Засланец - Константин Хвостополосатов

– Есть, – ответил я, – садитесь, я за вами.

На посадку ушло часа с два, пока Пробой все же уложил оба кораблика на самый край большой довольно ровной площадки, едва не процарапав о валуны начинающегося небольшого горного массива. Я припарковался довольно уверенно, благо садиться на астероиды мне было не впервой, да и балласта в виде поврежденного корабля у меня не наблюдалось. Потом Пробой отцепился и поднялся для прикрытия, я накрыл оба кораблика защитным полем Енота и вышел на «воздух», до конца закупорив в рекордные сроки с помощью боевой подруги и такой-то матери ее полунатянутый на тело в кабине «Енота» скафандр.

Всем хорош оказался «Енот», только вот луарин скафандр внутри него надеть не оставалось совершенно не едной возможности, благо хоть скинуть комбинезон перед входом в систему и местами втиснуться в скафандр кое-как удавалось. Собственно ничего особо удивительного в этом не было, пилоты КСС как раз на такие случаи перед вылетом всегда прилаживали к телу пленочные скафандры Содружества, чего я собственно даже с боями и не смог добиться от Луары. По какой-то причине она до нервной дрожи невзлюбила эти, на мой взгляд, безобидные серебристые пластины.

Какое-то время мне еще пришлось с умным видом рассматривать панель внешнего доступа приболевшего кораблика и Фугаса в боевом скафандре, пока Луара пришла в себя после экстренной и чертовски холодной доупаковки в персональное защитное обрудование. Выходы в открытый космос, похоже, вообще не являлись ее коньком, особенно в таком экстримальном режиме, а я, к сожалению, не являлся технарем подхвата. Когда же Луара, найдя в себе силы, взялась за дело, страх ее как рукой сняло. Практически сразу щелкнули створки транспортной камеры, и эфир опять огласила ода радости в исполнении Заплатки. Его серебристый скафандр-скорлупа бешенной блохой метнулся вдоль устланной пылью площадки, совершил несколько прыжков и замер на вершине небольшого холма.

– О боги космоса! Спасибо, что не оставили меня на корм демонам его! – завопил Заплатка в эфир, подняв голову в сторону условного «неба».

– Полоумок, – усмехнулся Фугас.

– Корабль в порядке, – подвела итоги осмотра Луара минут через десять. – Все работает. Я могу разблокировать и кабину, и капсулу пилота отсюда. Только тут вакуум, а я не знаю в скафандре ли Кишка. Следов атаки я тоже не вижу, похоже, что что-то случилось с пилотом.

– Что делать будем? – спросил Фугас.

– А что вообще можно в таком случае сделать, Милашка? – поинтересовался Пробой. – Мы же не спасатели и не техники. Что обычно в таких случаях делают?

– Да вариантов явно не много, – ответила уверенно Луара, как будто была у себя на ремонтной базе. – Нужна герметичная камера. Будем открывать капсулу и смотреть, что с пилотом. Проще всего было бы выбить в грунте нишу, задвинуть туда этот корабль шлюзом в пролом и загерметизировать полость. Ну а дальше я могу создать в этом кармане небольшой очаг атмосферы, открыть кабину с капсулой и посмотреть, как дела у Кишки. Только вот я знакома всего лишь с азами медицинской помощи.

– Годится, – согласился Пробой. – Такой план лучше, чем никакого. Лезь в свой истребитель, и сама занимайся нишей. Опыт у тебя есть, да и тебе виднее, как она должна выглядеть. Я пока прикрою, а потом перетащу корабль куда надо.

Мы с Луарой поднялись над астероидом. По большому счету и так стало понятно, что нишу нужно по возможности долбить на этой же ровной площадке и желательно недалеко от места посадки. Иначе запихнуть в нее нашего пострадальца будет крайне непросто.

– Котьее, а тебе не кажется, что эта площадка очень правильной формы для какого-то случайного осколка породы, – вдруг спросила Луара. – Ой, прости, вырвалось.

– Да нет, это действительно странно, – подумал я в ответ. – И сама форма астероида довольно правильная. Хоть и присутствуют следы его природности, но я согласен с тобой, что это странно. С другой стороны я уже столько странного в космосе повидал, что удивляться можно будет еще лет сто. Давай-ка сначала решим вопрос с нашим пострадавшим, а потом поглядим на каменюку эту повнимательнее.

Не мудрствуя лукаво, я выплавил небольшую щель невдалеке от корабля Кишки. МИ пунктуально сверил размеры «щели» с размерами корабля и предложил еще скосить края, для лучшего позиционирования объекта. Кораблик мы решили положить боком, тогда Луара, то есть я в ее теле смог бы пролезть через открытый грузовой отсек под другой бок корабля, закрыть двери шлюза и загерметизировать все снизу.

