До мурашек... (СИ) - Золотова Яна

Женщина изумленно вскинула на начальника голову.

— Вы нам не доверяете? — удивленно поинтересовался Илья.

— Для этого нет никаких причин, — уверенно опроверг его предположение Артем Николаевич. — Но, так как мы собираемся сотрудничать с вами продолжительное время, будет полезно узнать все тонкости процесса, все возникающие нюансы. Ни на словах, ни в отчетах этого не передать, единственный верный способ — наблюдать все воочию. Как Оксана Игоревна верно заметила, я могу ей полностью довериться, даже в таком непростом вопросе. Она пробудет у вас весь указанный в договоре период, поэтому, пожалуйста, обходитесь с ней хорошо и обеспечьте всеми необходимым.

— Но наши цеха находятся за городом, — заметил Илья Матвеевич, впервые теряя свою улыбку, — мы, конечно, организовали автобус для рабочих, но его расписание четко привязано к сменам…

— Вот и отлично, Оксана Игоревна обеспечена транспортом! — Артем Николаевич довольно хлопнул в ладоши, давая понять, что разговор окончен. И, уже не скрываясь, широко улыбнулся опешившей женщине. — Удачи вам, Оксана Игоревна! Берегите себя и не забывайте надевать каску! Я жду от вас подробного еженедельного отчета на рабочую почту.

Еще раз вежливо кивнув, он заплатил за обед и первым вышел из ресторана, оставив Оксану и Илью, скрывая неловкость, растерянно улыбаться друг другу.

10. Любовь

Первое, что увидел Артем Николаевич, когда шагнул на улицу, оказался мило беседующий с молодой девушкой водитель. Заметив начальника, тот смутился и тут же нырнул на свое место, а вот незнакомка — с роскошными длинными волосами, струящимися, словно темный шёлк — уверенной походкой направилась к появившемуся из ресторана мужчине. Сняла широкие солнечные очки — и внутри Артема что-то неприятно дрогнуло. Да что за день такой, она-то как здесь оказалась!

— Привет, Тёма, хорошо выглядишь, — чуть склонив голову на бок и окинув его оценивающим взглядом, ухмыльнулась девушка.

— Только не рассказывай, что ты здесь случайно очутилась, — скептически скривил рот мужчина. Хуже встречи и придумать нельзя.

— А я не могу прогуляться по городу? Зайти в ресторан? — последовал вопрос самым невинным тоном.

— Что тебе надо? — хмуро буркнул Артем. И тут же сам себя перебил: — Впрочем, это не имеет значения, я ухожу.

Он обогнул стоявшую на пути девушку, направился к машине, но брошенная в спину фраза заставила застыть на месте:

— Не выслушаешь ты, с радостью выслушают другие. Ты знаешь, я умею убеждать.

«Знаю», — мысленно процедил сквозь зубы Артем.

— Вот и отлично, — радостно встрепенулась говорившая, заметив, что слова возымели действие, — угостишь меня кофе?

— Не здесь, — зло бросил мужчина и кивнул на небольшое кафе через дорогу. — Идем.

Как не старался Артем держать себя в руках, широкий шаг выдавал его нервозность. А девушка, как ни в чем не бывало, семенила за ним на высоких каблуках.

Спустя пять минут она уже вертела в руках трубочку от молочного коктейля, свободным кончиком снимая маленькие кусочки пышной пены из взбитых сливок и отправляя их в рот. Кофе она никогда не пила, впрочем, и коктейли тоже. Артем еще помнил. Он много что помнил, хотя предпочел задвинуть все связанное с ней в дальний угол памяти, присыпать землей и водрузить сверху тяжелую бетонную плиту. Но сегодня этот вампир с ненавистным именем Любовь все же выбрался из могилы — и тут же протянул свои лапы за новой порцией его крови.

Больше всего Артему хотелось сейчас встать и уйти. Люба не произносила ни слова, только исподлобья кидала на него короткие взгляды да прятала улыбку — а он и не собирался начинать разговор. Все равно ничего хорошего не услышит. Даже не интересно, кто из офиса его сдал. Но Люба не пугала и не врала, когда обещала огласку. Вот только чего?

— У меня для тебя отличная новость, — убийственно улыбнувшись, наконец произнесла девушка, окончательно испортив белую шапочку на коктейле и отодвинув его в сторону. — Ты стал папой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Артем сжал зубы. Его реакции Люба не дождется, потому что он не верит ни единому ее слову.

