Принцесса пепла - Лора Себастьян

и уверенность. Этой самой рукой принц дал команду убить сотни моих соотечественников, напоминаю я себе.

Мы проходим мимо других камер, и из одной из них доносится стон. Заключенный наверняка астре-ец, и не будь я такой эгоисткой, остановилась бы

и спасла его. Вот только стон очень похож на пред-смертный хрип, и я скорее всего уже ничем не смо-гу помочь. Мои руки и так запятнаны кровью Ампе-лио, Тейна, Элпис.

Я обо что-то спотыкаюсь и едва не падаю, но Сёрен меня подхватывает.

— Что... — начинаю было я, и тут же умолкаю, по-няв, что лежит на полу.

«Вскоре охранников найдут», — так сказал Сёрен. Я-то решила, будто принц запер стражников в одной из камер, возможно, оглушил. Мне и в голову не при-ходило, что он убьет собственных соотечественни-ков, и теперь я в очередной раз задаюсь вопросом: на-сколько хорошо я знаю Сёрена?

Сглотнув подступившую к горлу желчь, я переша-гиваю через один труп, потом через другой. За свою жизнь я повидала столько смертей, казалось бы, по-добное зрелище уже не должно выводить меня из ду-шевного равновесия, и всё же я не могу спокойно смотреть на такое. Усилием воли выбросив мертвых стражников из головы, я ускоряю шаг, чтобы поспе-вать за Сёреном.

— Расскажи, в чем состоит твой план побега? — тихо спрашиваю я. — Надеюсь, нам не придется ид-ти через дворец?

— Ну, мой план вообще не предполагает ходьбу, — выдыхает юноша. — Полагаю, у тебя есть план по-лучше?

— Даже несколько.

Откуда-то справа раздаются голоса, они становят-ся всё громче, поэтому добежав до развилки, я тяну остановившегося было Сёрена влево.

— Этот путь заведет нас еще глубже в подземе-лья, — говорит он.

— А значит, они нас не заметят, во всяком случае, не сразу.

Выпустив руку принца, я иду, касаясь пальцами сте-ны, и пытаюсь сообразить, где мы находимся. Прош-ло столько времени с тех пор, как мы лазали здесь вместе с Блейзом, так что я могу и ошибаться, но, по-моему, мы движемся в верном направлении.

Я ловлю себя на том, что мне не хватает ощущения его руки, сжимающей мою ладонь, хотя я знаю, что Сёрен рядом. Я даже слышу его дыхание, и всё в тем-ноте кажется, будто я совершенно одна. Словно уга-дав мои мысли, юноша касается моей спины.

Мне хочется стряхнуть его руку, но желание быть с ним рядом оказывается сильнее.

— Что ты ищешь? — спрашивает он.

— Выход, — отвечаю я, продолжая ощупывать сте-ну. — Где-то здесь есть отверстие в стене, маленькое, примерно с мой мизинец. Если просунуть в него пал-ку и надавить, откроется вход в потайной туннель. Давным-давно это был путь для отступления охраны, на случай если бы здесь, внизу, вспыхнул бунт и нуж-но было бы бежать за помощью. Это было много сто-летий назад, когда астрейские королевы еще держали здесь заключенных. Я обнаружила этот проход в дет-стве, и, думаю, кайзер о нем не знает.

— Куда ведет этот туннель?

— Он заканчивается развилкой. Один коридор ве-дет в тронный зал, а другой — прямиком к западному берегу. Полагаю, недалеко от того места стоит твоя лодка. Еще по этому проходу можно было выводить людей из дворца в случае осады.

Когда напали кейловаксианцы, Ампелио умолял мою мать воспользоваться этим потайным коридо-ром, забрать меня и бежать, с тем чтобы потом стя-

нуть вокруг себя уцелевших, собраться с силами, но мама отказалась. Королевы не убегают, настаивала она. В конечном итоге побег действительно им не помог бы. Пока они спорили, кому следует взять ме-ня и бежать в туннель, кейловаксианцы захватили га-вань.

— Кто там? — раздается хриплый голос из ближай-шей к нам камеры. Человек говорит по-астрейски.

— Какая-то девчонка, — отвечает ему другой голос.

В отличие от стонавшего заключенного, эти люди явно не умирающие: говорят они хрипло, наверное, хотят пить и есть, но в целом производят впечатле-ние живых.

— Это не какая-то там девчонка, — вмешивается в разговор третий голос, на сей раз женский. — Это принцесса.

— Принцесса сидит в своей золотой клетке, — на-смешливо тянет первый заключенный, а потом спле-вывает.

Обидные слова больно царапают мой слух, но нельзя винить этих людей, долгое время всё было именно так, как они говорят.

— Королева покидает этот забытый богами город, и вам стоит поступить так же, — объявляю я по-ас-трейски, потом забираю у Сёрена ключи.

— Они же преступники, — шипит принц, хотя, уверена, заключенные всё равно его слышат.

— Как и мы, — напоминаю я ему, ощупывая связ-ку. — Какой ключ?

Несколько мгновений Сёрен колеблется, потом сдается.

— Ключ один для всех камер, вот этот. Остальные от замков на тех дверях, что отделяют тюремный блок от остального замка.

Я киваю, беру ключ и принимаюсь отпирать замок.

— Вы что, убегаете? — спрашивает мужчина из первой камеры, когда я распахиваю дверь и перехо-жу к следующей. Из всех камер так сильно разит от-хожим местом и рвотой, что у меня кружится го-лова.

— Отступаем, — огрызаюсь я, пытаясь справиться с тошнотой, открываю вторую дверь и иду дальше. — Если хотите, можете остаться здесь.

— Выходит, в союзниках у вас принкити? — вы-плевывает заключенный. Раньше я не слышала это-го слова, но, мысленно переведя составляющие его части с одного языка на другой, догадываюсь, что оно означает: «маленький желтый принц». Сёрен не знает астрейского, однако по тону говорящего до-гадывается, что его только что оскорбили, и хмурит брови.

— Сегодня — да, — отвечаю я, радуясь, что принц меня не понимает. Я открываю последнюю дверь, и трое узников опасливо выходят в коридор, словно боясь, что я просто заманиваю их в ловушку. Не могу их винить, учитывая, что рядом со мной стоит кей-ловаксианский принц.

Первый мужчина натужно, с присвистом смеется.

— Вы действительно дочь Ампелио, — изрекает он.

Очевидно, в подземелья не дошел слух о том, что я убила Ампелио. Знай узник об этом, не смеялся бы. И всё же это сравнение наполняет меня гордостью.

Человек слегка кланяется.

— Защитник Сантино, к вашим услугам, ваше ве-личество, а также Защитница Хилла и Защитник Оларик.

Два других Защитника тоже кланяются и предлага-ют свои услуги, но от удивления я их почти не слы-

шу. Надо же, живые Защитники. Я думала, что Ам-пелио был последним, а оказывается, кайзер держал в заточении троих Защитников прямо у меня под ногами. Их имена мне незнакомы, едва ли