Там, где фальшивые лица - Олег Яковлев

– Здравствуй, Д’алег…

– И тебе привет, Картнэм. Куда это ты сбег тогда? Даже словом не перемолвились… Я-то думал, расскажешь мне чего-нибудь интересного… – оскорбленно откликнулся немолодой трактирщик, в прошлом неистовый берсеркер из Тэриона. Он являлся обладателем широких плеч и мускулистых рук, в его светлых волосах были заплетены две косы, заправленные назад и соединенные вместе, в один пучок.

– Да все дела, пути, ждущие моих сапог… – попытался оправдаться волшебник. – Слушай, а господа гномы, которые на границе лета собирались в горы, еще не ушли?

– Эти бездельники и сумасброды?! Уходили, да уже вернулись, – усмехнулся трактирщик. – Из тюрьмы герцогской…

– Значит, они и сейчас здесь? – обрадовался маг.

– Да, в комнате номер 8, можете подняться по лестнице.

– Ты звал? – Демон склонил рогатую голову в поклоне, складки его одеяния распростерлись по блестящим плитам пола кельи, когда он опустился на колени. Капюшон был отброшен, и моему взору предстали четыре длинных рога твари ночи, не пожелавшей сменить облик. Мне вовсе не хотелось, чтобы Это расхаживало здесь под человеческой маской, уж пусть лучше так – привычнее. Исчадие бездны, облаченное в белую рясу служителя Хранна, – что может быть прекраснее? Наверное, лишь церковник в демонской хламиде. Я потребовал от него явиться лично, и для этого пришлось на время усыпить магию собора, допустив его в келью. Но вселяться в служителя – это уже слишком, пусть даже сейчас он частично вернул себе истинное лицо. Мерзавец в очередной раз показал, что следование моей воле – всего лишь ненужная для него ерунда и трата бесценного времени.

– Мне доложили, что ты все выполнил, хоть я и велел тебе временно оставить это дело. Подгорные червяки беспомощны и разделены.

Демон приподнял голову, показались большие глаза, светящиеся двойными кольцами янтарных зрачков, изогнутый полумесяцем книзу нос и узкие скулы с туго натянутой на них багровой кожей. Его взгляд говорил о том, что ему многое не нравится… Нужно потянуть время, ведь эта шахматная фигурка довольно умна и может разгадать трюк, может учуять ловушку.

– Но ты кое о чем предпочел забыть, не так ли, друг мой? – Вопрос-уловка. Было интересно наблюдать за его реакцией…

Демон оставался предельно спокоен, в его глазах не мелькнуло даже тени неуверенности или страха.

– Я слушаю тебя, – покорно произнес четырехрогий.

– Ты должен был встретить королевского шута, этого болвана Анекто, и порвать ему глотку.

– Такой человек не являлся ни в Коготь, ни к вратам Тэроса.

Как, подери его Про́клятый в банке, не являлся?! Этого просто не может быть, он же получил письмо!.. Ошибка… Была допущена ошибка… Но в чем? В чем же она? Над этим еще предстоит поломать голову. Ясно лишь одно – шут не поверил, не клюнул на приманку. Тогда где же он сейчас? Что поделывает? Вряд ли безобидно мастерит деревянные куклы для своей коллекции разбросанных по всему дворцу бансротовых марионеток, что вечно попадаются под ноги…

– Ты не справился и поплатишься за свою ошибку, – сердито проговорил я. Пусть демон считает, что виноват, но он лишь усмехнулся.

– Жду с нетерпением, – осклабился рогатый, и во взгляде его не было ничего, кроме неприкрытой дерзости. Что ж, в этом было нечто такое… Нужно признать, что мерзавец достоин уважения, ведь не боится, падаль, приходить сюда и насмехаться.

– Дождешься, – посулил я, отвлекая его внимание, мне уже показалось, что он не разгадает мой обман, – навеки отправишься обратно в Бездну, из которой и выполз десятки тысяч…

– Чую, чую… – Эта тварь посмела меня перебить! Четырехрогий потянул крючковатым носом воздух по сторонам, оглядел горящим желтым взглядом темные углы кельи.

Я знал, что именно уловил его мерзкий нос. Теневой лорд услышал едва заметное колыхание мысли и дрогнувшее на миг чье-то сердце, вновь исчезнувшее на несколько мгновений, и снова вздрогнувшее… поворот мысли… тишина… и новый обрывок чужого сознания. Некто уже идет по твою душу, друг мой…

Тень скользнула по полу, незаметно прокравшись за белоснежной портьерой на стене монашеской кельи. Из узорчатых плит за спиной четырехрогого демона начал расти едва заметный сероватый облик. С каждым мигом он все темнел, приобретая форму, обрисовывая высокую стройную фигуру. Убийца вскинул руку с дымящимся кинжалом над головой по-прежнему склоненного в поклоне Теневого лорда. Удар сердца, поворот мысли… Именно так и настигают своих жертв незаметные Крадущиеся-в-Тенях. Они подходят неслышно, проскальзывают, когда ты наиболее уязвим, когда меньше всего ждешь атаки. Они бесшумны, невидимы и неуловимы. Они – сама тень, ползущая во мраке. Их можно увидеть только в тот миг, когда они наносят свой удар, как правило, неостановимый и смертельный. А сердце бьется у них, и мысли кружат в голове тогда лишь, когда эти демоны материализуются.

Я с равнодушием посмотрю, как его убивают. Ктуорн Ганет изжил свой срок… Ведает судьба, слишком долгий срок…

Теневой лорд вдруг повернул голову, насторожившись, – я только мог поаплодировать мастерству теневого убийцы – на том месте, где он стоял всего секунду назад, уже никого не было. Ктуорн обернулся, чтобы взглянуть в мое лицо, скрытое под капюшоном, и в этот миг бесшумный ассасин возник снова. Дымящийся клинок опускался на шею Демона-Лорда. Удар сердца, поворот мысли… Кинжал все ниже и ниже…

Ктуорн Ганет обернулся с такой немыслимой скоростью, что даже я не смог уловить, как он это сделал. Когтистой лапой он схватил за горло своего убийцу, другой вырвал оружие из его руки. Крадущийся-в-Тенях предпринял было попытку исчезнуть, просочившись пылью сквозь пальцы врага, но четырехрогий не позволил ему. Лорд просто ухватился за голову демонического ассасина и с легкостью оторвал ее, будто у тряпичной куклы. Во все стороны, на пол и стены святой кельи брызнула черная оскверненная кровь. Тело исчезло в тот же миг, как сердце отбило последний удар. Крадущийся-в-Тенях не успел даже вскрикнуть.

Надо признать, что я испугался. Когда демон повернулся ко мне и шагнул вперед, в первый миг я не знал, что предпринять. Сил истребить его у меня не было, призрачный клинок и магия иерофантов вряд ли помогут против такого могущественного исчадия мрака.

Ктуорн Ганет сделал к моему креслу несколько шагов, и при каждом шаге его когти выбивали из камня плит красные искры.