— Мы разошлись больше двух лет назад, — сдержанно напомнил он. — И ты в тот момент была на таблетках.

— Значит, они дали сбой, — развела руками Люба с таким видом, будто у нее машина завелась не с первого раза. — Такое бывает, если принимать антибиотики или выпить много алкоголя. Или пропустить день.

Артем чуть наклонился к ней, заглянул в глаза, хотя никаких приятных эмоций от этого не испытывал. Наоборот, только гадливость. Но он не собирался рассказывать всему кафе о своих личных делах.

— Или сделать это специально, да? — тихо и презрительно произнес он. — Вот только давай вспомним, что я застал тебя с двумя мужиками. К ним ты не забыла наведаться? Или потенциальных «папаш» так много, что всех уже не найти?

Красивое Любино лицо исказила гримаса злости.

— Так значит, ты отказываешься от собственного ребенка? — прошипела она. — Думаешь, скандал пойдет тебе на пользу?

— Думаю, это никак не повлияет на мою работу и даже не отпугнет желающих стать моей женой, — спокойно ответил Артем. — Если ты настроена серьезно — подавай в суд на алименты. Вот только я уверен, что ты этого не сделаешь, потому что я потребую генетическую экспертизу. А она покажет, что я не имею ни малейшего отношения к этому ребенку.

Люба с ненавистью сжала салфетку и уже открыла рот, чтобы окатить его потоком проклятий, но Артем ее перебил:

— И что бы ты про меня не рассказывала другим, правду или ложь, все будет тщательно проверенно и обнародовано. Мне нечего стыдиться в своей жизни, нечего скрывать, поэтому любой твой шантаж заведомо бесполезен. А слухи не так уж и страшны, их всегда предостаточно.

— Слухов, значит, ты не боишься? — ядовито процедила Люба. Ее глаза горели яростью, а алые губы искривились, будто каждое слово на вкус стало кислее лимона. — Можешь прятать голову в песок, притворяться, что ничего не знаешь, но люди верят тому, что говорят! А говорят они о том, что бывший директор не случайно такого сопляка на свое место поставил. Думаешь, выбрал тебя за выдающиеся успехи? Как бы не так! Только из чувства вины, ведь это он твою мамашку обрюхатил, когда она там на побегушках работала! И исчез на двадцать пять лет, вот только перед смертью раскаялся. Спроси его секретаршу, она-то в курсе!

— Пошла вон, — тихо прорычал Артем, сжав кулаки.

— Что ты мне сделаешь в людном месте… — храбрясь, забормотала Люба.

— Убирайся немедленно! — медленно поднимаясь со своего места, с расстановкой, но не повышая голоса, приказал мужчина. Люба глянула на него снизу вверх, сжалась и, подхватив сумочку, стрелой вылетела из кафе.

А Артем, стараясь не смотреть по сторонам, но ощущая на себе косые взгляды других посетителей, тяжело опустился обратно на стул. Эта дрянь всегда приносила только проблемы, с их первой встречи. Каким идиотом от был, когда предложил ей встречаться! Теперь всю жизнь расхлебывать за эти два года…

Но все же слова о ребенке не выходили из головы, и сердце предательски ныло. Почему она не назвала ни пола, ни имени? Почему не рассказала раньше и не потребовала алиментов? Почему так разозлилась, когда он заговорил про экспертизу? Не это ли доказательства того, что все сказанное — блеф? Но, если хоть на минуту предположить… Артем готов был признать и забрать его себе. Потому что будет полная семья, потому что сможет обеспечить всем необходимым и воспитать. А что способна Люба вложить в голову маленькому человеку? Как крутить другими людьми ради собственной выгоды? Как обманывать партнера, который тебя полностью обеспечивает? Как продать ребенка подороже?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И в то же время, любое разбирательство с Любой выйдет очень некрасивым.

Чувствуя, что окончательно выходит из себя, Артем сделал глубокий вдох и вдох, отодвинул чашку с кофе. Хватит на сегодня, он и так на взводе. Если не успокоиться, то достанется сейчас Веронике, а она точно не виновата в этой встрече. Даже, если это она сообщила о месте его пребывания Любе — та везде пролезет.