Том 13. Положите ее среди лилий. Плоть орхидеи. Ловушка мертвеца - Джеймс Чейз

— Ты понимаешь, что делаешь, Глин?

Я подошел к своей помощнице и обнял ее.

— Я не совершаю ничего плохого. Мне не нужны эти деньги, и я не хочу, чтобы Мэддакс знал о завещании. Не тревожься и не говори никому о нем. — Я поцеловал девушку и вышел в холл.

Льюиса там не было. Я стоял, раздумывая, как быть с холодильником. Что если детективу придет в голову мысль заглянуть в него? Так или иначе, нужно будет сегодня ночью вытащить оттуда тело Дестера. Я еще не знал, как мне удастся реализовать это под бдительным оком Льюиса, но понимал, что сделать это необходимо.

Я зашел на кухню и выключил холодильник. К двенадцати часам ночи тело должно оттаять… Затем я поехал в банк, вынул из сейфа револьвер, завернутый в носовой платок, и спрятал завещание. Вернулся я домой около часа. Мэриан накрыла стол на террасе. Я зашел на кухню, где ока готовила ленч.

Холодильник выключен, — сказала она. — Это правильно?

— Да, я выключил его, так как вряд ли теперь придется им пользоваться.

В кухню зашел сержант и тоже стал рассматривать холодильник.

— Мне всегда хотелось иметь такую штуку, — заявил Льюис. — Но этот морозильник очень уж большой, верно?

Вам лучше купить поменьше, — ответил я. — Наверное, Дестер и не пользовался такой громадиной.

— Да, великоват, — согласился Льюис и посмотрел на бутылки, стоящие на крышке. — Странное место для виски.

— Это я принес их сюда, а Дестер их держал в шкафу в спальне, что было еще более странным.

— Если тут будет распродажа, то мне удастся купить этот агрегат дешевле, — резонно рассудил полицейский.

— Я не думаю, что вам посчастливится его заполучить. Наверное, холодильник приобретет какая-нибудь гостиница, — ответил я, с трудом поддерживая разговор.

— Да, пожалуй, вы правы.

Сержант долго смотрел на холодильник, словно не мог оторвать от него глаз. Затем как-то нелепо покрутил головой, будто сбрасывал груз наваждения, и отошел в сторону.

Мэриан приготовила ленч, и мы вынесли тарелки на террасу. После вкусной еды и свежего воздуха Льюис, кажется, оттаял.

— Этот Мэддакс неплох в страховом бизнесе, — начал сержант разговор, — но когда переходит к расследованию, у него появляются дикие идеи. Любому ясно, что Дестер пристукнул жену. — Полицейский посмотрел на меня. — Как вы считаете?

— По-моему, он был в ярости и ударил ее слишком сильно, — осторожно высказался я. — Я не думаю, что он собирался убить.

— Собирался или нет, но он убил ее. — Льюис покачался на стуле. — Интересно, где он теперь? Наверное, в Мехико или в другом таком же месте, где мы и не подумаем искать его.

— Значит, вы думаете, что он не вернется? — спросила Мэриан.

— Конечно, нет. Зачем ему возвращаться? Ведь он знает, что за домом следят. — Льюис поинтересовался у меня: — Вы нашли завещание?

— Нет.

— Этот Мэддакс любит все усложнять, — хмыкнул Льюис, пожав плечами. — Но меня это не касается. В данный момент я получил приятную, легкую работу.

— Кстати, о работе, — заметил я. — Я покажу вам комнату на случай, если вам захочется вздремнуть.

— Зачем мне днем спать?

— Я думал, что вы собираетесь дежурить всю ночь.

Сержант от души рассмеялся.

— На случай возвращения Дестера? Нет, я собираюсь ночью спать, благо Бромвич может всегда разбудить меня, если понадобится послать куда-нибудь с поручением.

Я поднялся из-за стола со словами:

— Что ж, пора браться за работу. Нужно приготовить к утру бумаги для адвоката.

Впервые с тех пор, как я узнал, что Льюис остается в особняке, меня покинуло тошнотворное чувство страха. Если сержант не будет бродить по дому ночью, я смогу вытащить тело Дестера в сад. Это будет рискованно, но на этот риск придется пойти.

Льюис предложил Мэриан:

— Я помогу вам помыть посуду. Моя жена считает меня лучшим мойщиком тарелок в округе.

