Проект 'Цербер' - Искандер Лин

– Нет, нужно позаботиться о том, чтобы отсюда никто не ушёл живым, – вяло пробубнил Арсений.

– Что, мать твою? – Булат приподнял ствол своей винтовки от пола и направил в сторону Шершенёва. – Так! Я не нанимался убивать гражданских. В эти вонючие игры играй сам, без нас!

Снизу раздались звуки разбитого стекла, а затем взрыв. В рации послышался голос Сухаря: «Мутанты на первом этаже! Сработала растяжка!»

– О…они не тр…троннннут, – невнятно заговорил Арсений, странно кивая и потряхивая головой.

– Не знаю как, но ты явно поехал «кукухой»! Мы уходим отсюда без тебя! – с этими словами Булат вышел в коридор, не сводя глаз с Шершня.

«Бум!» – слева что-то громко врезалось в дверь в конце коридора. В следующий миг дверь резко распахнулась от нового удара. На пороге возник монстр. Оскаливший вытянутую морду мутант прижал к голове остроконечные уши, его перепончатые крылья сложились, позволяя передним трёхпалым конечностям теперь свободно наносить удары в замкнутом пространстве. Булат резко направил ствол автомата на чудовище, но не успел нажать на курок: Арсений набросился на него, прижав к стене.

«Эфбэбэшник» безумно завопил нечеловеческим голосом, почти рыком:

– Пойми! Пойми же ты! Пойми! Пойми! Пойми! Они – нет! Они – нет! Аааа! Нет! Ааа! За! За!

Боковым зрением опешивший от неожиданного нападения Булат увидел, как крылатая тварь подобралась к ним, но не напала на Арсения. Она будто вовсе не интересовалась Шершнем. Мутант вдруг дёрнулся в сторону головы спецназовца, клацнул жуткой челюстью в нескольких сантиметрах от шлема и начал хрипеть, царапая стену. Чудище с трудом сдерживало себя, разнося отделку коридора. Всё это длилось пару секунд, но Булату казались эти жуткие мгновения бесконечно долгими. Этот ужас – единственное, что он увидит перед смертью. И тут замешательство у бойца прошло: адреналин «зажёг» сердце, а мышцы стало ломить от желания сокращаться. Булат резко врезал головой в нос Шершню. Чёрные очки хрустнули и упали вниз. Арсений замолчал, открыл рефлекторно от неожиданности закрытые глаза. «Ёпрано корыто!» – пронеслось в голове у спецназовца, когда он увидел их. В центре синеватых белков располагались зрачки, лишь отдалённо напоминавшие человеческие: будто бы несколько фиолетовых «когтей» радужки приблизились друг к другу, превратив круглое отверстие в сложную, но симметричную фигуру. Сектора зрачков пульсировали розовыми границами. Булат, не поддаваясь страху, со всей силы ещё раз врезал головой по переносице «эфбэбэшника». Из сломанного носа брызнула кровь. Пока Арсений пытался прийти в себя, Игорь воспользовался ослабевшей на мгновение хваткой Шершня и толкнул его на крылатое чудовище. Монстр не отшатнулся от брошенного в него тела, а наоборот, вытянул вперёд свои лапы, поймав человека, не дав ему упасть. В этот момент Булат схватил свой автомат и направил его на Шершенёва. Грохнула очередь, но пули не достигли Шершня. Летучий мутант резко прыгнул на линию огня, в сторону спенцазовца и, получив смертельную долю свинца в туловище, рухнул почти у ног Булата. Монстр задёргался, завизжал, из его пасти пошла кровь. Магазин опустел, послышались холостые щелчки. Арсений качнулся и чуть не упал на пол, успев приземлиться на руки и колени. Он не сводил озлобленного, замутнённого взгляда своих нечеловеческих глаз с Булата. Игорь потянулся за новым магазином со словами: «Ты такая же тварь, как и все эти грёбаные отродья!»

«Хщрюююх»! – донеслось со стороны выбитой двери, и в коридор с улицы запрыгнул ещё один летучий мутант. Чудовище побежало в сторону спецназовца. Булат выстрелил в мутанта. Тварь замедлилась, истекая кровью, но продолжила «ковылять», закрыв собой Арсения, как и первый монстр. По звуку разбитого стекла в соседних помещениях, рычанию и громкому топоту Булат понял: твари пытаются его окружить, зайти с нескольких сторон. «Мляха! Сейчас зажмут!» – пронеслось у него в голове. Офицер ещё раз пальнул в крылатое отродье и побежал как только мог к ближайшей лестничной клетке. На бегу он швырнул в коридор гранату и выскочил на верхнюю площадку лестницы, скрывшись от осколков. Раздался взрыв, стенания каких-то существ, но топот погони не исчез. Булат никогда в жизни ещё так быстро не спускался по ступеням. Он сам не понимал, как у него получалось не упасть и не переломать себе ноги. Преодолев первый марш, он зажал кнопку вызова и крикнул в рацию: «На крышу перехода, живо!»

Не снижая скорости, Игорь вышиб плечом оконное стекло и рухнул на кровлю галереи, ведущей в отдельный корпус госпиталя. Следом за ним в дыру выпрыгнул Боёк и упал рядом. Сухарь кинул в толпу монстров пару гранат и тоже прыгнул с третьего этажа на крышу перехода. Два взрыва затерялись на фоне криков перепуганных медиков. Бойцы что есть мочи бежали по плоской крыше к двухэтажному корпусу. Они даже не стреляли по летающим над ними мутантам: страх гнал вперёд, к укрытию. А ещё спецназовцы видели, как твари пикировали в окна основного корпуса. Три бегущих человека почему-то не интересовали агрессивных хищников. Добравшись до конца перехода, бойцы попрыгали с крыши на балкон, тянувшийся вдоль фасада. Выбив ближайшую дверь, вояки оказались в боксе инфекционного отделения. В палате не было никого, кровать стояла аккуратно заправленной. Разрушая выстрелами закрытые двери, троица быстро выбралась в коридор, оттуда на лестницу, спустилась в подвал. В коридоре на первом этаже Сухарь услышал чей-то шорох, но бойцы спешили, им было не до зачистки здания или поиска выживших. Булат искал лифт. Когда спецназовцы обнаружили узнаваемые створки, на которых красовалась эмблема трёхголового пса, они остановились, Боёк нажал на кнопку вызова. Мучительный забег закончился, можно было перевести дыхание. Через минуту кабина приехала и все трое вошли внутрь. Булат выбрал нижнюю остановку: «Патологоанатомическое отделение», пропустив: «Технический этаж». Если не считать тяжёлых вдохов и выдохов после стремительной беготни, в кабине наступила тишина. Никто не хотел говорить о том, что произошло. И у Булата, и у Бойка, и даже у обыкновенно скупого на эмоции Сухаря на душе было гадко: они удрали, бросив беззащитных людей на растерзание монстрам. Да, перепугавшись за свою шкуру, да, испытывая сильнейший в жизни страх. Но в ушах ещё стояли крики отчаявшихся женщин, увидевших ужасные порождения из лабораторий, которые наводняли здание госпиталя. Беззащитные люди остались на растерзание безжалостным тварям. А они – трое боевитых детин – просто сбежали. И ведь плохо получалось объяснить это самим себе невозможностью вывести или защитить медперсонал госпиталя: звучит разумно, а чувствуется шатко. Теперь с