Колокольчики - Елена Другая

- Ну а дальше вся моя жизнь превратилась в круглосуточное преследование Ганса. У меня появилась цель, и я не собирался отступать! Я стал следить за ним днем и ночью, объезжал все бары и усаживался там, где был он, ночевал в тех же гостиницах, а иногда и на улице, возле какого-нибудь дома! Ганс всегда был с женщиной, а то и с двумя!

- Обалдеть, – прошептал впечатлительный Анжи.

- Ты сильно рисковал, – сквозь дремоту, пробормотал Луи.

- А что мне было делать? Сам бы он ко мне не пришел! Разум мне подсказывал, что раз он понял, кто я такой, значит он уже где-то имел дело с такими, как я, так почему бы ему не поиметь дело со мной! Логично? В ресторанах я старался занять соседний стол и смотрел на него. В один прекрасный день Гансу все это надоело, он кивнул, чтобы я шел с ним в туалет. Я пошел. В туалете он сжал мне горло одной рукой, придушил, а потом легонько ударил головой о писсуар, и полудохлого бросил на пол.

- Боже! – Принц прижал пальцы к разгоряченным щекам.

- Потом три недели я лежал в больнице, но ни о чем не жалел. В первый же день после выписки я рванул по заведениям. Ничто не могло меня остановить!

- Да, иногда тяжело бывает попасть в постель к любимому человеку, – музыкально сказал Принц и бросил на Демона мстительный взгляд, – приходиться побегать. Продолжай, Пьерчик, мы потрясающе сегодня проводим время!

- Я нашел его в казино с какими-то женщинами, пристроился играть рядом, ну у него и глаза были, когда он меня увидел! Я понял тогда, что меня либо убьют, либо, все же, полюбят. Умереть я был готов в любой момент, жить без него я не мог. Я тогда хорошо выиграл, а он все проиграл. Жестом я предложил ему свои фишки, чтобы он не подумал, что я альфонс. А он прошипел мне: “Засунь себе их в жопу!” Мое сердце и вовсе растаяло! Вот так мы поговорили во второй раз, друзья мои!

- А помнишь, Принц, мы с тобой ходили в казино и нашли на полу фишку.., – неожиданно завел Луи, сквозь сон.

- Да отвали ты! – хором перебили его Принц и Анжи.

- На следующий день, прямо с улицы, меня заволокли в машину два каких-то головореза и повезли, угрожающе пересмеиваясь. Я понимал, что судьба моя решилась, и что меня, молодого и красивого, везут убивать за то, что я своим навязчивым вниманием порчу репутацию Ганса. Я молился, чтобы меня по-человечески убили, а не издевались перед этим, но, к сожалению, отлично знал, что гомосексуалистов просто и приятно никогда не убивают.

- Я сейчас кончу! – прошептал Принц.

Демон ударил его по колену.

- Все, спасибо, кончил, – засмеялся Принц.

- Ну а дальше, – нежно сказал Пьер, – все было очень хорошо. Меня передали Гансу, мы остались наедине, я признался в любви и попросил его провести время со мной, хотя бы один раз. Ганс приказал мне раздеться и лечь. Ну, меня два раза просить не надо, я разделся и лег так быстро, что немало насмешил его этим. Я сказал ему, что у меня большой опыт, и со мной можно, как угодно. Ганс был поражен, добровольно ему еще никто не отдавался! Я провел с ним ночь, он остался очень доволен, а потом стал по вечерам присылать за мной автомобиль. Я был на седьмом небе! Немало месяцев прошло, прежде, чем мы стали по-настоящему близки. Сначала он жутко стеснялся нашей связи, но дружба с Ангелом и Ричи повлияла, и мы стали считать себя парой. Мы ругались и дрались, друзья мои. Я ревновал его к женщинам, с которыми он не перестал таскаться, а он ревновал меня к дяде. Силы были не равные, он бил меня так, чтобы не убить, а я брал кочергу и подкрадывался сзади... Веселые были времена! Но потом, вроде, все наладилось. Ганс подбивал меня убить дядю, он знал, какой вклад внес дядя в мое “воспитание”, а также хотел, чтобы я получил материальную самостоятельность. Я был против, что-то удерживало меня. Но Ганс все же убил его!

- Сейчас будет самая печальная часть истории, – предупредил Луи.

- Мы жили тогда уже почти год, счастливо. Ганс, конечно, изменял мне, да еще и женился, но я не мог винить его, он хотел, как и все нормальные люди, детей. А у меня в жизни произошла трагедия. Умерла бабушка, которая воспитывала моего младшего брата, и опекунство над ним передали дяде. Дядя позвонил мне и торжествующе это объявил. Он требовал, чтобы я вернулся домой, иначе грозил сделать с моим братом то же, что и со мной. Я этого допустить не мог, объяснять не надо, почему. Горе мое было столь огромным, я рыдал весь день. Я не мог бросить брата, вернуться жить к дяде и бросить Ганса я тоже не мог. Вечером приехал Ганс, я ему рассказал все и вслух пожелал дяде смерти. Ганс сказал, что ему надоел мой дядя, что у нас от него одни неприятности, он успокоил меня и уложил спать, пообещав, что решит мою проблему. Я знал, что он задумал убить дядю, друзья мои, я слышал, как он собирается и уезжает, но не остановил его. Брату было тринадцать, у него была уже устоявшаяся гетеросексуальность, и я не мог допустить, чтобы дядя изнасиловал его. Ганс совершил убийство и домой не вернулся, ему не удалось уйти, он сразу же попал под арест. Слуга, который жил у дяди в доме, умудрился задержать его, а жена слуги вызвала полицию. На следующий день в обед арестовали и меня.

- Так ты был под судом! – охнул Принц.

- Ой, тоже, святая невинность! Какое потрясение для твоей нежной души! От тюрьмы и от сумы не зарекайся! На следствии я рассказал все, как было, кое-кто из слуг дяди и его знакомых все подтвердили. Мой брат дал показания, что дядя приставал к нему, это меня и спасло. Версия, что я нанял Ганса, чтобы убить и завладеть деньгами дяди, провалилась. А сам Ганс сказал, что убил в состоянии ненависти и гнева, в ослеплении ревностью, что мой дядя – полное дерьмо и извращенец и