Прыжок барса - Майя Малиновская

Ника тихо хмыкнула. И тут к ее ужасу по лестнице стал спускаться Дмитрий. Он подошел к ним с явным намерением участвовать в беседе. Ника чуть не присела от страха. Ждать защиты было неоткуда, Алик ушел осваиваться в новом доме. При приближении Дмитрия Нике захотелось взвизгнуть и забиться в угол. Он посмотрел по своем умрачно и строго.

Ника неспешно пошла в сторону мастерской, кожей ощущая, что напряжение не собирается спадать. И слава местным богам, как считали люди, что за ней первой последовала Эл, создавая барьер между Никой и Дмитрием.

В результате, Ника предстала перед Эфроимом так словно ее только что высекли. Щеки девочки не были покрыты обычным румянцем, они были пунцовыми, а глаза нервно бегали выискивая что-то незримое. Эфроим впервые видел Нику такой. Обычно она самоуверенно шастала по дому, не взирая на то, чья это территория, спрашивала о чем вздумается, делала, что считал нужным, что стало для всей его семьи некоторым неудобством. К юной гостье были терпеливы.

Ника подняла на Эфроима воистину щенячьи глаза, и мастеру тут же захотелось обнять ее и утешить. Найдя в Эфроиме сочувствие, Ника приободрилась и округлила глаза, взглядом умоляя о защите.

Эфроим не смог представить, что за несколько мгновений, в которые он их не видел, могла бы сказать Нике Елена, но по его мнению и того уже было довольно. Следуя простой логике, Деметрий и слова не произнес. Эфроим явственно ощутил, что для Ники осуждение этих двоих старших страшеннее пламени Гадеса, так сильно переменилась юная нахалка, превратившись на глазах в пример смирения и покорности. Эфроим растерялся.

- Я могу объяснить, - выдавила опять Ника.

- Мы слушаем, - произнесла Эл нарочито мягко, но Ника при этом закусила губу.

- Этот человек все равно хотел отказаться от... Он совсем не хотел... Это был единственный способ, чтобы он вообще заплатил сверх того, что собирался. А если он собирался обманывать, то почему было не помочь получить с него хоть какую то прибавку.

- Откуда ты об этом узнала? - задал Эфроим встречный вопрос.

- Я подслушала, - созналась Ника, естественно не уточняя каким образом ей это удалось.

Эфроим не смог вспомнить, где видел Нику до ее визита в мастерскую и вмешательства в разговор. Потому не мог опровергнуть ее довод. Он припомнил, как она делала вид, что ей интересен не расколотый камень и рисунок на нем. Эфроим не счел ее интерес намеренным, он сам был не в духе в тот час. Потом последовало резкое заявление Ники, точно она ждала момента. А ее тон свидетельствовал, что девочка была почти разгневана.

- Он плохой человек, - забормотала Ника.

Эфроиму не раз казалось, что она говорит в след его мыслям, вот и сейчас ощущение было тем же. Он посмотрел на Елену. Она ожидала продолжения. Вчера вечером Эфроим сам предложил объясниться с девочкой. Он думал, что речь пойдет о справедливости и об уважении к старшим.

- Я прошу тебя впредь не вмешиваться в разговоры старших в моем доме, - сказал Эфроим, не найдя, что еще сказать.

- Ты позволил мне выбрать наказание, - напомнила Елена.

- Да. Твоя воля, Елена, - согласился Эфроим.

- Она наберет тебе гальку для мозаики пола в доме Фелиция. И разберет по цветам. Распоряжайся ею на свое усмотрение в этом деле. И не щади. Она сильная. Не умеет думать головой, пусть руками работает, - сурово изрекла Елена.

- Ты обещала библиотеку! - страдальчески заныла Ника.

- Обещание отменяется. Я обойдусь без тебя. Позориться не хочу.

Эфроим подметил, что личина раскаяния на личике Ники быстро сменилась на возмущение и протест. Ника чуть не топнула ногой, но обернулась и тут же притихла, потому что Деметрий смотрел сурово, словно знал, чем сдержать ее порыв. Елена обошла рабочий стол, взяла корзинку, в которую Эфроим по вечерам собирал гальку на море, и вручила ее Нике.

Возразить Ника не посмела. Эфроим оценил суровость и эффективность спартанской манеры воспитания. Елена мало проводила времени в его доме. Что она могла знать о его заботах? Верно и то, что еще одни рабочие руки ему были необходимы, он собирался взять мальчика из другой семьи. Ему пришлось бы платить за работу или кормить его, предложение Елены стало очень своевременным. Мастерская едва держалась, потому что в город приехали еще два греческих мозаичника, поселившись недалеко от его мастерской, они стали переманивать его старых заказчиков. Они набирали простые орнаменты и работали пока за меньшую плату. Положение семьи мог спасти только большой заказ. На удачу купец Фелиций с улицы прилегавшей к Брухеуму, затеял расширить дом и заказал Эфроиму выложить полы в доме камнем и картинами из мозаики.

Елена кивнула Деметрию, они пошли к выходу. Ника посмотрела на Эфроима, потом им вслед и бросилась за Эл. Эфроим перевел дух.

- Почему? - Ника едва сдержала накопившийся гнев. - В чем смысл таскания камней?

- Догадайся, - ничуть не смягчившись сказала Эл. - Так ты нанесешь наименьший исторический вред. То, что ты видишь или слышишь больше других, не дает тебе права вмешиваться в ход событий. Я тебя предупреждала и запрещала это делать много раз. Дело тут не в том, что ты права. Я вижу, что права. Но влиять на других тебе запрещено. Будешь возмущаться, заставлю камни таскать до конца операции. Замечу, что вредничаешь или срываешься на домашних, отправлю к чертям на борт Геликса. Здесь не игры в превосходство. Ты выставила Эфроима мужчиной, неспособным вести дела согласно и вежливо. Ты оскорбила его прилюдно. Здесь не будущее, я считаю лишним и глупым напоминать об этом. Да, Эфроим - мягкий человек. Он такой. Не твое дело это исправлять, моя дорогая.

- Я найду ему другого заказчика.

- Только посмей. Думай, что делаешь.

Ника гневно сопела. Эл удачно выбрала позицию для разговора, рядом не было домашних Эфроима, сам Эфроим был рад, что разговор оказался коротким. Геликс ушел в режим молчания. Не было никого, кто стал бы союзником или помешал Эл. Ника выпалила последний аргумент:

- Алик с тобой не согласится. Я нужна.

Эл подняла брови посмотрела вопросительно, но ничего не сказала. Потом Эл сделала то, чего не делала никогда. Она хмыкнула, презрительно повернулась к Нике спиной, и направилась в сторону ворот.

- А ты, оказывается, еще дура маленькая. Я думал, что ты взрослее, - вдруг сказал Дмитрий и пошел следом за Эл.

Ника вероятно удержалась бы на волне гнева, который сейчас перевешивал остальные чувства, но тут не вовремя во дворике возник встревоженный Эфроим. Его обеспокоенный взгляд полный участия вызвал в груди волну боли и, не вытерпев, Ника зарыдала.

- Я хотела помочь, - срывающимся голоском выговорила она.