Общие вопросы этнографии русского народа. Традиция. Этнос. Религия - Олег Викторович Кириченко

национально‐культурного развития русского народа“. Одним из основных выводов, прозвучавших в ходе парламентских слушаний, явилось признание необходимости разработки федерального закона, касающегося государственно‐правового положения русского народа. В частности, отмечалось, что такой закон призван снять определенный комплекс ущемленности, которому в последние годы подвержены многие этнические русские, укрепить их национальное самосознание, дать государству и обществу инструмент в нейтрализации русофобии. 25 мая 2001 г. были проведены парламентские слушания „О проекте федерального закона `О русском народе`“. Основной вывод — необходимо продолжить работу». В 2003 г. была сделана еще одна попытка вывести проект на стадию широкого обсуждения в Государственную думу. Была написана пояснительная записка к проекту, были выслушаны мнения множества экспертов, выступили и депутаты. Но проект так и не пошел «в народ», его заморозили. Стоит отметить главные положения этого документа. Одна из задач данного закона — «создать максимально благоприятные условия для успешного выполнения русским народом его геостратегической роли по сплочению России как многоэтнической общности, преодолению регионального и национального сепаратизма при становлении единого, федеративного, правового государства». Учитывая некоторые деструктивные процессы, проходящие в стране и в ближнем зарубежье (признание русских в отдельных республиках национальным меньшинством, выдавливание русского населения и т. д.), необходимо принять контрмеры: «В частности, в законопроекте русский народ признается самоопределившимся на всей территории страны. Дискриминация русских, как и других равноправных народов России, в отношении права быть представленным в органах законодательной и исполнительной власти любого уровня, политических и социально‐экономических прав, включая права на землю, природные ресурсы — не допускается». Вопрос о целостности заставляет решать и вопрос воссоединения русских: «причем исключительно мирным путем, в соответствии с нормами международного права и российского законодательства. Для тех соотечественников за рубежом, которые по тем или иным причинам не могут возвратиться в Российскую Федерацию, государство должно обеспечить возможность общего со всем русским народом национально‐культурного развития». Этот законопроект призван решить только часть самых неотложных проблем, касающихся русского народа. Но даже самые неотложные проблемы до сих пор не решаются.

Это означает, что провозглашенное новой конституцией право всех народов на равенство фактически ежедневно дезавуируется особым привилегированным статусом национальных автономий, поскольку этнизация является формой их существования. Провозглашенная религиозная свобода еще более укрепила их этнические приоритеты. Под этнизацией надо понимать утверждение приоритетов, развивающих и поддерживающих этническое бытие. В этническом бытии крупное сообщество людей особым (этническим) образом овладевает пространством (оно место рождения и владения, Родина и Отечество), осваивает время (через воспроизводящую саму себя традицию, куда входят язык, культура, включая одежду, жилище, фольклор и т. д.) и приобщается к вечности через укорененность (земную и небесную) в религии. Утверждение приоритетов этнического бытия — дело совместное государства, общества и Церкви, потому что все они заинтересованы в нем, поскольку без него никто из них не мог бы существовать исторически. Но этнизация — это не какой‐то идеальный процесс, все время набирающий силу (или наоборот, теряющий ее), но скорее постоянное, с переменным успехом сражение за этнос, за этничность, которые ведут государство, общество и Церковь. Причем не всегда врагом является какой‐то внешний для данного народа враг, но нередко война ведется между этими тремя силами, и это самое опасное для конкретной этничности.

Советская эпоха стала первым тяжелым испытанием для русских, поскольку атеистическое государство очевидным образом обрушилось на русских из‐за их православия и прилагало все силы, чтобы расщепить и отделить православие от русскости, а русскость без жалости и сожаления использовать где только можно: в индустриализации, коллективизации, на войне, при восстановлении послевоенного хозяйства в России и в автономиях. Государство дезориентировало атеистическую часть русского общества и умело манипулировало этническими чувствами «националов». В результате этнические процессы у русских попали под истребительный огонь государства и какой‐то части общества. Церковь не могла в полной мере поддерживать народ в это время, так как против нее также велась тотальная война на полное уничтожение. В это время этнизация у малых народов только приветствовалась, а если и подвергалась репрессивным мерам, то в несравнимо меньших масштабах, чем у русских. В постсоветский период политика деэтнизация русского народа стала проводиться светским государством хотя и без очевидного насилия, но с помощью политики невмешательства в дело «естественного» его угасания. В советское время русский народ лишили его территориальной идентификации (ему было запрещено считать границы России его этническим Отечеством и его столицу Москву центром его этноса), его в немалой степени лишили временной идентификации (из крупных традиционных ценностей у русских остались язык и культура, которая даже в модернизированном виде сегодня с трудом пробивается к учащимся в школах). И, наконец, такой идеальный идентификатор, как православная религиозность, за который идет сегодня главная жесточайшая борьба Церкви, общества и государства с теми силами, которые поддерживают господство в стране атеистической светскости. Православие, которое одно‐единственное сохранило во всей полноте «код русской идентичности» (здесь есть и пространственное, и временное, и идеальное понимание русской идентичности) сегодня является камнем преткновения для всех тех, кто мешает русскому народу вернуть его подлинное лицо и подлинную силу. Они мешают Русской Православной Церкви заниматься ее естественным делом — духовным воспитанием народа. Эти антицерковные и антирусские силы, которые, к сожалению, нередко поддерживаются иноконфессионально и иноэтнично, создают в глазах общества и государства ложный образ Церкви: или как неопытного юного педагога, которому можно доверить воспитание народа только в воскресных школах, в церковной ограде; или же исторического неудачника, у которого уже был исторический шанс воспитывать народ, но он его не использовал («безграмотный и дикий народ все равно начал бунтовать и совершил революцию»). Поэтому народное воспитание практически отдали на откуп «четвертой власти» (массмедия), которая через телевидение, радио, прессу, интернет и вершит дела народного просвещения. Именно последнее обстоятельство самым негативным образом сказывается на росте экстремистских настроений в мусульманской среде. Радикализация российского ислама в значительной степени связана с тем, что светскость продолжает оставаться, по сути, атеистической. Поменялся лишь вектор атеизма, «научный» атеизм сменился гедонистическим, с его индифферентным отношением к нравственным нормам. Этот всплеск незапрещаемой (неконтролируемой) безнравственности и будоражит традиционный российский исламский мир и раскалывает его на части.

Предложения по первому тезису. Россия продолжает жить по тому образцу межэтнических отношений, который был создан большевиками в 1920‐е годы и который сегодня сознательно сохраняется, хотя это мешает не только русскому и другим народам, но и государству и обществу в целом. 1) Необходимо законодательно закрепить этнический статус русского народа в России. 2) Вернуть русскому народу право на религиозную идентичность, которого он сегодня лишается в силу господства атеистической светскости. Атеизм законодательно должен быть признан частным делом гражданина России (или хотя бы равным по отношению к