Чародейка - Кейт Остин

— Какой у вас план? — Я посмотрела на стоявшего рядом мужчину снизу вверх. Всё внутри ликовало. Быть самостоятельной и решать проблемы в одиночку это замечательно, но когда твои нижние девяносто прикрывает надёжный и опытный союзник вдвойне приятно. Чего лукавить, рядом с Шейном я чувствовала себя защищённой. И никакая Кибела по соседству не могла этого изменить.

— Основная часть плана — не дать ковену добраться до тебя.

«Ага, значит, опять бросился опекать», — проворчал внутренний голос, но вместе с тем я почувствовала, как в области солнечного сплетения разливается приятное тепло. Сейчас любая помощь полезна. Оказаться распластанной на жертвенном алтаре явно не то будущее, к которому я стремилась.

— Остальное — не твоя головная боль. Кстати, Гаспар просил передать, — сработав на опережение и явно отвлекая моё внимание, мальфар вынул из кармана сложенный вчетверо листок бумаги и показал его мне, зажав между указательным и средним пальцами.

Я повелась на провокацию, сдаваясь любопытству и разрешая себе временно отложить спор.

— Но прежде, — в последний момент Шейн отвёл руку назад, не дав мне заполучить записку, — я хочу получить твоё согласие.

— На что? — Я облизнула пересохшие от волнения губы.

Пронаблюдав за движениями моего языка, Шейн шумно набрал воздух в грудь и глухо проговорил:

— Перед тем, как запустить артефакт на Кибелу, мы опробуем его на тебе.

Я опустила руку, которой до сих пор тянулась к весточке от Гаспара, обдумывая просьбу. Готова ли я к тому, чтобы кто-то беспрерывно следил за мной? Согласна ли позволить знать о каждом своём перемещении, каждом шаге? С другой стороны, если меня уволокут из академии, то будет проще взять след и отыскать.

— Я согласна, — наконец озвучила вердикт.

— Превосходно. — Анварен протянул мне письмо, на этот раз позволив его забрать. — И ещё: лучше не показывать, что между нами есть неформальное общение.

Я согласно кивнула, нетерпеливо сжимая клочок бумаги. Мог бы и не озвучивать: по разыгранной сцене пять минут назад и так всё было понятно. В этот момент в кабинет распахнулась дверь, впуская второкурсников и запуская новое театральное представление.

— Спасибо, что помогли разобраться… профессор, — под конец фразы я всё-таки не сдержалась и растянула слово «профессор». Повезло, что к входящим студентам я стояла спиной, и они не увидели, как мой рот расплылся в весёлой улыбке.

Пока мне точно не впаяли отработку за провокационное поведение, нырнула в поток идущих адептов и, лавируя между ними, устремилась к выходу. Уже в коридоре я на ходу развернула бумажный лист и пробежалась по писулькам Гаспара. Друг сообщал, что практически решил проблему с реализацией мониторинга объекта, а также, что в ближайшую неделю доставят сапфировую крошку и другие необходимые компоненты для артефакта. За это время от меня требовалось раздобыть волос профессора Гримальди — спасибо, что не единорога, — любую её личную вещь и чертежи здания академии.

Если с добычей последнего проблем не должно было возникнуть, то с первыми двумя пунктами предстояло повозиться. На составление плана, как лучше это провернуть, я потратила остаток дня. Вместо того, чтобы слушать лекции, я рисовала в воображении возможные сцены сближения с ведьмой, чтобы незаметно тиснуть волосинку с её одежды. А когда занятия закончились — простояла в коридоре спального крыла преподавателей несколько часов. Пока наконец не увидела, в какой из комнат ночует моя жертва. А заодно и в какой Анварен. Именно он, заметив, как я гипнотизирую взглядом дверь Кибелы Гримальди, предупредил, что любое магическое и физическое воздействие, носящее характер взлома, активирует iтакую/i громкую охранную сигналку, что услышит вся академия. Всплыла и другая загвоздка: ключи от преподавательских покоев были привязаны к ауре владельцев, потому отпереть дверь могли только они сами. Вот закрыть — совсем другое дело. Замок срабатывал автоматически, стоило двери захлопнуться.

Это нам с Беллс достались самые обыкновенные ключи и зайти к нам мог кто угодно. Из-за внезапности переселения не было времени изменять свойства предмета, а потом, видимо, посчитали, что для студентов это будет слишком жирно. В общем, полночи я посвятила повисшей проблеме, обдумывая, как выкрутиться из ситуации. И сколько бы вариантов не прогоняла, вывод был один — мне нужен сообщник.

Предполагаемо, проснулась я в мерзопакостном настроении. И пробыла в нём до того самого часа икс, когда следовало явиться к Брэму Дарвелсу для получения снаряжения.

Переодевшись в чёрную спортивную форму, я быстро выскочила из комнаты, чтобы не струхнуть в последний момент, и стремительными шагами пошла на отбывание каторги.

Профессор-ворон — уж очень мужчина походил на эту птицу со своим чёрным нарядом и длинным носом с горбинкой — заполнял ведомости. Не отрывая чёрных глаз от записей, он сделал кивок в сторону. Туда, где стояла плетёная корзина, которая с лёгкостью могла бы вместить в себя футбольный мячик, а на её дне покоился кинжал размером с ладонь.

— А где плащ? — спросила, останавливаясь перед преподавательским столом и оценивая подготовленную утварь.

— Какой ещё плащ? — недоумённо моргнул профессор, поневоле поднимая на меня взгляд.

— Ну как же, для полноты сказочного образа. Пойди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что. И пока не насобираешь полную корзину не смей возвращаться, — подытожила я, осмотрительно не став упоминать про злых мачех и серых волков. Потому как профессор начал недобро щуриться, а затем его взгляд упал на уровень моей груди.

— Где ваш факультетский камень, студентка Блэквуд? — напрягшись, спросил Брэм Дарвелс.

Я подняла руку и прошлась пальцами по тому месту, где должен располагаться изумруд, но не обнаружила его там. Моё лицо приняло недоумённый вид, как будто подражая мужчине напротив.

— Я… не знаю.

Это был запасной спортивный комплект — первый после Турнира пришлось выбросить, — но на нём всё равно должен был быть факультетский значок. И раньше он там был! По крайней мере до испытаний в лабиринте. Кажется, я поняла, из-за чего декан Копельштаф отправился в мою комнату во время Игр.

В дверь кабинета постучали.

— Ну что, Брэм, у вас всё готово? — поинтересовался высокий худой мужчина в строгом костюме, оставаясь стоять на пороге и перекатывая в пальцах медового цвета кристалл.

— Дайте мне минуту, магистр Тоббс, — попросил заместитель декана холодным тоном. При этом будто пытаясь пригвоздить меня взглядом. — Обо всём по-порядку, студентка Блэквуд. Во-первых, вы отправляетесь не «не знаю куда», а на границу с пустошью. Во-вторых, принести необходимо не «не знаю что», а спорышей. В-третьих, с корзиной вы попали в цель: у вас будет час, чтобы наполнить её до краёв необходимыми грибами. И