришел сюда, чтобы разрушить твою Стену и уничтожить все, что ты пыталась защитить.

Осуществить этот план было проще простого. Нерушимость Стены зиждилась на магии заклинания погоды. Одно было неразрывно связано с другим. Стоило уничтожить одно звено в этой цепи, и другое тут же утрачивало свою силу.

Нужно овладеть магией заклинания погоды, найти в ней уязвимое место и разрушить ее. И тогда останется только сесть в сторонке и молча ждать, когда королевство Лур само погибнет, лишившись своей защиты. Морг намеревался прибрать эту землю к рукам и тем самым одержать над Барлой окончательную победу.

Он удивился, узнав недавно, что Дурм не владел магией заклинания погоды. Главный Маг был всего лишь наставником, учителем королевских детей. Все тонкости магических обрядов были известны только королю и его наследнице. Они восприняли их от волшебного шара. Кроме них, больше никто не имел права владеть этой магией.

Такой порядок установила Барла, и он изумлял Морга и вызывал у него отвращение. По его мнению, доранцы поступили, как рабы, сами себя заковавшие в цепи. Морг легко расправится с такими людьми! Сейчас он овладеет секретами заклинания погоды и приблизится к своей цели. Он сможет силой мысли вызывать дождь, снег, ветер. Вот настоящее чудо! И все это изобрела Барла. Да, нужно отдать ей должное. Барла действительно была выдающимся магом. И тем не менее он не сомневался, что одержит победу над ней.

В радостном предвкушении чуда Морг достал волшебный шар из шкатулки. Он был теплым на ощупь и вибрировал, словно живой. Покопавшись в памяти Дурма, Морг нашел там нужное заклинание и, закрыв глаза, громко произнес его…

И его тут же мошной защитной волной отбросило к стене. В мозгу вспыхнула яркая вспышка, кожу опалил жар, чувства пришли в смятение, а в ушах прозвучал тихий голос, которого он не слышал уже шесть столетий: