Спасенная - Анна-Эн

— Хорошо в следующий раз я позволю тебе упасть, сказал я со злостью. Вот блин принцесса не трогайте её руками, и с чего она взяла, что руки у меня грязные?

Ксения чувствовала, что начинает терять контроль, и задыхаться от злости, было непонятно на кого она больше злится на Романа или на себя за такую реакцию своего тела всего лишь на одно его прикосновение. Тело дрожит, сердце учащённо стучит и так хотелось продлить этот миг как можно дольше хорошо, что ясный разум не дал свершиться такому ужасному позору. Закусив губу, Ксения отвернулась и сосредоточила, всё своё внимание на садовом домике, потом глубоко вздохнула и повернувшись сказала, — Вот это садовый домик.

— Правда, а я думал избушка бабы-яги.

Ксения решила не реагировать на его слова и просто продолжила.

— Я хочу, чтобы вы навели порядок разложили все запчасти по местам, а потом вон видите, там в углу стоит две банки краски нужно покрасить стены снаружи домика и всё это нужно сделать сегодня.

— По-моему, всё очень легко сказал Роман, но в душе, засомневался в собственных силах. Ведь на полу просто посередине домика. Была навалена просто куча разного мусора, где там был строительный материал, оставалось для него загадкой.

— Для такого умельца, как вы, — съязвила Ксения. Дальше она просто повернулась и ушла прочь.

Оставшись один, Роман решил немного вздремнуть, уж больно рано пришлось ему сегодня встать. Думаю, никто не будет против, если я немного отдохну. А после этого можно будет и поработать.

— Хорошо вам спалось, Роман, — резкий голос пробился сквозь дремоту. Роман вздрогнул, чёрт ну, как так можно подкрадываться к людям она словно бесшумный дьявол ну или я так крепко заснул, подумал Роман.

Ксения смотрела на него, как на насекомое, которое залетело к ней в дом, но Романа это не удивляло, навряд ли она умеет смотреть по-другому.

Осмотрев «проделанную» Романом работу, Ксения пришла к выводу, что в её отсутствие он только и делал. Что спал, поэтому она повернулась к Роману и сказала.

— Вы скоро уйдёте?

Роман вдруг понял, что эта старая дева сделала всё нарочно, она поняла, что он не умеет выполнять такого рода работу и специально дала её.

Вот коза, думал со злостью Роман. Но несмотря на чувство злости он не мог не чувствовать к ней чувство уважения. Она так всё хорошо продумала и, встретив врага в лице Романа, не сдалась, а придумала целый план по его изгнанию. Но единственное в чём она просчиталась это в том, что у Романа скверный характер и чем больше его прогоняют тем больше ему хочется остаться.

— Да я уйду, она может в этом не сомневаться, но не раньше, чем решу это сам, подумал я, но ей ответил, — Нет, а куда мне идти?

— Куда угодно, разве в мире мало мест.

Роман непринуждённо поднялся и приблизился к ней. Ксения не шевельнулась, но не сделала ни шагу назад. Роман почувствовал в ней страх, и это придало ему смелости.

— А если мне здесь понравится? — спроси Роман.

— Я, я, я, вам заплачу, вы говорили, что остались без работы, а значит, вам нужны деньги. Мой отец вам платит очень мало. А у меня есть кое-какие сбережения.

Роман перевернул кепку козырьком назад, оглядел её с ног до головы, потом посмотрел ниже на грудь, — интересно какую фигуру скрывает это уродское бабушкин платье? Еле сдерживая улыбку, он спросил. — И сколько вы готовы предложить, за моё исчезновение?

— У меня есть 25 000.

— Ммм, неплохо, — сказал Роман, а сам подумал, — я за один поход в ресторан трачу намного больше. А тут девушка предлагает явно всё, что у неё есть, неужели я, ей настолько противен.

Ксения увидела, как он колеблется и решила, так сказать, дожать врага.

— Я знала, что вас заинтересует моё предложения, ну что по рукам.

— Она, что серьёзно в душе рассмеялся я. Нет, я, конечно, скотина редкостная, но чтобы брать у людей деньги за свой уход это слишком даже для меня. Да к тому же мне становится здесь довольно весело, поэтому я ответил.

— Нет, мне неинтересно ваше предложение я привык честно зарабатывать деньги, а не обирать бедных, одиноких, испуганных девушек. Услышав такие слова в свой адрес, лицо Ксении вспыхнуло ярким румянцем, а когда-то она вызывала немного другие чувства в мужчине, а не жалость, комок подкатил к горлу девушки, Ксения собрала всё свою волю и произнесла онемевшими губами, — А вы, оказывается, честный, как не вовремя у вас проснулась совесть.

Да, что она может знать о моей совести, подумал я, неужели так, очевидно, что я скотина и сволочь — это, конечно, да, но никак не вор и проходимец. Слава Богу, такими изъянами не обладал. Я всегда честно зарабатывал себе на жизнь. И с детства добывал деньги честным трудом.

— Значит, мне не повезло, — подытожила Ксения, — Ужин через час не опаздывайте, — сказав это, она удалилась. Оставив меня наедине со своими мыслями, дабы не прослыть лодырем и дармоедом, я принялся за работу поставив себе целью сделать хотя бы половину работы, которую мне поручила Ксения.

Ксения стояла и смотрела, на варившийся в кастрюле голубцы ей так хотелось кричать и плакать, но Ксения ни на секунду не забывала, что в доме нельзя кричать, Поэтому пришлось до боли стиснуть зубы и продолжать готовить ужин. Ежедневное рутинное занятие, которое обычно успокаивало, но сейчас Ксения знала, что где поблизости находится Роман, сама эта мысль жутко напрягала и лишала спокойствия. Тут на кухню зашёл отец, тяжело шаркая своими домашними галошами,

— Что-то сегодня прохладно, наверное, ранняя будет зима. — Сказал Отец.

— Пап, ты чего жара такая стоит, ты сегодня вообще выходил на улицу. Там намного теплее, чем в доме. Сколько раз я предлагала тебе открыть все окна, но ты же против того, чтобы в доме светило солнце.

— Да, я против и ты прекрасно знаешь, почему мы не открываем окна.

— Всё давай закроем эту тему, — продолжила Ксения.

Ксения взяла кастрюлю с голубицами и начала раскладывать по тарелкам, а чтобы, как вчера с яичницей не допустить оплошности и избежать новых неудобных вопросов положила один голубец в отдельную тарелку и убрала подальше от непрошеных глаз.

— Ксения ты не позовёшь Романа на ужин, что-то он задерживается.

Может Роман, считает, что сегодня не заработал ужин, ведь он весь день проспал. А у него, как оказалось, есть совесть, поэтому мы не