Проект 'Цербер' - Искандер Лин

газа, пытаясь не думать о мутантах и сосредоточиться только на дороге. Если он не справится с управлением, то в лучшем случае погибнет в ДТП, а в худшем – останется в этом лесу и будет выпотрошен стаей кровожадных чудовищ.

– Боёк, ленту! – гаркнул сквозь шум стрельбы Сухарь.

– Уже, – отозвался Виктор, доставая боезапас для турели из ящика под задним сиденьем машины и протянув его ко второй щели подачи патронов в потолке. И тут Булат резко повернул, влетая в поворот.

«Мляха!» – рявкнул завалившийся набок Боёк, чуть не выбив шлемом стекло. Булат заметил в зеркале, что мутанты стали перемещаться медленнее, чуть отстали. На дорогу сыпались ветки, отстреливаемые очередями пулемёта. И тут внезапно смазанный силуэт начал быстро приближаться. Из темноты леса вынырнули два человекоподобных волка и прыгнули на БАМП.

Сухарь это тоже заметил через камеру и молниеносно среагировал: пулемёт повернулся и скосил пулями одну из тварей. Второй мутант приземлился на корпус автомобиля. От такого удара машина чуть вильнула, но Булат смог удержать управление. Когти мутанта пробили броню при приземлении. Монстр начал рвать металл, вскрывая БАМП, как консервную банку.

«Ибанарооот!» – Виктор завалился головой в пространство за водителем, его тело случайно оказалось вне досягаемости опасной лапы, что мутант засунул через проделанную дыру, пытаясь добраться до добычи. Боёк выстрелил из своего автомата вслепую в сторону дыры в корпусе.

– Сухарь, сбрось этого чёрта с крыши! – рявкнул Булат.

– Пулемётом не дос… – Сухарь не смог окончить фразу: за сиденьями грохнуло так громко, будто что-то взорвалось.

«Мляха!» – выругался Булат, чуть не выпустив руль. Сухарь обернулся и увидел, что Боёк лежит по диагонали, головой вниз, берцами к дыре, а в его левой руке огоньками лампочек с приборной панели переливается металл «Увальня». Этот необычного вида и калибра дробовик был очень компактен, но имел в своём «магазине» всего два патрона. Зато на малых дистанциях его разрывные боеприпасы обладали достаточной мощью, чтобы лишить конечности почти любого мутанта. Поэтому «Увалень» стоял на вооружении только внутренних подразделений «восьмидесятки» и то в небольших количествах. Оружие имело отвратительную точность и быстро приходило в негодность, но сейчас оно спасло жизни трёх человек. Дыра, сквозь которую мутант орудовал в салоне, была забрызгана кровью, как и часть обшивки.

– Живой? – немного взволнованно крикнул Булат.

– Да, – гаркнул Виктор, выбираясь из своего «ложа».

Сухарь вернулся к панели управления турелью. Чудовища сильно отстали, уже почти пропали из виду. БАМП выехала из леса на открытое пространство. Впереди у холма, напоминавшего полумесяц, стоял госпиталь, освещённый фонарями.

«Да, сука», – ликовал Булат, въезжая на серпантин, который вёл по насыпи к входу в здание. Он слышал, как сзади Боёк нервно расхохотался. Даже Сухарь что-то пробормотал себе под нос, радостно врезав низом кулака по «торпеде». Наконец, добравшись до входа в госпиталь, Булат вырулил поближе к дверям, и бойцы покинули покорёженный транспорт. Вход был открыт настежь.

В госпитале царила паника. Медперсонал обеспокоенно метался по коридорам, объединялся в группки вокруг какого-нибудь врача, который что-то предлагал. В их лицах читался страх, растерянность. Одни пытались собрать, упаковать медикаменты и материалы, другие спорили между собой, кто-то призывал окружающих разойтись по рабочим местам. Среди людей в белых халатах мелькали и пациенты в пижамах – те, кто мог ходить и подхватил общую нервозность обстановки и теперь тоже не мог понять: «Что делать? Куда бежать? Надо ли вообще куда-то бежать?» Ближайшие к входу медики заметили вошедших.

«Вы нас эвакуировать будете? Вы – охрана?» – почти одновременно задали вопрос два женских голоса с разных сторон. Булат поднял руку, показывая, что нужно немного подождать, после этого попытался связаться с Шершенёвым. Рация шипела, пищала при нажатии кнопки вызова, но голос начальника спецназовец так и не услышал. Он повернулся к Сухарю и Бойку, всё это время стоявшим в холле рядом. Бойцы стали объектом пристального внимания множества глаз, олицетворяя собой надежду и спокойствие для испуганных людей.

Булат тихо произнёс:

– Шершень молчит. Сигнал, наверное, не добивает.

– Если в подземке, то легко, – кивнул Виктор.

– Да, поэтому у нас есть проблемка: он не сказал, какого именно «халата» надо брать под защиту.

Сухарь задумчиво посмотрел на талию молодой стройной медсестры, стоявшей неподалёку. Игорь продолжил:

– Я вот что думаю, пока он сюда не добрался, надо попытаться за всеми присмотреть. Нас, конечно, всего трое, но направить гражданских понаделать баррикад и разделить здание на укреплённые отсеки получится вполне. Это лишним не будет.

– Согласен, – подтвердил Сухарь.

– Да, – кивнул Боёк.

– Хорошо, тогда, Витя, ты бери на себя блокирование лестниц. Сухарь – на тебе баррикады на втором. Я же весь этот врачебный табор буду перемещать на этажи выше. Первый этаж лучше сразу бросить, его удержать ничем нельзя, если сюда кто-то сунется…

В этот момент послышался далёкий вой. Лишь немного он напоминал волчий, было в нём больше чего-то другого. Этот звук не сулил ничего хорошего. Этот звук где-то на подкорке человеческого мозга расшифровывался интуитивным образом: «Я голоден. Я поймаю тебя и раздеру на куски. Я набью своё брюхо твоей плотью и слижу с пола твою кровь. Я иду за тобой. Ты – моя добыча, и никакие стены тебя не защитят!» В разных концах холла люди зашептались, какая-то женщина вскрикнула, но сразу умолкла: врача, потерявшую сознание, подхватили коллеги.

Булат решил не тянуть время и занять перепуганных людей делом:

– Я обращаюсь ко всем: да, мы прибыли сюда для вашей защиты! Эвакуация проходит согласно плану. Быстро такой большой объект не вывезти, так что колонна за нами приедет чуть позднее: сейчас выводят людей из подземной части комплекса. Для общего спокойствия и большей безопасности, прошу медперсонал и врачей принять участие в сооружении временных укреплений и прочих мер под руководством этих двух офицеров, – Булат указал на Сухаря и Бойка. – Я прослежу, чтобы с первого этажа все переместились наверх, включая пациентов. Обращаться к нам можно «товарищ офицер» или просто «офицер».

– Мужчины, за мной нужно сделать… – Сухарь увёл за собой часть толпы из холла дальше по коридору. Боёк пошёл выяснять, где в госпитале было помещение эксплуатационной службы. К Булату подошёл молодой врач в очках:

– Офицер, «эфбэбэшники» из охраны госпиталя остались в дальнем блоке, к которому ведёт переход над проездом. После тревоги они проследили, чтобы все