Разоритель Планет - Александр Амплеев

вколоть тебе успокоительное или адреналин, что лишит тебя страха, но тебе лучше преодолеть себя самостоятельно. Тяжело в учении, легко в бою.

— Да-да… Я преодолею, — проговорил, чуть ли не задыхаясь, человек.

— Мы с Жнецом будем лететь рядом с тобой, и будем тебя страховать, поэтому не бойся. У меня рюкзак синхронизирован с костюмом. У Жнеца в мозг встроен специальный чип, поэтому бояться нечего.

ЧОПовцы же смотрели на Колленса кто с усмешкой, кто с соболезнованиями, а сам ефрейтор резко выдохнул.

— В жопу, — проговорил он, после чего начал медленно нажимать на рычаги. Ефрейтор начал медленно подниматься вверх, затем нажал сильнее, вспарил в воздух быстрее Жнеца и Клио, а после совершил непонятный маневр с каким-то криком и оказался над самой пятиэтажкой.

Он прямо-таки перевернулся в воздухе, сделав своего рода мертвую петлю, а затем встал на крыше. В глазах его сразу начали летать какие-то пятна, но Колленс, слегка пошатываясь, стоял. Вдох-выдох… Вдох-выдох. Клио и Жнец уже были рядом с ним. Жнец что-то говорил, но человек не мог понять, что. В голове крутились множественные мысли, а самое главное, какое-то неверие в то, что он сделал. После этого, он пошел вперед. В висках стучал сердечный ритм, но он пересилил себя и сделал шаг вперед. Сначала с силой сжал рукоятки, чтобы остановить резкое падение, а затем, облегчив хват, стал медленно опускаться вниз. Лицо его было бледным, но все-таки Колленс сделал это. Внизу же его ожидали изумленные лица ЧОПовцев, которые не раз наблюдали то, какую гримасу принимало лицо Колленса во время полетов на Айскрим или даже во время перелетов между городами. Теперь же, кажется, на его голове стало на одну седую волосину больше, но, по крайней мере, он пересилил себя и свой страх.

…

Вскоре четыре отделения шок-пеха были уже на месте. Были они переодеты в некую броню из черной плотной ткани с десятками вставок для поглощения тока. На лицах были такие же черные шлемы с такими же поглотителями. Вперед вышел, судя по всему, Грейх, который посмотрел на штурмовиков, упаковавшихся в такую же броню, но красного цвета. Переодеты были все, кроме Клио, ибо съем скафандра был для него смертельным.

— Итак… Провожу краткий инструктаж по поводу того, каким образом вас выводит из строя и то, почему Клио не стоит участвовать в этом действе, — голос Грейха был почти таким же, как и в экзоскелете, даже без искажения, он был хриплым, кажется, от простуды. — На доспехах встроены поглотители шок-зарядов. Что это значит? Это значит то, что ток не бьет вас напрямую, но, в зависимости от того, в какую зону попадает шок-заряд — ток будет сильнее или слабее впитываться в аккумулятор костюма, который, в момент накопления критического числа энергии, ударит вас мощным зарядом тока. Грудь, — Грейх указал в грудную пластину. — Сюда, в зависимости от зоны попадания хватает одного-двух шок-зарядов. Если попадание по касательной, что редко, в вас впитается от силы десять процентов тока. Зачастую, костюм такие попадания вообще не анализирует и в соответствии с этим не принимает. Дальше. Голова, — Грейх указал на шлем. — Здесь, опять же, один-два попадания в зависимости от вашего оружия, если пулемет попадает в голову — понятно, что головы нет, а значит, костюм сразу производит максимальное накопление заряда и бьет вас током, который выводит вас из состояния «жизни». В случае, если попадания происходят в некритические зоны, то есть, в конечности, хотя попадания в некритические зоны на поле боя — это тоже довольно таки смертельно, ибо вы минимум теряете оружие, если не смогли удержать его в руках, а максимум подвижность, если вам хорошо посекло ноги. Попадание в руки и ноги — заряжает ваш аккумулятор процентов на двадцать-тридцать. А теперь… Самое интересное, — Грейх указал на живот. — Как думаете, сколько здесь процентов?

— Сто, — четко произнес ефрейтор, глядя на старшего сержанта шок-пеха.

— Верно. Почему?

— Попадание в живот смертельно, ибо в случае такого попадания у вас, скорее всего, пробьет кишки, и вы будете умирать в муках в течение пары дней, если вовремя не оказать соответствующую хирургическую помощь. Вести же бой с попаданием в живот — довольно проблематично, ибо человеку чересчур сложно передвигаться с таким ранением, а тем более перемещаться стоя, — отчеканил ефрейтор.

— Верно. Вести бой из «стационарного» положения, вы в принципе сможете, если вам вколоть хорошую дозу обезболивающих, но все-таки, зачастую, такое попадание приводит если не к отключке, то к самой мерзкой боли. Про попадания в торс… Почему два патрона порой? — спросил снова Грейх.

— Есть шанс попадания в ребро, иногда происходит рикошет пули, ну и… Стоп… А почему не учитываются те же бронежилеты? — спросил ефрейтор, глядя на человека в черной броне.

— Условности. Не более… Конечно, это должно учитываться, но разработчикам было в падлу маяться с такими «неважными» деталями, поэтому оно так. По поводу рикошета — верно, но, зачастую, нынче происходит либо пробитие насквозь ребра, что смертельно, либо проход пули вскользь, но все-таки шанс рикошета имеется и именно поэтому только живот является смертельной зоной. Хотя, в принципе, зачастую живот не выводит из игры навсегда, когда попадание в сердце или в легкое или в мозг — это стопроцентная смерть. Теперь по поводу Клио… — шок-пехотинец сначала опустил голову, а потом поднял взгляд на талерианца. — Ты же понимаешь, что попадание шок-заряда приведет к отключению систем жизнеобеспечения твоего скафандра?

— Понимаю, однако, меня еще ни разу не ранили в боях за почти пять лет наемничества. Я что, буду бояться Ваших жлобов, старший сержант шок-пеха? — спросил с легким налетом наглости талерианец, хотя это, вероятно, было бы сложно распознать через голос переводчика.

— Ну… Мои жлобы гораздо более эффективны, чем половина того сброда, с которым тебе приходилось сталкиваться, а мне труп на базе не нужен, Клио. Либо ты даешь мне стопроцентную гарантию, что в тебя не попадут, а ты не можешь ее дать, либо ты не участвуешь в штурме. Решай, — проговорил абсолютно спокойно Грейх, глядя на талерианца.

— Даю стопроцентную гарантию, — кажется, усмехнулся талерианец.

— Поговорите с ним, парни, а то я разверну бойцов, и мы разойдемся без штурма, — четко проговорил старший сержант, а после этого вокруг талерианца появились Кувалда и Жнец, затем рядом возникли и Грэм с Жабодавом.