Я прошел в кабинет Дестера, закрыл дверь и уселся за письменный стол. Я спрятал револьвер в верхний ящик стола, потом надел перчатки и вставил в пишущую машинку чистый лист бумаги. Сняв перчатки, я некоторое время раздумывал, потом начал печатать:

«Я вернулся за револьвером. Это конец. Я не хотел ударить ее так сильно. Мне казалось, что я смогу убежать, но из этого ничего не получилось. Я устал, я не хочу больше жить и выбираю легкую смерть. Для меня нет будущего…»

Я перечитал записку, потом опять надел перчатки, вынул листок из машинки и спрятал его под кипу бумаг в ящике. Я посмотрел на часы. Было два часа тридцать минут. Вероятно, часов в двенадцать ночи мне удастся освободиться, наконец, от опутавшего меня кошмара. Только около восьми часов вечера Мэриан и я закончили разборку бумаг Дестера. Подводя общий итог, я сообщил:

— Ну вот, он должен почти пятьдесят тысяч долларов. Вряд ли от его состояния что-нибудь останется.

— А ты не думаешь, что если с ним что-то произошло, то страховая компания заплатит? — спросила Мэриан.

— Это зависит от того, что с ним случится. Только меня это не касается. — Я встал. — Ну, тебе больше нет необходимости сидеть здесь. Можешь пойти в кино или еще куда-нибудь.

Мэриан покачала головой.

— Не хочется. А тебе?

Меня не очень соблазняла перспектива сидеть дома и ждать, пока Льюис отойдет ко сну, но я не решался оставить его здесь одного. Он проявил слишком большой интерес к холодильнику и вполне мог сиять бутылки с его крышки и заглянуть внутрь.

— Давай пойдем в гостиную и посмотрим телевизор.

Когда мы вошли в гостиную, Льюис смотрел бокс.

— Отвратительно дерутся, — уведомил полицейский, обернувшись через плечо. — Если хотите, можете переключить на другую программу.

Но Мэриан отказалась, заявив, что пойдет к себе, что ей нужно писать письма. Я обрадовался, что она уйдет из дома, и предложил проводить ее. Мы подошли к гаражу и остановились у входа. Спускались сумерки.

— Мне хочется сегодня лечь пораньше, — произнес я, — вся эта суматоха утомила меня.

— Ты не думаешь, Глин, что сегодня ночью что-то должно случиться?

— Уверен, что нет. Не думай об этом, девочка. Дестер далеко отсюда. Через несколько дней ты сможешь покинуть этот ужасный дом.

— Я с радостью сделаю это.

Я нагнулся и поцеловал Мэриан.

— Спокойной ночи. Увидимся завтра утром.

Я поспешил в дом. Льюис сидел в кресле и смотрел очередной бой.

— Эти парни вальсируют по рингу уже в течение десяти минут, не дотрагиваясь друг до друга перчатками.

Я сел, закурил сигарету и стал смотреть на экран. Мне надо было убить четыре часа.

Через несколько минут судья остановил бой и дисквалифицировал боксеров.

— По крайней мере, хоть денег не получат, — утешился полицейский.

На ринг вышла следующая пара, и опять началась неторопливая дуэль. Через некоторое время я заметил, что Льюис заснул. Даже во сне его лицо не смягчилось. Оно казалось вырезанным из камня. Я начал мысленно повторять все ключевые пункты моего плана. Сначала нужно будет убрать бутылки с крышки холодильника, потом вынуть оттуда тело Дестера, перенести его в сад и выстрелить из револьвера. И вдруг до меня дошло, что, прежде чем я успею вернуться в дом, Льюис может выбежать на звук выстрела и наткнуться на меня. Я невидящими глазами смотрел на экран и боролся с охватившей меня паникой. Как же обойти это препятствие? Тут мне пришло в голову простое решение: самое безопасное — обставить сцену самоубийства Дестера так, как она выглядела на самом деле. Я могу произвести выстрел у открытого окна, через которое Дестер якобы проник в кабинет. Я снова смог спокойно дышать, так как выход был найден. Выстрелив, я пересеку коридор и войду в кухню. Когда Льюис зайдет в кабинет, я тихо поднимусь по лестнице к себе, а потом с шумом спущусь, как будто толью что вышел из своей комнаты. В теории все это выглядело легко осуществимо. И все равно я старался пока не думать о том моменте, когда придется открыть крышку холодильника и вытащить оттуда тело Дестера.

Около половины одиннадцатого Льюис проснулся. Увидев это, я сам притворился спящим.

— Господи боже! Эти типы все еще вальсируют! — воскликнул он с отвращением.

Я шевельнулся и открыл глаза.

— Зато они нас убаюкали, чего же вам больше? — Я выключил телевизор. — Я, пожалуй, пойду спать.

— Вы правы, — согласился Льюис, потягиваясь. — Только напрасно потратили время. Могли бы уже давно спать. — Он встал. — Вы запираете здесь?

— Да, — сказал я. — Это не займет много времени. Вы можете подняться к себе.

— Лучше я пройдусь с вами. Мне бы не хотелось, чтобы сюда забрались воры, пока я буду храпеть наверху. Тогда надо мной до самой смерти будут издеваться.

Сержант последовал за мной в холл, где наблюдал, как я запирал входную дверь, потом прошел вместе со мной на кухню, где я запер вторую дверь.