Тёмный клинок, или Дипломатия по-драконьи - Анна Шаенская

деньги в карман. – Распродадим оставшиеся травы и раздобудем у храмовников продление жетонов-допусков, без них нам первый же стражник даст коленом под зад и забросит в казематы как бродяг. Но если устроимся наёмными травниками, сможем выбить себе немного свободы и встретиться с генералом, когда нам назначат встречу.

– Если её назначат, – поправила его Ви.

– Совиньон договорится, – уверенно заявил кот. – Пушик пользуется большим авторитетом в братстве, его двоюродный брат Лорензо Царапелли - консильери дона и лучший морфал-заклинатель Эленвара. Мы с ним уже встречались, я уговорил его на эксперимент по ослаблению печатей Змея.

– И как?! – встрепенулась Вивьен. – И… почему не рассказал мне? – добавила обиженно.

– Потому что пока ничего не получилось, – тяжело вздохнул кот, – но! Сдаваться никто не намерен и в, любом случае, это позволило мне хорошо зарекомендовать себя. Он согласится передать письмо и уговорит дона замолвить словечко генералу, но у нас будет только одна попытка. Нужно чётко изложить наше предложение и условия.

– Понадобится помощь Ви, – кивнула, – я примерно знаю, о чём хочу написать, только писать, собственно, не умею.

– Я нацарапаю послание. Главное, не упоминать координаты логова, чтобы откатом не приложило, – ответила подруга.

– Это вообще наш главный козырь, его сообщать нужно только при личной встрече с генералом, когда выторгуем себе защиту, амнистию и избавление от меток, – добавил кот. – Послание должно лишь заинтересовать дракона…

– Сделаем, – кивнула. – Только есть проблема. Сомневаюсь, что дон работает по ночам…

– Как раз наоборот, – заверил кот, – ночь - это его время, так что Лорензо и Пушик зайдут к нему с уважением, передадут от нас дань, – добавил, выудив из сумки пучок сапфировых лутерий. – И только после этого попросят об услуге. Если повезёт, часа за три управятся, а мы в это время с жетонами вопросы порешаем. Не хочу рисковать.

– Согласна, – кивнула.

– Да, хороший план, – немного подумав, согласилась и Ви.

– Вот и порешали, – оживился кот, – тогда отдыхайте, а я пока сгоняю к Пушику и обо всём договорюсь.

ГЛАВА 4: По лезвию клинка

Через четыре часа, неподалёку от Стального квартала

Рассвет растекался по городу фиолетовым маревом, превращая белоснежные особняки Мраморного квартала в конфетные домики, плавающие на облаках из тумана и сладкой ваты. Хотелось задержаться, наслаждаясь совершенной красотой и видами столицы, но времени было в обрез. До встречи с генералом оставалось меньше пятнадцати минут, а идти было ещё прилично.

До сих пор не верилось, что дон согласился помочь, но Пушик и его брат оправдали доверие и обо всём договорились. Пока я отмывалась в душе и обрабатывала израненные ступни, кошачья братия смоталась к Совиньону и принесла ответ. Пришлось спешно просить у Ирвина писчие принадлежности и сообща царапать благодарности дону и послание дракону.

Над текстом думала недолго. Уж если открыто указывать координаты логова нельзя, решила быть предельно краткой и сообщила, что имею ценные сведения об артефактах, которые Змей и его банда выкрали вчера из центрального хранилища.

Учитывая дерзость ограбления - это было лучшей наживкой. Также добавила, что готова встретиться где угодно, даже прийти в штаб гвардии. Главное, чтобы встреча состоялась поскорее, иначе Аспиды могут до меня добраться раньше.

Рэми намёк понял и оценил мою смелость. Встречу он и впрямь назначил в штабе после рассвета. А чтобы меня пустили в Стальной квартал выслал вместе с ответом временный пропуск.

Получив заветный конверт, мы с Ви и Марчелло буквально прыгали до потолка!

А пока консильери Совиньона, господин Царапелли, относил моё письмо, мы успели смотаться на Площадь Милосердия.

Храмовники пришли в восторг от качества трав и без проблем продлили жетоны. Более того, прежде чем выдать нам список необходимых трав, даже горячим супом накормили!

Жизнь потихоньку налаживалась. Единственное, что огорчало - отсутствие обуви. Гольфы хоть и согревали, всё равно не защищали от неровной брусчатки, а исцарапанные ступни ужасно ныли.

Хорошо, что у Пушика нашёлся заживляющий эликсир. Он частично снял боль, и благодаря плотным бинтам и двойному слою носков я могла ходить, пусть и сцепив зубы.

Вначале хотели взять кэб, дорога до Стального квартала была неблизкая, но посовещавшись, всё же не рискнули. У Змея в каждом городе были проверенные извозчики, и я боялась, что с нашей удачей попадём на одного из них. Пришлось идти пешком, и хоть Марчелло умудрился раздобыть для меня новую одежду, мы по-прежнему привлекали ненужное внимание.

Господин Пушик обшивал только морфалов, поэтому моего размера и фасона в его мастерской не оказалось. Порывшись в запасах, Ирвин сумел подобрать для меня рубаху, рассчитанную на молодого гепарда. Она подошла в плечах, но рукава висели почти до колен, пришлось спешно подгонять её. Зато жилет оказался почти по размеру.

В целом верх выглядел сносно. Во всяком случае, гораздо лучше, чем моя дрань, то и дело норовившая сползти с плеча и обнажить метку Змея. А вот со штанами случилась проблема.

Большинство оборотней предпочитали бриджи или шаровары. Последние в мастерской были только на медведя. Естественно, в них я утонула. А кошачьи бриджи, наоборот, оказались слишком мелкими!

Ирвин чудом откопал залежалые брюки из позапрошлогодней коллекции. Ими слегка отобедала моль, а на колено Пушик при мне лепил латку, но это было не самым страшным. Штаны доходили мне до середины голени и коту пришлось включить фантазию, дополнив их белыми шерстяными гольфами и низкими тёмно-коричневыми носочками.

Издали, в тумане и неясном свете рассвета их можно было принять за туфли, а меня за разносчика газет. Таких пацанят здесь немало, а стопку газет мне выдали на самом деле. Пушик связался со знакомыми мышами из местной типографии и приобрёл товар на двадцать медяков.

Изначально разносить газеты я не собиралась, поэтому заплатить пришлось сразу из своего кармана. Но это оказалось отличным прикрытием и позволило без проблем добраться до Мраморного квартала. Ещё и деньги отбили!

Знала бы, что газеты так быстро раскупят, затарилась бы плотнее. Только сожалеть уже поздно, и оставшись без прикрытия пришлось пробираться перебежками от дома к дому.

Конечно, у меня было генеральское письмо и жетон храмовника, но их берегла на