Легенда о свободе. Мастер Путей - Анна Виор

– Отступаем!.. – передают командиры приказ по рядам воинов.

– Отступаем!.. – орут самые сильные глотки.

«Отступаем!» – поет рог.

– Куда?! Они нас всех потопят к смарговой матери! Сзади – Тасия-Тар, куда отступать?! – вопит седой, но по-молодецки крепко сбитый воин рядом.

– Отступаем!..

Ого видит перед собой море смаргов, море… спины тарийцев и их мечи мелькают впереди все реже и реже… Он продвинулся в первые ряды? Или просто эти первые ряды уже смяли? Ого потерял ориентацию. Меж синюшных смарговых воротников показалась голова и передние копыта вставшей на дыбы лошади. «Конница еще сражается!» – обрадовался Ого и тут же поморщился, увидев, как перерубает одним ударом смарг лошадиную шею.

На него лезет новый враг… ревет, хрипит. Как с ними разговаривают эти… из Кругов Атаятана? Интересно, человеческий язык эти твари понимают?.. Они вообще что-нибудь понимают?! Ого пропускает удар по нагруднику, железо сплющивается, сдавливает ему грудь, перекрывает дыхание, он валится в грязь, тут же пытается встать, потому что знает: иначе смарг его добьет. Руки и колени скользят по жиже из земли, крови и внутренностей смаргов и людей… Меч смарга вспахивает землю в дюйме от его головы. Ого вопит от страха, от боли в груди и от жажды жить!.. Смарг тяжело поднимает свой гигантский клинок для нового удара. «Я хочу жить!.. – лихорадочно думает Ого. – Так хочу жить!..»

Он шарит рукой в грязи… меч он выронил. «Я хочу жить!..» Смарг опускает клинок. Ого пытается увернуться, поскальзывается, беспомощно растягивается на земле. «Я ХОЧУ ЖИТЬ!!!»

Из шеи смарга выныривает острие клинка, тут же исчезает, оголяя рану, словно раскрытую пасть, кровь хлещет и заливает Ого… Смарг начинает валиться на него. Ого ничего не успевает, только закрыть голову руками… Кто-то хватает его за согнутую в локте руку и за низ кирасы, волочит по грязи… смарг рухнул очень близко, но не на него. «Как я хочу жить…»

Седой воин, тот самый, который кричал, что все они утонут, помогает ему подняться, второй – низкий, с таким грязным лицом, что трудно разглядеть черты, определить возраст, вкладывает в руки его подобранный меч, хлопает по спине:

– Дерись, кутиец! Смарг тебя сожри! Дерись!..

– Отступаем!.. – снова слышится во всеобщей свалке.

Ого видит, как уцелевшая конница прорубается сквозь строй смаргов, но не вперед, а назад, к своим. Отступление. Уродливых воротников впереди становится все меньше.

– К реке! К реке!.. – крики в строю.

Рог трубит отступление. Теперь их теснят к реке не смарги, а собственная конница. Ого пятится, затем поворачивается и бежит с остальными. На холме Чияс, где скопились смарги, что-то громыхнуло. Вспышка яркого света полыхнула от востока до запада… Молния. Гроза зимой?.. Тарийцы остановились, пытаясь разглядеть, что там…

– Давай! – Седой воин и тот, второй, с перепачканным лицом, сходятся вместе, плечо к плечу, наискось соединяют руки, выставляя опорой перед собой. – Давай, кутиец, взбирайся к нам на плечи, посмотри, что происходит!..

Ого с сомнением смотрит на некрупных воинов. Выдержат? Затем с прыжка отталкивается правой ногой от их перекрещенных рук и, опираясь на плечи обоих вначале коленями, затем ступнями, держась за головы, осторожно приподнимается.

Снова громыхнуло. Холм заходил ходуном, волна, как на воде, поколебала землю под ногами держащих его. Ого хватается за волосы того, что перепачкан в грязи, чтобы удержать равновесие.

– А-а-а! Полегче там, кутиец!

Пламя оранжевыми сполохами хозяйничает на холме. Смарги мечутся в панике, бегают по холму, словно живые факелы, падают черными головешками. Вирд!.. Там Вирд!.. Кто же еще?! Это он в буквальном смысле задал жару этим смарговым смаргам… как правильно сказать? Так и есть – смарговые смарги! Мерзость вдвойне! Эффы их всех пожрите!..

– Верховный!.. – орет Ого. – Верховный! Вирд! Он на холме!

Невидимый клинок на весь горизонт, со свистом рассекая воздух, несется по рядам смаргов, извергая из их вонючих поганых глоток предсмертные хрипы и рев.

– Ура! Да горит пламя Верховного! – вопит Ого, и его клич подхватывают тысячи голосов.

– Да горит пламя Верховного!.. Вирд-А-Нэйс! Вирд-А-Нэйс!..

