Между строк - Ирина Васильчикова

Вот и сейчас я думала о том, как пропихнуть материал о грядущем спектакле Анатолия Одинцова, знакомого режиссера. Естественно, он «положил глаз» на «Московский еженедельник». Губа не дура! На все мои попытки выудить хоть какую-нибудь стоящую информацию он бодро провозгласил: «Ну что ты в самом деле! Пиши, что угодно, я тебе подтвержу любой бред!» Легко сказать: «Пиши». Знать бы еще о чем. На этот раз фантазия мне отказывала. Но после пятнадцатиминутной беседы и трех чашек кофе пальцы застучали по клавиатуре, а мысли, еле успевая за ними, толпились в черепной коробке и спешили обозначиться на мониторе, а затем вылиться на бумагу. Пришлось зацепиться за то, что ведущий артист перешел в другой театр, но, несмотря на перемены, будет как приглашенный играть в спектаклях Одинцова, и в премьерном — в частности. Я попыталась договориться с «Еженедельником». Фортуна в тот день была на моей стороне. У них на полосе образовалась дырка, которую они не знали, чем заткнуть. Я рассказала о премьере. Шеф-редактор дал добро. Как ни странно, никто ничего не заподозрил, и я, отправив новость по «мылу», с чистой совестью выключила компьютер и поехала домой.

Едва я вошла в квартиру, зазвонил телефон.

— Здравствуйте, девушка. — Звонила Рита. Неужели я ей не надоела за последние три дня? — Слушай, привези мне завтра интервью. Помнишь, мы с тобой на той неделе обговаривали?

— Давай послезавтра.

— Хорошо, но обязательно привези. Кстати, что ты не заехала сегодня к нам в редакцию?

— А чего я там забыла?

— Наглая! Как тараканка. У Пантыкина сегодня день рождения был.

— Вот радость — видеть его рожу! И потом, до вас пока доедешь — состаришься.

— Да, но такой спектакль был! Кстати, Юлька заезжала. Тебе привет.

— Спасибо. Как она?

— Хорошо. Все такая же жизнерадостная.

— Пантыкин ее, наверное, опять достал?

— Она его.

— То есть?

— Она решила отыграться за все. Подходит к нему — с днем рождения и всякое такое. Потом кладет коробочку на стол. Можно подумать, что там — золотой «Паркер» как минимум. Он открывает этот футлярчик. Не спеша, словно чуя подвох. А там… две пластинки с таблетками валерьянки.

— Супер! Ну, Юлька! Молодец, за всех отыгралась.

— Это еще не все. Потом прибежал Кешка. Ты же знаешь, у него язык всегда мысли опережает. Он эти таблетки увидел и спрашивает: «Что, Ген, «Виагру» подарили?» У Пантыкина шок непроходящий.

— Да, так опустить. Что же завтра будет?

— Посмотрим. Ну, не забудь про интервью.

— Хорошо.

— Да, хотела спросить. Ты в «Голдене» была?

— Да. Но тебя я там не видела.

— Я не поехала. Все нормально было?

— А как важнейшее из искусств?

— Фуршет был. Конечно, я у стола массу знакомых встретила. Как всегда. Виноград был. Я порадовалась.

— И о чем вы говорили?

— С кем?

— С виноградом.

— Не поняла?

— Ты же не любишь эти однотипные молодежные группы, «тинейджеры, сбоку пейджеры», как ты их называешь.

— Виноград — это ягоды такие. А еще из него вино делают. Я с ним пока еще не разговариваю. Я его просто ем.

— А я думала, что это название какой-нибудь новой группы.

— С тобой не соскучишься.

— Ну, ты тоже иногда выдаешь — будь уверен.

— Обменялись любезностями!

— Ладно, созвонимся. Счастливо!

— Пока!

Я сидела у секретера, пытаясь разобрать записи в «склерознике» и хоть что-то в них понять. День был перенасыщен событиями и информацией. Я никак не могла решить для себя, чего больше хочу: спать или есть? Непонятно. Съев йогурт и яблоко, уточнив все мыслимые и немыслимые вопросы, договорившись о встречах, решила, что, наверное, уже пора спать. Часы показывали начало третьего. Тут раздался звонок, конечно, опять по работе.

— Привет!

Это был один знакомый актер, с которым мы договаривались написать о его телепремьере.

— Привет…

— Ну, до тебя не дозвониться. Я пытался пробиться в течение часа. Не судьба. Так что извини, что поздно.

— Ничего.

— Ты еще не спишь?

— Собираюсь.

— Я получил твое сообщение. Я, конечно, понимаю, что краткость — сестра таланта, но не до такой же степени.

— А что такое?

— Была только подпись. Я сначала думал, что само сообщение не дошло, но пришел повтор.

— Странно. Кстати, а как ты понял, что это именно я?

— Кто мне еще такое в час ночи пришлет! Ты спрашивала про фильм. Так вот…

— Слушай, солнце, у меня есть к тебе несколько вопросов по этому фильму. Тезисы, так сказать. Но где это «похоронено», я уже не вспомню. Давай мы завтра с тобой пересечемся, и ты мне все расскажешь.

— О’кей. Завтра в два. В театре.

— Не вопрос.

— Спокойной ночи!

— Спокойной ночи.

Я проснулась с ощущением того, что вот-вот заверещит будильник. Было утро, начало шестого.

Та-ак. Допрыгалась. Покрутившись, я попыталась заснуть. Получилось. Проснулась в 8.30, незадолго до звонка будильника. Пора собираться. И опять в бега. Да, один выходной в месяц — это сильно. Организм отвык спать. С этим надо что-то делать. Но что? Когда же наконец времени хватит на все?

Лето ворвалось в город, залив улицы солнечным светом. Очухавшаяся растительность начала цвести и пахнуть, отчего у определенной части горожан возникли сезонные проблемы со здоровьем — аллергия. Сколько себя помню, подобных казусов со мной не случалось. Но на этот раз организм, видимо, устал и взбунтовался. Постоянно чесался нос и одолевал чих. Сонливость сменялась раздражительностью. Причем предсказать смену этих состояний было невозможно. Оптимизм вселяла перспектива выходных. К счастью, не такая уж далекая. Приближался День независимости России, в связи с чем намечалось три выходных дня. Большинство, правда, не заморачивалось от кого именно независимость, и сейчас это тоже было не так уж важно.

— Привет! Все в трудах, аки пчела?

Хоть как-то прийти в себя помогла давняя подруга Юлька. Ее звонок оказался как нельзя кстати.

— Привет! Как вы живы-здоровы?

— Нормально. Слушай, у меня к тебе предложение. Мы тут со Славкой на праздники в Питер собрались к Алене. Остановимся у нее. Так вот я подумала: а не составишь ли ты нам компанию?

Я познакомила Юльку с Аленой, когда та приезжала в Москву по делам. Девчонки быстро нашли общий язык, обменялись координатами и даже иногда писали друг другу электронные послания.

— Юль, я, конечно, «за», но такие вещи в момент не решаются. Кто знает, что будет на той неделе?

— Поехали! Развеешься, отдохнешь. А то ты уже как кавказская овчарка на всех кидаешься.