Как воспитать ниндзю - Люда и Игорь Тимуриды

Наконец дядя стал сдавать.

- Будете желать жену своего родственника? – хладнокровно спросила я.

- Никогда!!! – в ужасе выдохнул дядя.

- Джекки, подай хорошему человеку веревку! – строго сказала я.

А потом встала и тщательно отряхнула платье, попрыгав на двух ногах.

Ошалевший дядя перевалился через кромку и в изнеможении рухнул у моих ног.

- Спасибо, – простонал он.

- Всегда рада подать хорошему человеку веревку, – вежливо поклонилась я, ответив стандартно, как учила мама, и быстрей повернулась. Я тщательно выбила ладошкой подол и ушла в замок. Здесь больше не было чего делать.

Но в замке я не успела пройти и пяти шагов, как натолкнулась на маму. Лицо ее выражало ужас и страх, прическа растрепана.

- Где ты пропадала?! – накинулась она на меня так, будто я, по меньшей мере, умерла. – Господи, какой кошмар, – она заплакала, – вас с Мари нет, по замку бегают голые придворные, я не могу вас найти... Я же говорила вам, чтоб без нас не отходили ни в какие отдельные комнаты, – крепко держа меня за руку, она разрыдалась... – А что бы, если б они голые накинулись на вас...

Мари уже сидела в комнате под охраной и видно ей здорово попало, поскольку вид у нее был крайне смирный и угрюмый.

- Я всегда говорил тебе, что королевский замок это притон, – нервно ходил граф. – Немедленно уезжаем!!! Обнаженными делать кроссы... Подумать только... И я еще привез сюда невинных девочек! Позор! А Лу ведь к тому же даже нет и шестнадцати!!! – в ужасе сказал он. – Никогда не прощу себе, что она это видела...

- Мари, тебя изнасиловали? – в ужасе спросила я.

Мари презрительно фыркнула.

- Черта с два, – прошипела она.

- Два раза? – глаза у меня вытянулись.

Она покачала головой.

– Двое? – упавшим голосом спросила я. – Два “черта”? Как же ты могла? Как успела? Ты же была рядом со мной!

Мари попыталась выцарапать мне глаза.

Мама успокоила меня...

- Ничего с ней не случилось. Я вмешалась вовремя...

- Но, мама, они только спрашивали дорогу до отведенных им покоев! – взбесилась сестра.

Я облегченно вздохнула.

- Голые? – подозрительно спросила мама. – И просили провести до спален?

- К тому зе с ней все время был Джо, – хладнокровно сказал индеец. – Мы помним, что нам приказала госпожа. Мы следили за ней даже в туалете...

- Он обыскивал их прежде чем я могла войти, – хихикнула Мари. – А там были голые женщины... Нарисованы...

- Мари, прости меня, – серьезно сказала я, – я не подумала, что там тебе может грозить какая-то опасность...

- Я что, ребенок? – обиделась она. – Я убиваю взрослого мужчину, к тому же у меня на ноге примотан пистолет и нож...

Я успокоено расслабилась.

- Хорошо, – сказала я.

- А кстати, а что ты делала? – подозрительно спросила мама.

- Да-да, – нахмурилась с видом гордой старшей сестры Мари. – Где это ты была, когда дала слово не лазить без мамы в отдельные комнаты...

- Я спасала дядю Джекки, – с видом оскорбленной невинности оскорблено сказала я. – Можете спросить его. Он попал в пруд с крокодилами и пол часа никак не мог выбраться, а я ему помогала изо всех сил это делать...

- Да, этцо правда, – сказал китаец. – Моя видела из окна. Лу сидела и смотрела...

- У тебя добрая душа, Лу, – растрогано сказала мама. А потом спохватилась. – Что значит сидела...

- Ну... смеялас... – вспоминал китаец.

- После того, как она же его самого туда и столкнула, – мстительно наябедничала Мари.

- Это правда, Лу?! – сурово спросила мама.

- Сущий бред! – я возмущенно вскочила.

- Успокойся, – успокоил маму граф. – Лу никогда не допускает настоящей опасности, у нее на нее обостренное инстинктивное чувство, которое подвело бы другого...

- Только у нее извращенное представление, что такое настоящая опасность, – холодно отбрила его мама.

Глава 45.

Чтоб не выглядеть вызывающе, когда спорят старшие, я села точно так же смиренно пригорюнившись, как Мари, даже руки сложила так же. Но, очевидно, мое усердие чем-то не понравилось старшим. Потому что мне опять попало.

- Прекрати издеваться над нами, Лу! – сердито сказал граф.

Я еще раз посмотрела на Мари, чтобы определить, чего же мне опять не хватает в моем смирении, и полностью передрала даже выражение ее губ, старясь изо всех сил выразить свое полное смирение. За что, по совершенной несправедливости, схлопотала от мамы тряпкой по голове.

Совершенная несправедливость, – обижено подумала я. – Я же старалась раскаяться как можно полнее и точнее.

