Тара - Елена Ларичева

- Да нет, я больше по вечерам предпочитаю тренироваться. Вечерние пробежки, знаете ли, укрепляют иммунитет, не так ли, Варвара? - парировал он.

Юля удивлённо уставилась на Богдана.

- Вы, оказывается, знакомы...

- Ага, городок маленький, - пожал плечами Богдан. - Уважаемая Варвара, я намерен заняться выяснением обстоятельств карьерного роста лиц, прошедших ваши курсы, - он сверлил противницу взглядом. Казалось, та вот-вот задымиться от его внимания, как журнальная страница под лучами солнца, пойманными лупой.

- С чего ты решил, будто мы будем тебе рады после стольких отказов? - она презрительно фыркнула и тут же потеряла к Богдану интерес. - Юленька, заказчики уже видели результат вашей работы. Они очень довольны...

За ними захлопнулась железная дверь клуба. И Богдан только тогда понял, что не обменялся с хорошенькой девушкой адресами или хотя бы номерами телефонов, не назначил свидание. Но ничего, отыщет её через этот клуб.

Борясь с желанием раздобыть гвоздь поржавей и оставить автограф на сапфировой синеве Варвариного ягуара, он направился покупать на телефон новую симку и аккумулятор. А после можно и в офис к ребятам - посоветоваться...

6.

Арина была по-настоящему растеряна. До своего "выпадения из реальности" она хоть и верила в потустороннее, умело извлекала из чужой веры в чудеса прибыль, считала - её это никогда не коснётся. Да, у неё был талант медиума. Открыл его Ромка, давний друг Арины, сам по молодости лет участвовавший в экспедициях по поиску зелёных человечков, заодно пытавшийся разобраться в собственных силах. Но всеми своими нынешними достижениями она была обязана Таре. Таинственной Таре Тихоновой...

Тогда Арина только-только закончила третий курс педагогического университета, на историческое отделение которого отправил её отец. Отправил, чтобы девочка хоть как-то утихомирилась. В то время Арина грезила космосом, вместе с группой единомышленников (и как такие нашлись в провинциальной глуши?) облазила окрестные леса, объездила деревни, донимая аборигенов вопросами о таинственных происшествиях, шарах в небе и кругах на полях (которых, к слову сказать, отродясь не было в её области). Выросшая на дедовых и отцовских увлечениях она была абсолютно уверена - люди произошли от инопланетян, и мудрые создатели до сих пор контролируют потомков.

На кафедре истории работал друг отца, такой же "чокнутый на тарелочках" Геннадий Михайлович. Он даже выпустил за свой счёт книжицу о палеоконтакте, после чего стал в глазах Арины главным авторитетом в этой области. Этот самый Геннадий Михайлович организовал молодёжный туристический клуб, где Арина и познакомилась с Романом, тогда ещё студентом мединститута, приезжавшим на каникулы в родной город...

В начале июля Геннадий Михайлович позвонил отцу Арины и упросил отпустить девушку с ним в Москву на конференцию (не подумайте чего плохого, спутников профессора было ещё трое). А поскольку конференция была посвящена уфологии, удержать Арину дома не представлялось возможным.

По прибытию в столицу выяснилось, что слёт "борцов за историческую правду" проходил далеко не в центре. И число последователей профессора поредело до одной Арины. Остальные отправились знакомиться с достопримечательностями в виде магазинов и кафе. Зато Вязова стоически тряслась в тесном автобусе до ДК имени Не Помню Кого на окраине спального района.

Угловатое неказистое здание ДК землисто-оранжевого цвета каким-то чудом избегало участи быть снесённым, хотя уродовало современной пейзаж своей незатейливой архитектурой. Сероватые прямоугольные колонны и изувеченные временем и вандалами скульптуры рабочих "украшали" фасад, на котором висела узкая чёрно-белая вывеска "слёта уфологов".

В фойе всё говорило о скромности мероприятия, проводимого одной из многочисленных стаек энтузиастов, и отсутствии приличных спонсоров. Под искусственными пальмами протянулись стенды, повествующие об истории уфологического движения России, жесткой критике других групп уфологов, разоблачении их "ненаучного подхода". Венчал экспозицию макет летающей тарелки из желто-синего, как флаг Украины, пластика.

На стенды внимание обращали только новички, вроде Арины. Старожилы, убелённые сединами и пылью знаний аксакалы резво двигались в направлении буфета, где и зависали надолго. Манили гениев от науки и правдоборцев бутерброды с сёмгой и форелью, ароматы колбасных нарезок и красное вино, которое можно было дегустировать до начала выступлений.

Геннадий Михайлович тоже двинулся в известном направлении "пообщаться с коллегами", оставив Арину сидеть под пыльной пальмой и листать двенадцатистраничную брошюрку, которую ей всучили при входе. Брошюрка на газетной бумаге повествовала, как и стенды, о трудной истории становления уфологии на постсоветском пространстве, обвиняла спецслужбы в сокрытии фактов посещения Земли пришельцами, а в конце содержала подробную программу конференции.

Девушка с нетерпением ждала начала выступлений, но... Уже после первого часа поняла - ничего стоящего здесь не расскажут, тайн Вселенной не раскроют, и вообще, лучше бы она тоже пошла по магазинам с однокурсниками. Толку было бы больше.

В зале пахло пылью, табаком и средством от моли. Геннадий Михайлович, выступавший в конце первой десятки, сидел внизу, нервно теребил листочки с докладом. Сама Арина, решив, что там ей будет лучше видно и слышно, устроилась в шестом ряду в центре на потёртом кресле, обтянутым тёмно-коричневым дерматином. Под ногами валялась пустая пачка из-под сигарет и обёртка от жвачки.

Выступления тянулись как последние дни семестра. Все докладчики мнили о себе много, и поэтому старались говорить как можно дольше. Девушка пообещала себе выдержать до перерыва и сбежать, но не досидела даже до выступления своего профессора. Пристроившийся слева от неё плешивый доцент n-ского института лёгкой промышленности, отчего-то тоже свято уверовавший в существование инопланетного разума, вначале приставал к ней рассказами о том, какой он умный, потом и вовсе положил потную ладонь на колено девушке. Арина не выдержала и, отдавливая ноги соседям, выбежала прочь из зала с твёрдой уверенностью - здесь ей делать больше нечего.

Умыв раскрасневшееся от возмущения лицо, она направилась в холл, как её окликнул женский голос. Нехотя Арина остановилась, медленно обернулась.

Женщина высокая, худощавая, если не сказать костлявая, седая, со стрижкой-каре, как и сама Арина... Женщина лет под шестьдесят, решительная и властная в каждом жесте, остановила её. Девушке почему-то захотелось сравнить её с Александром Македонским и Наполеоном вместе взятыми, такую энергетику излучала незнакомка.