МоделBiblos. Модельный бизнес по-русски - Владислав Метревели

Последние дни Марго занималась в основном рассылкой приглашений на день рождения Борова, который решили в этот раз отметить с размахом, пригласив и светскую тусовку, и много-много моделей. А тут эта история. Разбирайся теперь! Мало того что надо делать вид, будто занимаешься модельной работой, так теперь еще и с оглядкой на пожелания босса. И этот новый менеджер, не посоветовавшись с нею, отправил в журнал на кастинг целую группу молоденьких начинающих моделей, а любимице Борова (спала она с ним или еще нет?) Марьяне даже не позвонили. Может, она и не пошла бы, но тогда можно было бы как то отчитаться перед боссом, а теперь… И Димки, как назло, не было в офисе – он-то уж проследил бы за действиями новенького. В результате Боров устроил нагоняй и лично (ЛИЧНО!) звонил главному редактору «Девчонки». После чего Марьяна таки вместо отобранных уже моделей полетела на съемки, которые журнал проводил на Кипре, а Марго получила указание обо всех кастингах докладывать Борову, чтобы он имел возможность утверждать списки моделей и корректировать их. Некоторые из фавориток Борова уже давно не посещали кастинги, занятые кто учебой в престижных университетах, оплаченной им и его друзьями, кто посещением каких-нибудь курсов китайского языка, школ актерского мастерства или вокала. Слава богу, еще не финансирует участие их в многочисленных «Фабриках звезд», а то совсем бы махнул рукой на агентство. И как тогда жить Марго?! Модели-то получат образование, засветятся на телевидении, а она, кроме подиумной работы, после Дома моды и управления агентством, состоящим из безголовых моделей, ничего в жизни делать не умеет. В другое агентство ее не возьмут – директора московских агентств, как змеи в террариуме, ненавидят друг друга. Она не успела перевести дух, как – легок на помине – босс позвонил ей по внутренней связи.

– Марго, зайди-ка… – Голос Борова в трубке не предвещал ничего хорошего.

Господи, что там еще! Занялся бы лучше своим бизнесом. Как хорошо было раньше, когда Боров заезжал в офис только изредка – ознакомиться с базой данных и выбрать тех, с кем лично хотел провести собеседование.

Спустя пару минут Марго узнает причину очередного недовольства босса. Хотя, если бы не дотошность Мажордома, выискавшего злополучную статейку, все могло сойти с рук незадачливому журналисту. Но Боров уже потрясал страницами журнала так, что они веером разлетались в наэлектризованной атмосфере кабинета. Мажордом стоял справа от стола, губы его подрагивали.

– Ты мне… скальп этого писаки принесешь! – От негодования Боров брызгал слюной. Марго давно не видела его в таком раздраженном состоянии.

«Скальп» Борову был преподнесен в день его рождения. На стол ему легла статья из «МК» об избиении у собственного подъезда известного журналиста по неизвестным пока причинам.

– О, цэ дыло! – почему-то по-украински возрадовался владелец «Империала», пока Мажордом стоял навытяжку, плохо пытаясь скрыть ликование.

– В реанимации он, – подобострастно всхлипнул Мажордом, когда Боров, оторвавшись от газеты, снова посмотрел на помощника.

Но Боров уже потерял интерес ко всей этой истории. Известие о выполнении его поручения оторвало его от составления списков приглашенных на очередную тусовку.

Еще даже не все гости прибыли, а один из приближенных, в последнее время постоянно торчавший у Борова в агентстве, подложил ему большую свинью. Обычно строгий с мужским контингентом Боров вдруг проникся симпатией к старому лису Лисову, с которым познакомился на каком-то фестивале дизайнеров-модельеров. Того пригласили в жюри по старой памяти, а Боров спонсировал сие мероприятие с целью получения работы для своих моделей. Такой вот модельный бизнес по-русски! С тех пор Лисов частенько захаживал в офис, давал советы Марго, тихо ненавидевшей его, просматривал анкеты – совал, в общем, свой нос куда не надо.