- Надо рвать когти, – сказала отцу мама, набравшаяся мудрости от своих дочерей в бесконечных перипетиях. – Если до этого нас еще не казнили, то это не значит, что подобное легкомыслие скоро кончится... После последнего номера, что отколола Лу, нами займутся всерьез...

Граф только вздохнул.

- И это называется бал! Придется спустить тебя с Мари по веревке, тогда как Лу с китайцами будут прикрывать отход...

- А может проще? – возразила мама. – Мне не хочется, чтоб дочери попортили платье. Может Лу просто прикажет открыть ворота и опустить мост, и мы смоемся? Лу с Мари пойдет впереди, мы будем идти сзади и делать вид, что гуляем по замку, китайцы будут делать вид, что несут поднос с едой...

Судя по всему, ей просто не хотелось лезть по веревке.

Я осторожно быстро сняла платье и переоделась в давно найденную тряпку какой-то горничной. Не хватало еще платье испортить. Я вздохнула, глянув на него, – потанцевать так и не пришлось. А чтоб этого не было видно, если придется командовать слугами, ведь слуги все равно привыкли к моему голосу, надела сверху плащ.

С сомнением взглянув на себя в зеркало, я открыла дверь. И столкнулась с отрядом солдат человек в сто, командир которых как раз подходил к нашей двери.

- Простите, мисс, вы не знаете, где находится граф Кентеберийский с женой? – спросил он.

Я увидела в конце длиннейшего коридора каких-то двоих старичков.

- Вроде бы вон они, – равнодушно махнула рукой я, хмыкнув. – Только учтите, они очень хитрые, много по свету поездили, если вы к ним так заявитесь, то они могут и назваться чужим именем... А зачем вам?

- Это наше дело...

Я фыркнула.

- Ваше так ваше...

- А двоих красавиц вы здесь не видели?

Я гордо подобралась и даже забыла про все окружающее, так мне понравилось название себя красавицей.

- Красавица я! – с детской гордостью похвасталась я.

Солдаты поглядели на меня и хихикнули.

- Выше нос держать, кнопка! – ласково сказал командир. – Нам нужны настоящие красавицы!

Тут, старики, уже и так здорово прибитые сегодняшними событиями, увидев направляющихся к ним солдат, рванули прочь.

- За ними! – заорал капитан.

- А я...? Красавица...?

Капитан только фыркнул.

- Ты нам не нужна...

- Ну... – удивленно протянула я... – как знаете...

Едва я зашла в комнату, как меня грубо схватили мои родные и заперли дверь. А потом облегченно приникли к ней, тяжело дыша.

- Ты что, совсем сумасшедшая? – спросила меня мама. – Сама себя им предлагать?

Но я их не слышала, все еще звеня внутри от обиды, – я, оказывается, не красавица!

- Ай, мама, отойди! – не выдержала я. – Тут такое случилось, а ты с такой чепухой лезешь! Жизнь потеряла свой смысл.

- Что будем делать? – хмуро спросила Мари. – У меня пороху только на пять выстрелов... А их много...

- Сотня всего... – отмахнулась я.

- Лу, ты почему не волнуешься? – подозрительно спросила Мари.

- Ты же слышала, – отмахнулась я от глупых вопросов, – я могу идти куда захочу в любое время...

Мари ахнула.

- Я им не нужна, я не красавица... – у меня выступили слезы.

Мама ахнула.

- Черт побери этих идиотов!

Но ни Джо, ни китаец их не слушали, а уже спускали в окно тонкую веревку... Впрочем, китаец бы вылез и без нее, а я так вообще никогда не нуждалась в веревке...

- Ты первая? – спросила Мари.

- А я вообще не нуждаюсь в веревке! – высказала я все, что было на душе.

Окружающие немного побледнели при простом слове “веревка”.

- В Тауэре государственных преступников не вешают, а четвертуют, – укоризненно наставила меня Мари, сердитая, наверно, что я не знаю таких простых вещей. – Нечего маму пугать...

Мама напоминала хорошо побеленную стенку.

- Девочки, прекратите баловаться, ситуация начинает мне не нравиться...

- Джо, ты взял мое платье? – спросила я.

- Угу... – ответили оба.

Граф что-то ворчал.

- Да успокойтесь вы, оба, – сказала я им с мамой. – Меня никто не тронет и не узнает, я полностью спокойна. Я всегда вызволю вас из самых мрачных и пыточных застенков и сниму даже с дыбы перед виселицей... Выйму из петли...

Мама ахнула от такого утешения.

- К тому же в замке две тысячи напуганных гостей, и убей меня бог, если они найдут нас в ближайший час не зная нас в лицо, если я сказала им, что в этой комнате вас нет...

- Ты им это так и не сказала, – подправила Мари.

- К тому же большинство знати будет мало настроено пускать солдат и говорить им правду. В таком скоплении они могут искать нас до утра...