Долг воина - Джульет Маккенна

— Ну и что, по-твоему, хотят те двое? — Не обращая внимания на еду, Авила присоединилась к Темару и стала глядеть в окно на дорожки и лужайки усыпальницы. — Меня уже тошнит от этих магов, они обращаются с нами, как с какими-то диковинными уродцами.

Из соседнего дома для гостей вышли две женщины, и, глядя на них, эсквайр ощутил ту же самую усталую досаду, которая переполняла барышню Авилу.

— Вероятно, спешат удовлетворить обычное любопытство насчет Кель Ар'Айена и его судьбы.

— Эти так называемые ученые не понимают, что нам нужно строить новую жизнь, нужно начинать все с нуля, как тогда, когда мы впервые высадились там, — ядовито заметила Авила.

— Большинство нам помогают, — запротестовал Темар, принуждая себя быть справедливым. — Без магов Хадрумала мы бы все еще томились в заколдованной темноте.

— И мы должны вечно выплачивать этот долг? — фыркнула Авила.

Эсквайр не знал, что на это ответить, но она отвернулась и налила в свой кубок густо-красного вина из хрустального кувшина.

— Пожалуйста, передай слугам мои извинения, но все это слишком жирно для моего желудка. — Авила взяла кусок пышного белого хлеба из ажурной серебряной корзинки. — До завтра.

Д'Алсеннен смотрел ей вслед с облегчением и тревогой. Не то чтобы он любил Авилу, все еще убежденный, что она как-то приложила руку к отказу Гуиналь принять его любовь, но язвительная барышня была единственным человеком, которого он знал на этой стороне океана.

Темар поднял крышку на одном из серебряных блюд, но от пряного запаха баранины его замутило. Юноша налил себе вина. Нет, Авила не единственный человек, которого он здесь знает. Есть еще Райшед. Окажется ли этот присягнувший настоящим другом, каким он казался в прошлом году? Темар глотнул превосходного вина, пытаясь отделаться от воспоминаний о его самоуверенной похвальбе перед Гуиналь. Его долг — служить Кель Ар'Айену, представляя нужды колонистов знати, собирающейся на Солнцестояние в Тормейле, и Темар не уступит этот долг никому — так заявил он ей перед отплытием. Теперь эсквайр спрашивал себя, что же он здесь найдет, если даже этот один городок так ужасно изменился.

Он нуждается в помощи Райшеда, это несомненно. Поставив кубок, Темар открыл дверь кабинета, но в этот самый момент лакей в холле впустил двух женщин-магов, и юноша попятился, осторожно прикрывая дверь.

— Ты должна быть благодарна Казуелу. Он распознал твой магический дар и привез тебя в Хадрумал. Но это не дает ему права обращаться с тобой как со своей личной служанкой. — Сейчас Велиндра ничуть не уступала Авиле в ее изощренной язвительности.

Темар слегка улыбнулся, наблюдая в щелку, как лакей провожает женщин в столовую.

— Госпожа Велиндра Ичейн и госпожа Аллин Мере.

Этот титул казался совершенно уместным, когда высокая магиня грациозно прошествовала в салон. Но Аллин, идущая следом за ней, явно испытывала неуверенность. Темар грустно посочувствовал девушке.

— Добрый вечер.

Услышав вежливое приветствие Райшеда, эсквайр досадливо щелкнул языком. Теперь не будет возможности поговорить с воином с глазу на глаз. Пока юноша думал, что делать, другой маг, Казуел Как-Его-Там, торопливо спустился с лестницы. С плохо скрываемым любопытством он поспешил в столовую, разглаживая на ходу широкую бархатную мантию сочного желтовато-коричневого цвета. Этот дурак запарится в ней, невольно подумал Д'Алсеннен. Нет, Гуиналь всегда упрекала его за такие скоропалительные суждения. Юноша потер рукой длинный подбородок. Чтобы заставить Гуиналь изменить свое мнение о нем, Темар должен преуспеть в этой поездке. Незнакомые маги, поглощенные собственными делами, могут подложить ему большую свинью. Эсквайр тихо прошел по коридору и, остановившись у двери в столовую, прислушался.

— Колонисты к нам не присоединятся?

Это была Велиндра. Глупый вопрос, подумал юноша. Зачем спрашивать, когда и так видно, что их нет?

— Не сегодня. — Райшед был, как всегда, вежлив. — Итак, каков твой интерес к Келларину?

Вежлив, но прям, если нужно. Д'Алсеннен ухмыльнулся.

— Попутный, — охотно сообщила магиня. — Я интересуюсь лишь постольку, поскольку это связано с эльетиммской угрозой.

У Темара по коже побежали мурашки, словно из-за двери вдруг потянуло леденящим холодом.

— У нас нет оснований предполагать, что они отказались от своей цели захватить территорию за пределами их островов, — непринужденно продолжала Велиндра.

— И ты не сочла нужным получить разрешение или указания у Верховного мага, прежде чем вмешиваться в дела, которые касаются самого императора? — желчно поинтересовался Казуел.

— Кроме нескольких общих вопросов — нет, — холодно отозвалась Велиндра.

Казуел откашлялся.

— В прошлом году, когда эльетиммы пытались захватить Кел-ларин, они получили всесторонний отпор. А их козни в Тормалине в предыдущие годы были частью поисков этой пропавшей колонии. Теперь они знают, что их превосходят в силе, и оставят свою затею.

Темар зажмурился от яркого воспоминания: злобные эльетиммы, вдребезги разбивая мечту колонистов о новой жизни за океаном, уничтожают их друзей и наставников, вынуждая тех, кто спасся, но оказался в ловушке, довериться безумному заклинанию — их последней надежде. Картины кровавой бойни мелькали перед мысленным взором юноши, и крики зарезанных неотступно звучали в его ушах.

— Мы выстояли в бою за Келларин только потому, что мы с Темаром смогли убить их колдуна, — возразил Райшед, и эсквайр открыл глаза. — К счастью, эльетиммекие солдаты, как рабы, сражаются только по воле колдовства или из страха перед наказанием. И когда их главари погибают, остальные сдаются. Но пока их колдуны живы, эльетиммы — смертельные враги.

— Ты впервые столкнулся с ними из-за их преступлений в Тормалине?

Очевидно, Велиндра хотела, чтобы Райшед подтвердил то, что она уже знает. Все маги таковы, подумал Темар, никогда не принимают ничего на веру.

— Они напали на племянника мессира Д'Олбриота, ограбили его и оставили умирать. Я преследовал тех злодеев, когда встретил Дарни, агента Верховного мага, и узнал об интересе Планира к этому делу.

Голос Райшеда звучал бесстрастно, но Темар знал правду об отчаянных сражениях воина за жизнь и свободу, об истории его мести за своего господина. Юноша мрачно спросил себя, научится ли он когда-нибудь выдержке Райшеда.

— Именно тогда впервые удалось проследить этих людей до их островов в далеком океане. — Казуел поспешил заполнить тишину, воцарившуюся после слов избранного. — И мы впервые узнали об их странной магии.