Ядовитый соблазн - Эрика Адамс

отмечая, каким азартным блеском загораются глаза Анны. Она, как и большинство девиц, подобных ей, не пользующихся успехом у противоположного пола, живущих довольно скучно и однообразно, находила особое удовольствие в том, чтобы перемывать слухи и кости всем остальным, чьи неудачи и взлёты служили предметом обсуждения. Эмилия осторожно попыталась перевести разговор на тему появления в их обществе Лаэрта, и, стараясь не вызвать подозрений, словно бы ненароком повторила фразу, брошенную им на берегу озера.

— О! — округлились глаза и рот Анны и, смакуя каждое слово, повторила, — удача от меня сегодня отвернулась, предпочтя иную гавань? Мне кажется, за этими словами кроется нечто большее, чем просто дань вежливости…

— Ты преувеличиваешь, как всегда, — отмахнулась от слов приятельницы Эмилия, якобы раздосадованная её выводами.

— А мне кажется, что я права, — уверенно заявила приятельница, — тебе стоит больше обращать внимания на его персону, чем проводить время с Хромым.

Вот как, мысленно расхохоталась Эмилия, значит, кумушки-соседушки уже успели сделать далеко идущие выводы. Нет, определённо, в последнее время в их округе не происходило ничего примечательного, если они с таким пылом кинулись обсуждать подобные крохи!

— Понятия не имею, по какой причине Ровере оказался среди приглашённых отцом… Не знала до вчерашнего дня, что отец имеет деловые связи с подобным ему.

— Вполне возможно, что это всего лишь благовидный предлог, — воодушевлённо подхватила Анна, — может быть, его интересы простираются не столько в деловую область….

После сказанной фразы Анна многозначительно посмотрела на Эмилию, раздуваясь от гордости, что якобы приоткрыла ей глаза на столь значительный факт. Прекрасно, всё шло даже лучше, чем можно было предположить! Такая глупышка, её даже не пришлось сильно подталкивать в необходимом направлении… Она всё делала сама и весьма успешно. А если учесть, что по словам Анны, на сегодняшнем вечере у неё будут присутствовать оба мужчины, которых общество без их ведома столкнуло лбами на поприще пересекающихся интересов…

Родители Анны были весьма состоятельными и уважаемыми людьми в обществе, и на приёме у них всегда собиралось довольно много интересных лиц. Нынешний вечер не стал исключением. Едва переступив порог поместья, Эмилия окунулась в водоворот из знакомых лиц, ярких вечерних платьев и света множества свечей, расставленных повсюду. Из общего гула толпы было сложно выделить чей-то отдельный голос, оставалось лишь плыть по течению, раздавая улыбки налево и направо, приветствуя знакомых и принимая комплименты. В то время как многие дамы предпочитали увешиваться тяжелыми ожерельями из драгоценных камней в несколько рядов, Эмилия поступила совсем иначе: её нежно-бежевое платье чудесно сидело на фигуре, а лиф платья был расшит полудрагоценными и драгоценными камнями, мягко переливающимися в свете свечей. Шея и плечи были открыты, а в соблазнительном декольте покоился аккуратный кулон с бриллиантом в форме капельки. Заметив издалека пышную фигуру приятельницы, Эмилия двинулась прямиком к ней.

— Ты вовремя, — склоняясь к ней, прошептала Анна, — твоё появление не осталось незамеченным. Завистницы уже начали обсуждать необычный фасон платья и его вызывающую простоту.

— Мне кажется, они просто завидуют, что стоимость моего платья гораздо больше, чем всё надетое на них, включая драгоценности.

Приятельница рассмеялась, сосредотачивая внимание на Эмилии, не забывая при этом стрелять глазами по сторонам, подмечая детали, которые она тут же пересказывала подруге.

— А вот и Лаэрт…

Эмилия едва повернула голову в сторону, краем глаза замечая высокую, статную фигуру золотоволосого красавца, приковавшую к себе взгляды большинства присутствующих. Эмилия отвернулась с деланно равнодушным видом и продолжила прерванный разговор с Анной.

— Позвольте засвидетельствовать своё почтение, — донёсся до неё его мелодичный голос спустя некоторое время. Она позволила себе немного помедлить, прежде чем повернулась и с улыбкой посмотрела на подошедшего к ней Лаэрта.

— Чудесный вечер, не правда ли? — попытался завести разговор он, едва отпустил протянутую ему кисть для поцелуя.

— Возможно, для общества нашего уровня вечер и вправду чудесный, но Вам, привыкшему к забавам иного рода, здесь может показаться довольно скучно.

Небольшой укол сопровождался милейшей улыбкой на её губах.

— Я быстро адаптируюсь, — ослепительно улыбнувшись, заявил Лаэрт. Трудно было удержаться от того, чтобы не растянуть губы в такой же широкой улыбке ему в ответ. И ей каким-то чудом удалось это сделать, тут же переводя взгляд в сторону, якобы она не находила его общество желанным, и поспешила обратиться с пустяковым вопросом к Анне. Лаэрту ничего не оставалось кроме как попытаться отделать парой шуток и примкнуть к группе других мужчин.

— Между прочим, это самый завидный холостяк во всей округе, — невзначай заметила Анна.

— И что с того? — фыркнула Эмилия, — из элементарной вежливости мне нужно делать вид, будто он интересует меня столь же сильно?

— Я бы не стала упускать такого шанса…

Кто знал, что шанс упущен? Игра только началась. И если хотя бы часть слухов о Лаэрте видна, этот честолюбивый красавец не упустит возможность завоевать взаимность самой желанной девушки.

— Кстати, почему он до сих пор холост? — невинно спросила Эмилия, — может он неопытен в делах сердечных?

— Исключено. Я недавно разговаривала с одной дамой, которой удалось застать в его объятиях одну оскандалившуюся вдову, туалет которой был в явном беспорядке…

— И что стало с той вдовой?

— Её репутация уже была испорчена задолго до того, так что она вполне могла себе позволить ещё одну интрижку. Что же касается Лаэрта, для него подобные слухи лишь на пользу.

Вот значит как… Молод, хорош собой, холост, подаёт большие надежды в политике — щелкали одна за другой костяшки счетов, повышая ценность Лаэрта в глазах не только Эмилии, но и доброй половины женского общества. Наверняка, некоторые мамашки уже похлопотали о том, чтобы пригласить его на чай или даже на званый ужин. Лёгкая досада сменилась усмешкой. А я вот поступлю с точностью до наоборот, подумала Эмилия, обращая внимания на подошедшего к ней мужчину, пригласившего на танец. Танцевать она любила, отдавалась этому занятию целиком и полностью, растворяясь в музыке и лёгких па, делающих её по-настоящему счастливой и полной жизни. Глаза начинали сверкать ещё ярче, а на щеках начинал играть волнительный румянец. И если бы того позволяли приличия, она бы весь вечер кружилась в танце, сменяя лишь партнёров, одного за другим. Но нужно было отдать должное и хозяевам дома, распоряжавшимся тем, как именно протекает вечер.

Гости потянулись к столам с выпивкой, пробуя разлитое по бокалам спиртное, а после разделились на несколько групп по интересам. Кто-то из гостей предложил Анне сыграть на фортепиано, поначалу она отказывалась, но всё же уступила просьбам и села за инструмент, заставив всех замолкнуть в ожидании момента, когда из-под её