– Ты как вообще герметизировать-то его собралась? – спросил я Луару.

– В любом боевом корабле есть запас пены-герметика, ее и используем, – ответила она. – Думаю, что смогу до нее добраться.

Пробой приблизительно за полчаса великолепно справился с перемещением кораблика в нишу. Проблем с нашим планом тоже не возникло, единственное, Луаре пришлось покопаться минут двадцать в открытом нутре корабля, чтобы вывести подачу пены вовне. Дальше мы с ней педантично заделали все щели между корпусом корабля и гладкими от плазменного огня стенками ямы.

– Вроде все, – сказала Луара, – жаль, что проверить нет возможности, сжатого воздуха не так уж и много, хотя, можно потом подождать, система синтезирует его из имеющихся компонентов, но там тоже совсем немного получится.

– Хорошо, попробуем, привлечь наружных наблюдателей – решил я, добавив на канале связи. – Пробой, Фугас, я тут загерметизировала все. Но стоит проверить. Я дам воздух, а Вы смотрите, если где будет травить, сразу мне скажите, чтобы заткнуть. Только сначала придется покопаться с этим самым воздухом, так что наберитесь терпения.

– Начинай, – лаконично ответил Пробой.

Для начала разогрев лазером несколько фрагментов сплавленного в стекло камня, я пустил в нишу воздух. Потекли минуты ожидания, пока воздух из кристаллов «снега» прогреется и приобретет необходимую для существования ласьена кондицию. Дырок на удивление не оказалось и, дождавшись, когда в нише образуется нормальное давление с минимально приемлемой температурой, я передал управление телом. Луара приступила к вскрытию кабины и капсулы. Кишка оказался в скафандре, но с откинутым головным куполом. И выглядел он совершенно здоровым и, как сказала Луара, беззаботно дрыхнувшим младенцем. Но пилот совершенно не на что не реагировал. Ни распаковка капсулы, ни вынимание его наружу, ни похлопывания по телу не смогли прервать его странный сон. Пилот продолжал преспокойно путешествовать по мирам ласьенского бога сна даже на покрывшемся инеем «полу» ямы. Постепенно на кончиках волосков его шерсти тоже стали образовываться кристаллики инея.

– Пробой, он спит и кажется совершенно здоровым, – подал я вести остальной команде. – Только вот я не могу его разбудить, как будто кто-то уложил его огромной дозой снотворного.

– Странно, – ответил Заплатка, – я никогда не видел, чтобы Кишка баловался какой-нибудь ерундой такого рода.

– У меня нет никакого оборудования, – продолжил я. – Но панель скафандра показывает, что он в порядке, все параметры в норме. В принципе, можно упаковать его в транспортный отсек и лететь на комплекс. Там уже пусть разбираются.

– Нет, ну надо же было этому отпрыску облезлой мумзы нам все дело облажать, – не утерпел Заплатка. – Влупи ему тока разряд, чтоб не придуривался или ухо прижги каким-нибудь паяльником.

Идея была хорошей, кроме того, стоило все же узнать, что произошло. Я погрел лазерным резаком какой-то инструмент, похожий на тонкий щуп и приложил к уху Кишки. Тут же веки пилота дрогнули, ритм дыхания сбился, и он открыл мутные глаза.

– Лысый румпель, что ты делаешь у меня в каюте? – спросил он, безумно моргнув пару раз. – Какого дупеля ты вообще тут делаешь?!

– Ой, он, кажется, ушел к предкам, – испуганно пискнула Луара, уходя от страха на второй план. – Что же делать!?

– По морде бить, – выдохнул я, влупив Кишке одну за другой три пощечины.

Звук оказался не очень звонким, но голову пилота изрядно помотало.

– Кишка, ты в себя пришел или еще дать!? – проорал я ему в лицо на пределе голосовых связок Луары. – Ты не в каюте, а в гребаной дыре под названием задница! И если не выберешься из нее, то я тебя должна буду стукнуть серьезно.

– Милашка? – удивленные глаза Кишки собрались в кучу.

– Хорошо, – выдохнул я облегченно. – Ты как вообще?

– Нормально, – пробурчал удивленный до глубины души Кишка, – только башка пузырная, как будто в нее воздуха накачали. Что вообще происходит? Мы же должны были лететь куда-то?

– Мы и полетели, – ответил я, подключив общую связь. – Что случилось? Ты просто замолчал и потерялся, чудом попав в гравитационное поле какой-то каменюки.

– А…Дупель его знает, – ответил Кишка растерянно.

– Закрывай купол скафандра и герметизируйся, – посоветовал я, – а то замерзнешь. И вспоминай, что случилось.