Хатин Кодонак

– Победа на холме Чияс, – докладывает «прыгун», Кодонак позабыл его имя… – Клин Агаята спасен, из его людей погибло не больше трети!

– Треть!.. – стонет Бахим.

Марто пока успешно удерживает мост, но там наблюдается уменьшение количества смаргов, хотя они и атакуют очень активно. Хатин задумчиво разглядывает очертания берегов Тасии-Тар на карте, передвигает фигурки, обозначающие силы смаргов вдоль берега. Они передислоцируют войска, как докладывают разведчики. Растянулись миль на пять вдоль реки… И их достаточно много, чтобы представлять собою опасность на всем этом отрезке…

Часть смаргов развернулась, чтобы дать отпор арайцам, еще часть – чтобы встретить ливадцев. Не слишком много, как раз столько, чтобы задержать союзников… Арайцы уже терпят значительные потери…

Кодонак тоже растянул своих боевых Мастеров вдоль всего берега на этой стороне. «Прыгунов» отчаянно не хватает. А у этих… Атаятановых прихвостней – каждый и «прыгун» и боец! Смарг их сожри! Как они собираются преодолеть реку? Неужели действительно вплавь?..

– Готовь Разрушителей, Бэл!.. – мрачно говорит Кодонак. – По десять человек через каждые полмили, обеспечь их «прыгунами», чтобы были готовы в минуты перелетать с места на место!

– Мастеров Перемещений мало! А те, что есть, едва держатся на ногах… – жалуется Стойс.

– Знаю! Ни искры, ни пламени, Тайшиль, знаю!.. Но что-то готовят смарги вдоль берега…

Стойс перемещает Хатина на дозорную башню, возведенную перед самым боем чуть южнее тылового лагеря. Башня стоит на холме, и сама достаточно высока – отсюда неплохо видно, что происходит на том берегу.

Смарги скопились у самой кромки воды, но, похоже, не спешат бросаться вплавь и плотов больше не строят. Он замечает какое-то движение в их белесой среде. Смарги расступаются, пропуская людей. Ни искры, ни пламени! Связанные Кругом! Вскидывают руки – Хатин узнает танец Строителей. Над рекой сверкающей дугой поднимается вода, замерзая, образует… мост! Мост!.. Раздери их всех Древний! Дальше на юг один за другим вырастают такие же сверкающие коромысла! Кодонак оборачивается на север – то же самое! Вот как они собираются попасть на этот берег!

– Рушить мосты, когда смарги достигнут середины! – отдает он приказ для Мастеров Стихий ожидающему здесь «прыгуну».

Успеют ли они вовремя к основаниям мостов? Конструкция не может быть очень прочной, ведь прирожденных Строителей у Атаятана не так уж и много… Хотя часть мостов – те, которые возвели настоящие Строители, могут оказаться прочнее Конюшен Пятилистника, работы Тотиля: нельзя не учитывать, что связь с Древним увеличивает яркость Дара.

Смарги хлынули единым потоком на мосты, Хатин поднял лицо к небесам: «Помоги, Мастер Судеб!..»

Его внимание привлекает то, что задние ряды отродий Древнего не готовятся вступить на мост вслед за передними, а начинают движение к центру линии фронта, как раз напротив их тылового лагеря, там, где никаких мостов нет.

– Что там? Что же там?.. – шепчет Хатин. – Древний их раздери! Что они задумали?

«Что бы сделал я сам? Собрал бы туда моих Мастеров Стихий, зная, что Разрушители врага отвлеклись на мосты, и просто рассек бы Тасию-Тар, пустив воду на этот берег, прямо на тыловой лагерь… У меня бы сил хватило – больше сотни Разрушителей… Но у них? У них только четырнадцать. А самый опасный и сильный Мастер Стихий – Элий Итар, мертв. Нет… Не потянут четырнадцать человек такой фокус… Или потянут?.. Ни искры, ни пламени!..»

Слева раздались оглушительный треск, вой и рев: Хатин с удовольствием полюбовался, как градом сыплются с первого разрушенного моста мощные тела смаргов, а их кожистые вороты развевались в воздухе. К сожалению, не все из них в стальных кирасах – у таковых есть шанс всплыть. Неужели эти туши в самом деле могут плавать?.. Хатин убедился в этом собственными глазами, глядя, как одна лысая блестящая на солнце голова появляется над водой вслед за другой. Течение Тасии-Тар в этих местах было не самое безопасное. Но мощные руки, вспенивая воду, гребли со звериным упорством и отчаянием. По крайней мере, некоторые выгребут… Мастера Стихий рушили новые мосты с юга и севера отсюда. Преисподняя разверзлась на обоих берегах Тасии-Тар. Более сотни Разрушителей терзали великую реку. «Эти берега уже никогда не стану прежними…» – думал Хатин.

– Верховный в тыловом лагере! – задыхаясь от усталости, докладывал появившийся «прыгун» в еще не рассеявшемся тумане перемещений. – Приказывает эвакуироваться!..