Антикиллер - Данил Корецкий

– Спокойной ночи, Петруччо! – Лис захлопнул за собой хлипкую латаную дверь.

Проснулся Лис около одиннадцати. Он бы спал еще, если бы не телефонный звонок.

– Минутку, сейчас с вами будут говорить, – пробасил мужской голос. Следом прозвучал другой, властный, вначале показавшийся незнакомым.

– Здравствуйте, Филипп Михайлович! Это Калашников.

– Кто? – Лис спросонок ничего не понимал. К тому же болела голова, мутило.

– Крест, – пояснил голос. – Вы мне помогли, жизнь спасли, я ваш должник. Да и вообще, с вами в городе порядка больше. Если что от меня понадобится – обращайтесь.

– Постойте, – спохватился Лис. – Телефон-то откуда знаете? Я тут временно, никому его не давал...

– Телефон? – удивленно переспросил Крест. – Так я просто сказал ребятам, они и соединили... Все знают, чертяки! Ну, бывай!

Приняв душ, Лис позвонил Хондачеву.

– Какие новости?

– Только что с актива в администрации. Ночью трем бандитам головы отрезали. Они с ворами что-то не поделили.

Банкир помолчал, ожидая вопросов, но Лис их не задал.

– А Воронцова сегодня не было. Заболел, говорят, тяжело. Ты не в курсе?

– Я же не доктор, – равнодушно ответил Лис. – Хочу сегодня отгул взять. Устал немного.

– Гуляй, – разрешил Хондачев.

Лис набрал номер Натахи.

– Как дела? Почему не на работе?

– Ох, это ты? – В голосе слышалась радость. – У меня отгулы за переработки.

– Совпадение! И у меня отгул.

– Хочешь – приезжай, – нейтральным тоном предложила Натаха.

Лис прислушался к своим ощущениям.

– Очень хочу!

– Ну, давай... – он почти видел улыбку на лице Близнецов.

– Еду!

Пепла на ступенях не было. Он позвонил, и дверь открылась очень быстро.

– Я думала, ты про меня забыл... Лис молча развязывал поясок легкого халата.

– Давай попьем чаю, – предложил целомудренный Близнец.

Лис распахнул шелковые полы. Второй Близнец предусмотрительно снял белье. Он уже отвык от Натахиного тела и сейчас жадно рассматривал белые отвисающие, но с торчащими сосками груди, тонкую талию и округлые бедра, пышный кучерявый лобок и ноги с большими ступнями.

– Чаю, говоришь?

Лис развернул Натаху спиной к себе.

– А как ты пол моешь?

– Давай хоть в комнату войдем, – сказала она, нагибаясь.

Отработав Натаху прямо у входной двери, Лис перевел дух.

– Теперь можно и чаю...

Натаха хлопотала на кухне, он молча смотрел на нее, размышляя. Она еле сводила концы с концами, жила от зарплаты до зарплаты. Любовники не баловали ее дорогими подарками, да и сама она не просила ничего взамен секса. А ведь в принципе... Томка Федотова профессионально занималась тем, что Натаха делает из любви к искусству, решила все финансовые проблемы. Конечно, это явно постыдное занятие. Но сейчас существует множество облагороженных форм... Секретарь в процветающей фирме. Уколы на дому для солидных пациентов. И так далее, и тому подобное.

Натаха просто не умела извлекать с помощью своего тела материальную выгоду. Как-то она рассказала, что встретила старого приятеля и тот назвал ее непрактичной. «Другая на твоем месте уже бы и должность хорошую получила, и упаковалась. Сейчас время такое...»

Лис не стал уточнять ни степени близости приятельских отношений, ни предмета разговора, но с выводом Натахиного знакомца согласился. Сейчас время блядей. А она действительно непрактична...

– Какой чай: индийский заварной или английский в пакетах?

– Французский, – ответил Лис.

Второй Близнец откровенно улыбнулся. Они Изредка практиковали такую игру: минет с чаем. Натаха отхлебывала от чашки янтарную дымящуюся жидкость, неторопливо глотала, а дальше делала все как обычно, но рот становился горячим – это обостряло ощущения.

– Соседка пришла с базара, там рассказали кошмарную историю, – скромный Близнец поспешил уйти от неприличной темы. – Молодые преступники напали на старых, стали чего-то требовать. А те их убили, разрезали на мелкие куски, положили в машины, а машины подогнали к милиции.

Рассказывая страшные вещи, Натаха смешно округляла глаза.

– А к милиции-то зачем?

– Наверное, чтоб страшнее...

Лис лучше кого бы то ни было знал, что «мерседес» и БМВ остались в лесополосе, но он хорошо знал и механизмы разрастания слухов.

– Да, я хотела тебя спросить, – женщина даже отставила чайник и всем телом повернулась. – Президента убили или нет? Люди разное болтают...

– А чего ты у Коли не спросишь? – прищурился Лис.

