Любовь по его правилам - Рина Ушакова

— Какой список? — спросила она с плохо скрываемым раздражением.

— Тех, кто сдал, — пояснил староста. — Как я, по-твоему, должен это узнавать?

— Так все сдали.

— Как все?

Он ошарашено смотрел на Даниэлу, а та не понимала, что его так удивило. Поначалу ему показалось, что она его разыгрывает, но после пересчёта суммы сомнений не осталось: Даниэла действительно собрала деньги со всех.

— Денисова, ты как вообще это сделала? — не успокаивался староста. — Ты им угрожала? Или это какой-то розыгрыш?

— Просто у меня способностей к этому больше, чем у тебя, — позлорадствовала Даниэла. — Ладно, что там ещё для меня есть?

Староста пожал плечами.

— Пока ничего, — ответил он.

Услышав это, Даниэла метнула на него гневный взгляд.

— Как это ничего? — возмущённо спросила она.

— Вот так, — коротко объяснил староста. — Говорю же, что нет, и не смотри на меня так.

Такой ответ в планы Даниэлы не входил. Она рассчитывала, что дел у неё хватит до самых новогодних каникул, а теперь выходило, что ей удалось со всем разобраться за один день. Это было серьезной проблемой, потому что в стенах школы она была беззащитна перед неутомимым желанием Максима втянуть её в разговор и заодно прихватить с собой Феликса.

— А кто там ныл, что у него куча работы? — сорвалась Даниэла. — Так и знала, что нельзя тебе верить!

— Работы у меня действительно много, но ничего из этого доверить тебе нельзя. И вообще, ты можешь осчастливливать кого-то другого своими добрыми делами, а от меня отцепиться?

Постепенно староста терял самообладание и переходил на повышенный тон. Даниэла от этого только больше раздражалась, и остановить её не могло уже ничто.

— Так я тебе и поверила, — заявила она. — Рассказывай это всё кому-нибудь другому.

— Денисова, я не понимаю, что тебе не нравится?

— А что мне должно нравиться? Ты зачем нам вообще нужен? Пользы от тебя никакой, а ведёшь ты себя так, будто государственные дела решаешь! Тоже мне, лидер класса! Да кто тебя вообще выбрал?

— Весь класс единогласно, и ты в том числе, — напомнил староста.

Спорить тут было не с чем: Даниэла действительно выше всех тянула руку во время голосования в сентябре. Ей хотелось побыстрее сбежать с классного часа домой, а теперь этот неприглядный факт всплыл в самый неподходящий момент.

— Тогда я тебя ещё плохо знала, поэтому думала, что ты нормальный! — выпалила она.

Вообще, в планы Даниэлы не входило разругаться со старостой, по крайней мере в этот день, но получалось всё как-то само собой. Чем яснее она осознавала, в какую ситуацию вляпалась, тем сильнее раздражалась, и сорваться ей было проще на том, кого не жалко. Староста в свою очередь сдерживался из последних сил, чтобы не огреть чем-нибудь Даниэлу.

— Знаешь что, Денисова, — грозно сказал он, поднявшись со стула, — если ты так уверена, что лучше меня разбираешься в том, что я должен делать, тогда становись сама старостой.

— Ещё чего, заняться мне больше нечем!

— А мне наплевать! Завтра же поставлю этот вопрос на голосование, и посмотрим потом, как ты будешь сидеть и ничего не делать!

— Испугал! — воскликнула Даниэла и тоже вскочила с места. — Да кто за меня проголосует?

— Если я скажу, проголосуют все, — уверенно заявил староста и начал складывать в карман рюкзака собранные деньги.

— Только попробуй, — пригрозила Даниэла.

— Или что?

— Или я твою жизнь в ад превращу!

— Ой, как страшно, — сказал староста, уже направляясь к выходу. — Денисова, ты меня ещё умолять будешь, чтобы я вернулся обратно.

— Не дождёшься! — крикнула ему в ответ Даниэла, но он лишь махнул рукой и молча ушёл.

К следующему дню ссора со старостой отошла на второй план, потому что оказалось, что теперь передвигаться по школе как и раньше было невозможно. Даниэла боялась случайно наткнуться на Максима с Феликсом и вынуждена была перемещаться между кабинетами короткими перебежками.

— Да что происходит? — не выдержала Вероника, которой приходилось красться по коридорам вместе с подругой.

К своеобразности характера Даниэлы она уже привыкла, но даже у её терпения был предел.

— Ничего, просто прячусь от Нины Алексеевны, я сегодня опять опоздала и не остановилась, когда она попыталась меня поймать, — соврала Даниэла, выглядывая из-за угла. — Не хочу попадаться ей на глаза.

Путь был свободен, поэтому она схватила Веронику под руку и побежала на урок. Удача в этот раз была на её стороне, и ей удалось добраться до места без всяких приключений, однако легче от этого не стало. Пока Даниэла доставала из сумки тетрадь и учебник, краем уха она уловила разговор двух одноклассниц, сидевших за ней.

— Мне много кто этот фильм советовал посмотреть, кстати. А про что там? — спросила одна из них.

— В общем, там главная героиня приезжает к своей подруге, с которой они не виделись сто лет, та знакомит её со своим женихом, и она понимает, что влюбилась в него…

Услышав это, Даниэла вскочила так резко, что стул с силой ударился об заднюю парту и прервал обсуждение фильма. Девушки с удивлением на неё посмотрели, но она ничего не объяснила и пошла в другой конец класса, где вокруг парты Олега Степанчика собрался народ. К этому занятию всем нужно было прочитать «Обломова», что многие, конечно, не сделали, и теперь одноклассник просвещал всех желающих.

— Короче, — рассказывал он, вальяжно развалившись на парте, — пока пацанчик тупил, лёжа на диване, его подружка замутила с его лучшим другом, и вместе они…

«Да вы тут издеваетесь все?» — с раздражением подумала Даниэла и отскочила в сторону.

У неё постепенно начинала развиваться паранойя: ей казалось, что все уже узнали её тайну и теперь специально сговорились, чтобы посмеяться над ней. Даниэла даже чуть было не убежала из кабинета, но звонок на урок вовремя остановил её, поэтому она села на своё место и погрузилась в размышления, из которых не выходила до тех пор, пока в конце занятия к доске не вышел староста.

— Внимание всем, — сказал он своим натренированным командирским голосом. — С этого дня меня на должности старосты заменит Денисова, но по правилам я не могу самостоятельно передать ей свои обязанности, это должен решить класс на общем голосовании.

— Давай ближе к делу, — крикнул один из парней, когда прозвучал звонок.

— В общем, все поднимают руки, голосуют за, и я вас отпускаю, — проинструктировал одноклассников староста, и все, кроме Вероники, выполнили его приказ.

Даниэла готова была убить его, но всё-таки предпочла бы сделать это без свидетелей, поэтому сдерживалась.

— Решено большинством, все свободны, — подвёл итог староста