Вопросительные знаки в «Царском деле» - Юрий Жук

Бытовые условия П. С. Медведева мало чем отличались от условий других заводчан. Как и большинство из них, он имел собственный дом, расположенный по Сомовой улице упомянутого посёлка, и участок, позволявший вести небольшое подсобное хозяйство.

К 1918 году семья П. С. Медведева состояла из четырёх человек: жены Марии Даниловны и троих детей. Старшей дочери Зое было 8 лет, а двум младшим детям – сыновьям Андрею и Ивану, соответственно, 6 лет и 1 год.

Во время Февральской смуты 1917 года П. С. Медведев вступает в партию большевиков и начинает вносить установленный членский взнос до 1 % с каждого заработанного рубля. Однако, как он сам утверждал впоследствии, платил таковой только лишь в течение первых трех месяцев.

В январе 1918 года П. С. Медведев записывается в Красную Гвардию Сысертского завода, отряды которой в числе прочих формирований уральцев уже в феврале 1918 года были направлены на Дутовский фронт. Начальником красногвардейской дружины, в которую был распределён П. С. Медведев, в то время состоял С. В. Мрачковский, хорошо знакомый ему издавна. (С. В. Мрачковский был зятем диакона сысертского храма Кузовникова.)

Возвратившись с Дутовского фронта и отдохнув в течение нескольких недель, П. С. Медведев вместе с Помощником Военного комиссара Сысертского завода Н. И. Чуркиным по поручению С. В. Мрачковского (в то время члена Уральского Обкома РСДРП(б)) с начала мая 1918 года ведёт активную агитацию среди местных большевиков, призывая их записаться в «охрану бывшего царя». (Условия этой службы были довольно соблазнительными – 400 рублей в месяц жалованья при бесплатном питании и обмундировании.)

24 мая 1918 года команда из 30 человек сысертских рабочих вступила в охрану Дома Особого Назначения, где содержалась под арестом Царская Семья. А днём ранее П. С. Медведев на общем собрании охраны был избран на должность начальника караула. (В связи с этим назначением его жалованье было увеличено до 600 рублей в месяц.)

Первым комендантом ДОН был назначен член Исполкома Уральского Облсовета (бывший рабочий екатеринбургской фабрики братьев Злоказовых) А. Д. Авдеев, а его помощником – А. М. Мошкин, также ранее работавший на этой фабрике. Все перечисленные лица занимали в этом доме особую комнату – комендантскую. По долгу своей службы в ней постоянно находился и ночевал А. Д. Мошкин, а иногда, пользуясь своим особым положением, и П. С. Медведев.

Но так как А. Д. Авдеев имел привычку употреблять во время несения своих обязанностей в чрезмерных дозах спиртные напитки, то это обстоятельство вскоре стало известно членам Президиума Исполкома Уральского Облсовета. Да к тому же ещё и его помощник А. М. Мошкин оказался нечистым на руку – украл висевший в изголовье Наследника Цесаревича золотой крестик, за что был арестован А. Д. Авдеевым. И когда вся эта история окончательно выплыла наружу, А. Д. Авдеев и А. М. Мошкин от занимаемых должностей были отстранены, а на их место назначены Я. М. Юровский и Г. П. Никулин.

Однако бывший разводящий караульной команды ДОН А. А. Якимов имел на этот счёт более конкретное мнение:

«Кто об этом вынес наружу и довел до сведения, надо думать, Областного Совета, – не знаю. Знаю только, что Павел Медведев сколько раз собирался на Авдеева донести. Может быть, он и донес»[223].

С вступлением в должность Я. М. Юровского и Г. П. Никулина П. С. Медведев также сумел, что называется, «подмазаться» и к ним, и продолжал оставаться в ДОН на почти таком же привилегированном положении.

И поэтому не случайно в ночь убийства Царской Семьи именно ему Я. М. Юровский поручает собрать имевшиеся у внутреннего караула револьверы. (Для того чтобы один из них отобрать лично для себя, имея целью опередить своим выстрелом всех прочих участников этого злодеяния.)

Григорий Петрович Никулин

Шестым в списке убийц стоит Помощник Коменданта Дома Особого Назначения Г. П. Никулин.

Григорий Петрович Никулин родился 27 декабря 1894 года (ст. ст.) в уездном городе Звенигородка Киевской губернии. По национальности – русский. По своей сословной принадлежности – мещанин.

Изначальным воспитанием Григория занималась его старшая сестра Пелагея, заменявшая ему во многом мать и нянчившаяся в то же время с двумя малолетними детьми: Михаилом и Федорой.

С 1903 года Григорий Никулин начинает посещать Звенигородскую церковно-приходскую школу, занятия в которой приносили ему нескрываемую радость. Однако радость учения зачастую омрачалась болезнями, заставлявшими его пропускать занятия и не справляться с домашними заданиями. Учёбу пришлось бросить, но уже осенью 1905 года он начинает учиться в Звенигородском Мужском 2-классном училище, в котором за 3,5 года последовательно оканчивает три подготовительные группы, после чего зачисляется в 1-й класс, учиться в котором ему будет суждено всего лишь полгода.

Тяжёлое материальное положение семьи, ставшее наиболее бедственным к концу 1908 года, вынуждает Григория Никулина вновь прервать свою учёбу и по достижении четырнадцатилетнего возраста начать трудовую деятельность в местной кузнечной мастерской.

Весной 1909 года чета Никулиных решает покинуть Звенигородку, для чего, продав принадлежавший им домик с небольшим участком, переезжает на жительство в расположенный неподалёку небольшой городок Умань. Обосновавшись на новом месте, Григорий Никулин поступает рабочим-штамповщиком в мастерскую печных приборов.

Уже в 15 лет Г. П. Никулин с очевидной ясностью осознает многочисленные пробелы в собственных знаниях и в целях дальнейшего совершенствования таковых предпринимает первые попытки занятий методом самообразования.

По прошествии года он оставляет работу в мастерской и, следуя специальности своего отца, начинает самостоятельную жизнь.

Разъезжая по различным городам и сёлам Звенигородского уезда в качестве каменщика 2-й руки (так в то время назывался подручный каменщика) и получая за свой труд от 90 коп. до 1 руб. 20 коп. в день, Г. П. Никулин долгое время старался улучшить материальное состояние своих близких, однако, наблюдая постоянное пьянство отца (пропивавшего практически все имевшиеся в семье деньги), он решает отказаться от этой затеи и навсегда покидает родительский кров.

Много общаясь с разными людьми в процессе своей работы, Г. П. Никулин начинает глубже задумываться над окружающей его политической обстановкой, а также пытается понять причины всеобщей социальной несправедливости. Будучи малообразованным человеком, он почти сразу же попадает под влияние большевистских агитаторов, пользующихся особой популярностью в среде большинства люмпен-пролетариев, из которых, как правило, состояли бригады шабашников, работа в которых и явила собой начало его самостоятельного жизненного пути.