И нос не довел его до добра. Приняв излишнюю дозу спиртного, Лисов понес какой-то бред, взобравшись для убедительности на сцену и обвинив именинника в растлении несовершеннолетних. Понятно, что этот бред никто не слушал, но впечатление от вечера было подпорчено, а у некоторых и костюмы, закапанные кровью незадачливого экспериментатора.

Оживленно обсуждался и только что произошедший инцидент у дамской комнаты, куда долго не могли попасть в связи с тем, что какая-то особа заперлась там на час и не желала открывать.

Но на этом неприятности не закончились. Прошел где-то час, во время которого разудалая публика продолжала накачиваться виски и текилой. Вконец осоловевший теннисист, только что завоевавший кубок Кремля, вдруг обрушился на хрупкую витрину с пирожными, стоящую у входа в основной зал.

– Боже, и это наш прославленный чемпион, – причитала не знакомая, видимо, с нравами звезд гостья в пышном ярко-красном платье.

– А что с него взять, конченый человек, – пояснял ее спутник. – Недавно была история в Монако во время турнира на приз принцессы Стефании. Он был замечен в краже из гостиничного номера комплекта постельного белья. Обкололся в очередной раз – и привиделось, что…

Боров сидел в своем углу чернее тучи. Его не радовал даже начавший выступление на небольшой сцене «Люкс-кафе» любимец Мазай. Притихли сидевшие вокруг хозяина девочки-модельки.

«Я выбираю тебя!» – наяривала группа за спиной у Мазая.

«Я выбираю тебя!» – шептал Боров одной из девочек на ушко.

«Я выбираю тебя!» – бубнил под нос бармен, протирая стакан для новой порции виски.

Охотник

Свершилось! Я еду в Париж. Неужели небеса вняли моим молитвам? Теперь все будет по-другому. Наконец-то я оценен, в моих услугах нуждаются. Я так долго шел к этому. Сразу два агентства изъявили желание пригласить меня на роль скаута, предлагая неплохие условия. Одно даже оплачивает мне билет туда и обратно. Правда, будет не очень красиво, если они узнают, что я встречаюсь не только с ними, поэтому мои перемещения по Парижу не должны быть слишком уж откровенны для обеих сторон. А там поглядим. Выберу, что больше приглянется. Не зря же я столько ждал, работал подчас вхолостую, перелопачивал горы информации и объезжал в месяц по пять-шесть городов, половину времени находясь вдали от дома и чертовски редко имея возможность прислониться щекой к родной подушке. И кстати, снов я не вижу уже давно. Это, с другой стороны, имеет и свои плюсы. Я люблю новые места. Поездки и постоянные знакомства с интересными людьми разнообразят мое пребывание на грешной земле. Иногда я сильно устаю от кочевой жизни и вдруг бросаюсь в какие-то совершенно новые области деятельности и времяпровождения. Так, я вдруг воспылал интересом к старинным открыткам и, находясь в поездках, обязательно старался посетить местные блошиные рынки и букинистические развалы, где находил иногда прелюбопытные экземпляры. Иногда это были поздравительные с годовщиной Великой Октябрьской Социалистической Революции, заполоненные красными стягами и пятиконечными звездами, а иногда буквально дышащие историей (потертые уголки, потрескавшийся лак) виды дореволюционного Пятигорска – с прогуливающимися по аллеям дамами с кружевными белыми зонтиками, заштемпелеванные с обратной стороны синими печатями с неразличимыми на них номерами почтовых отделений царской России. Теперь собранная мною за несколько лет коллекция пылилась в целлофановом пакете где-то среди книг на полках, и только иногда я доставал ее, чтобы поперебирать пахнущие пылью свидетельства того, что иная жизнь возможна, что это не иллюзия, не оторванный напрочь пласт прошлого, а спаянный накрепко с нашим настоящим и уходящий в будущее.