Любовь по его правилам - Рина Ушакова

а она рядом с ним не ощущала никакого восторга или трепета. По крайней мере, такого, как при одной мысли о Феликсе.

Если бы это произошло с кем-то другим, Даниэла лишь покрутила бы пальцем у виска, потому что трудно было представить, как можно оказаться в подобной ситуации. Встречаться с парнем только потому, что так сложились обстоятельства — явно не свидетельство большого ума.

На самом же деле всё получилось как-то незаметно и словно само по себе. Сначала они с Максимом просто изображали роман, а потом он плавно перетёк в реальную жизнь, хотя Даниэла и не была уверена, что хочет этого. Впрочем, прислушаться к внутреннему голосу у неё не получалось, потому что все вокруг твердили о том, что Максим в неё влюблён, в том числе и Вероника. В результате Даниэла сдалась и позволила судьбе и другим людям решать всё за неё.

До сих пор это не было глобальной проблемой, потому что эти отношения никаких поводов для беспокойства не давали. Но затем Феликс, как обычно, вмешался и спутал все планы, а разбираться с этим теперь приходилось Даниэле.

— Значит надо как-то с ним расстаться, — ответила она и с силой вцепилась в плечо подруге. — Вот как это сделать?!

— Просто поговорить с ним.

— И что я ему скажу? — ужаснулась Даниэла.

— А мне откуда это знать? Скажи, что за год много чего поменялось, тебе жаль и всё в таком духе, — сказала Вероника так, словно сама не верила в то, что говорила.

— Нет, я не могу, — ответила Даниэла, резко остановившись. — У меня не получится, он же обязательно спросит почему, и что я тогда скажу?

— Что за год много всего поменялось, тебе жаль и всё такое, — повторила Вероника.

— А, может, ты ему это передашь?

— Ты издеваешься? Я не собираюсь расставаться с твоим парнем вместо тебя.

Даниэла и сама понимала, что это нелепая затея, но паника настолько опутала её сознание, что она готова была на всё, лишь бы как-то безболезненно для себя решить эту проблему.

— Как думаешь, я ему нравлюсь? — спросила она у Вероники ни с того ни с сего.

— Не знаю, по-моему, он на тебя даже не смотрит, — ответила та.

— А вдруг он просто хорошо это скрывает?

— Настолько хорошо, что сам об этом не догадывается?

Не то чтобы Даниэла сама была убеждена в том, что Феликс от неё без ума, однако от подруги она ожидала чуть больше сочувствия. Вероника же просто взяла и с корнем выдрала все робкие ростки надежды из её души и затоптала их ногами.

— Вот не ожидала от тебя, — резко ответила Даниэла.

— А что не так?

— Я надеялась, что ты меня хотя бы поддержишь, а тебе, похоже, вообще наплевать.

— Не буду же я врать только для того, чтобы тебя не расстраивать, — сказала Вероника.

— Я не просила врать, я просто хотела, чтобы мне помогла разобраться со всем этим, — повысила голос Даниэла.

— Я тебе своё мнение уже сказала. Если хочешь и дальше бегать от Максима под непонятными предлогами и верить в несуществующую любовь, пожалуйста.

— Спасибо, без тебя разберусь, — раздражённо ответила Даниэла и, резко развернувшись, ушла прочь.

* * *

Утро пятницы оказалось таким же хмурым и безрадостным, как и вся жизнь Даниэлы, по крайней мере, так она думала, пока брела до школы по дорогам, покрытым слоем грязного раскисшего снега. Даже не верилось, что до Нового года оставался всего месяц, потому что праздничная атмосфера совсем не ощущалась.

Возможно, всё дело было в погоде, а может, виной всему было настроение Даниэлы. Прошлый декабрь выдался не менее напряженным, однако её жизнь в то время казалась ей значительно проще, потому что никаких неразрешимых проблем в ней не было.

Невольно Даниэле вспоминались репетиции новогодних спектаклей вместе с Ланой и неуправляемым Петровым, подготовка к конкурсу «Мисс школа», и то самое свидание с Максимом, на которое она пошла, только чтобы убедить Веронику поучаствовать в соревновании модельеров. Наверное, не стоило этого делать, но Лана с Вероникой так настойчиво внушали ей, что они с Максимом идеальная пара, что в какой-то момент Даниэла просто сдалась под их напором.

«Интересно, как всё сложилось, если бы я не повелась на их уговоры?» — думала она, пока поднималась к кабинету.

На первый взгляд могло показаться, что ничего не изменилось бы, и их с Феликсом отношения не зашли бы дальше привычных перепалок, но был один момент год назад… Даниэла никому не рассказывала о нём, и сама словно забыла, но он снова и снова всплывал в её памяти с тех самых пор, как с ней случилась эта нелепая влюблённость.

Тогда Феликс пришёл к её дому, чтобы убедить помириться с Максимом, и то ли в шутку, то ли всерьёз предложил стать её парнем, из-за чего Даниэла почувствовала странное смущение. Всего несколько слов, которые она восприняла как розыгрыш, а теперь ломала голову над тем, не было ли это правдой. Что, если бы она повела себя тогда по-другому? Решилось бы всё сразу или всё равно привело бы к тому, к чему привело? Гадать можно было долго, но едва ли это имело теперь хоть какое-то значение.

— Так, Денисова, — сказал староста, когда Даниэла подошла к своему месту, и, схватив со стола линейку, приставил к её ноге. — Твоя юбка на семь сантиметров короче, чем допускается уставом школы.

— Тебе какое дело? Раз ты самоустранился от своих обязанностей, сиди и помалкивай.

— И что? Я человек с активной гражданской позицией, имею право.

Платье Даниэлы действительно было немного коротковатым, но виновата в этом она была лишь отчасти. Накануне вечером Даниэла внезапно обеспокоилась своим внешним видом и пришла к выводу, что её обычный стиль совсем не прибавляет ей привлекательности, потому что носила она в основном всё самое бесформенное и серое.

В результате ведь гардероб был тут же пересмотрен, неугодная одежда отправлена в ссылку на дальние полки, а среди того, что осталось, выбор был невелик. Даниэла раскопала пару простых, но милых платьев, которые сделала сама, когда училась шить, а так как денег на ткань было немного, они вышли настолько короткими, насколько это было возможно. В других условиях, наверное, Даниэла их и не носила бы, но она уже загорелась идеей сменить образ, поэтому отправилась в школу в самодельном черном сарафане на тонких бретелях с завязками, надетом поверх белой водолазки. Конечно, она ожидала проблем с завучем или учителями из-за этого, а вот вмешательство старосты её только разозлило.

— В