– Он куда-то пропал, – печально сообщила Натаха. – Я уж думаю, не случилось ли с ним чего... И потом, откуда он знает?

Глаза у нее были чистые и озабоченные.

– Уж он-то знает, – усмехнулся Лис. – Ведь это он и убил Президента. Правда, зовут его не Коля, а Витя.

– Ты шутишь? Да?

Озабоченность сменилась вопросом. Глаза Натахи легко меняли выражение.

– Его тоже шлепнули. Прямо на месте.

Лис бросил на стол фотографию убитого Мастера. Натаха медленно опустилась на стул, всмотрелась в снимок, неверяще покачала головой.

– Не может быть... Какой ужас!

– В чем, по-твоему, ужас? В том, что ты скрыла профессионального убийцу и благодаря этому он застрелил Президента страны? Или в том, что негодяя обезвредили?

– Почему я скрыла? – Теперь глаза стали испуганными и наполнялись слезами.

– Если бы ты правильно ответила на мои вопросы, его арестовали бы в тот же день! – «нагонял колоду» Лис. – А ты соврала! Значит, кто виноват в убийстве Президента?

У Натахи начали дрожать губы. Сейчас она разревется, а Лис не выносил женских слез.

– Что мне теперь будет?

– Придется искупить вину перед органами правопорядка и трахнуться со мной немедленно! – победно закричал Лис и, вскочив, закружил Натаху по кухне.

– Подожди, дай я в себя приду, – Натаха терла глаза. – Но я же ничего не знала. Я не хотела его укрывать, правдаправда!

– Забудь, – Лис поставил женщину на пол. – Он мертв.

Насколько я понимаю, все нити, ведущие к тебе, оборваны.

– А как же... – Натаха осеклась. – Как же... Глаза Близнецов беспокойно бегали.

– Он тебе что-то оставил? – спокойно, как о само собой разумеющемся, спросил Лис, – Неси, посмотрим.

Натаха долго возилась в шифоньере, извлекая укрытый тряпьем кейс.

– Вот! – Она положила чемоданчик на стол.

Не прикасаясь, Лис тщательно осмотрел кейс, обнюхал, прижавшись ухом, долго вслушивался.

– Кажется, ничего... Но лучше на балконе. Дай дрель и удлинитель.

– Почему на балконе?

– В замкнутом пространстве взрыв опасней, – пояснил Лис. И добавил:

– Но для того, кто открывает, это значения не имеет.

– Так может не надо?

– Неси дрель!

Аккуратно просверлив тонким сверлом по кругу с десяток отверстий, Лис осторожно выломал кусок пластмассы.

– Так-так-так, – удовлетворенно проговорил он и повторил операцию с другой стороны кейса.

– Бояться нечего. Сделай музыку погромче, – сказал Лис, возвращаясь с балкона в комнату.

Натаха включила магнитофон.

Лис рассверлил замок и распахнул крышку. Включилась тоненькая немощная сирена, замигала красная лампочка. Оборвав проводок питания, он выключил сигнализацию.

– Смотри!

Натаха, осторожно ступая, подошла, близоруко наклонилась.

– Ой, доллары! Сколько же здесь?

– Думаю, миллион, – прикинул Лис. – Это гонорар твоего Коли-Вити. Цена головы Президента.

– Кому их надо отдать?

Лис молчал. Он тоже был непрактичным. Много зная и умея, он понятия не имел, как превратить лежащее перед ним богатство в счет в швейцарском банке, особняк на Кипре или виллу во Флориде. Купить «мерседес-600» за сто сорок тысяч – дело не хитрое, но это прямая «засветка» и пристальное внимание обеспечено. Еще одна крупная трата, и обязательно найдутся люди, желающие эти деньги забрать. В современных условиях он вряд ли сумеет удержать столь жирный кусок или хотя бы сохранить жизнь.

– Они не фальшивые?

Он посмотрел на Натаху.

– Не похоже. И потом, видишь, желтые полоски? Их проверяли не так давно...

– И чьи они теперь?

Лис впился взглядом в ее глаза. Действительно, непрактичная баба. Она явно не могла представить, что гигантская сумма принадлежит ей. И не понимает, что если бы он решился оставить деньги, то вынужден бы был сразу же избавиться от свидетельницы. То же, стопроцентно, собирался сделать и Мастер.

– Государственные, конечно!

Похоже, иного ответа она и не ожидала.

– Надо отнести, или они сюда приедут?

– Не спеши...

Лис размышлял, какую пользу можно безопасно извлечь из свалившегося богатства. Заныкать пачку-другую? Но неполнота суммы вызовет подозрения, хотя они и недоказуемы, однако породят сплетни, домыслы, пересуды, вокруг его имени поднимется волна информационного шума, что не способствует жизни и здоровью. Отдать чудом свалившееся богатство, не попользовавшись, тоже глупо... Внезапно он придумал.