Пешки Сдвига - Вадим Громов

- Нормально. - Пробасил Шатун. Алмаз сделал отмашку рукой - "продолжай".

- Лады... Для полноты картины добавлю, что путешествия в параллельные миры теоретически возможны, но на практике - увы... А вот теперь представьте, что два мира всё-таки пересеклись! Даже не пересеклись, а соприкоснулись. Ненамного, но уверенно. Так, что образовалась некая лазейка, прореха, дыра - называйте как хотите: в которую из одного мира в другой утекает энергия.

- Всплеск! - Процедил Алмаз сквозь зубы, и выругался - длинно, затейливо. - Из этого чулана барабашка?

- Точно... - Книжник покривил губы, точь-в-точь, как его дядя. - И многие из прочих "восторгов жизни", которые мы наблюдаем уже четвёртый десяток лет. Представьте себе паразита, живущего за счёт другого организма, тянущего у него жизненные силы, и не сказать, что совсем уж гуманными дозами.

- Я так предполагаю, что мы не в роли паразита, - Буркнул Шатун, внимательно слушающий Книжника. - Скорее уж наоборот...

- Разубеждать не буду... - Очкарик как-то криво, и очень зло усмехнулся. - Хотя бы потому, что всё так и есть. Самым доподлиннейшим образом...

- А этот, жертва "могильщика", что, оттуда? - Алмаз сделал неопределённый жест, явно относящийся к тем самым параллельным мирам. - Спасти нас явился?

- Если бы... - Голос Книжника приобрёл какую-то странную интонацию, не сулящую никаких бесплатных коврижек. - Если бы... И все коврики в Суровцах вытрясти заодно. Спасатель, бля...

- Себя он спасти собирался... - Лихо посмотрела на них снизу вверх, застывшим, почти безжизненным взглядом, и повторила по слогам, как для непонятливых. - Се-бя. И - точка.

- Стоп! - Алмаз поднял ладонь кверху. - Дыра между мирами, мы в пролёте. Они, как я понимаю - в аналогичной обстановке. Вселенские катаклизмы, бывает... Спасут себя, спасут нас. Какие проблемы? Помочь надо - поможем... У меня только в голове не укладывается - чего ты так взбеленилась?

Шатун согласно закивал, но в глазах стояло какое-то осознание, что полной картины им ещё не рассказали, остались какие-то штришки, шероховатости, что-то не сходилось, пробуксовывало...

- Это не катаклизм, Алмазик! - Яростно выкрикнула Лихо, и тут же подавила вспышку, продолжила, резко выговаривая слова, словно резала по живому - больно, неотвратимо. - Это они сделали...

- Они? - У Алмаза с Шатуном одновременно затвердели скулы и сжались кулаки. Друзья одновременно посмотрели на дверь, из которой до этого вытолкали Лихо. Лихо правильно поняла реакцию друзей.

- Не надо. Не поможет. Он уже плохой был, когда разговор заканчивался. Не стерпела душа, приложила я ему, за все тридцать с лишком лет такой жизни. Сейчас отходит уже, наверняка...

- Не знаю, как это у них получилось, - Книжник снова взял слово.- Но это была не случайность. Как мы все успели понять, в ходе расспроса, допроса - называйте как хотите! - в их мире были проведены целенаправленные действия, результатом которого известные для нас последствия, называемые Сдвигом.

- Зачем они это сделали? - Катая желваки по скулам, и нехорошо постукивая кулаком о бедро, спросил Алмаз. - Только не говорите мне, что у них чего-то не хватало, и они решили запустить свои грабки в наши закрома. Без спроса и предупреждения.

- Нет, они хотели запустить объединённое производство леденцовых петушков на палочке. - В глазах Книжника плескалась невероятная смесь злости, отвращения, и скрытого отчаяния. - И бесплатно раздавать всем желающим в неограниченных количествах.

- Зачем? - С ноткой безысходности повторил Алмаз. - Почему?

- А потому. - Лихо поочерёдно посмотрела в глаза всем троим: и Шатуна, Книжника, и Алмаза натурально тряхнуло от мысли о том, что Лихо могла бы сейчас сделать с теми, кто повинен в создании Сдвига, окажись он сейчас здесь. - Потому что они были гораздо более развиты, чем наша цивилизация. И вся энергия, которую они получили вследствие прорыва в наш мир, пошла на удовлетворение их нужд. Нас нагнули, и поимели. Как уже справедливо подметил Алмаз - без спроса и предупреждения.

- А какой им смысл теперь возвращать всё обратно? - Шатун недоумённо посмотрел на Книжника. - Если мы им ничего сделать не можем, пользуйся на дармовщинку, пока желание есть...

- Логично... - Процедил сквозь зубы Алмаз. - Гуманизмом, даже самым жиденьким, и куцым, здесь не попахивает. Здесь что-то другое, насквозь практичное. Не встречал ещё представителя рода человеческого, способного добровольно отказаться от халявы, особенно, когда она в хвост, и в гриву безопасная. Может, кто и знает его, но мне не попадался...

- Вывод правильный. - Согласилась Лихо. - Ребятишки готовы были и дальше резвиться за чужой счёт. Да вышла нестыковочка - процесс загребания халявы выкинул побочный эффект. Не укладывающийся ни в какие рамки и допуски. Который произойдёт в ближайшее время. Но к счастью, его можно остановить, и тогда состояние Сдвига, в котором мы пребываем по сей день - прекратится.

- Что за побочный эффект? - Спросил Шатун.

- Небольшой такой эффектик. - Со злой иронией сказал Книжник. - Способный накрыть всё женским половым органом, размером с медный таз. И таз этот - габаритами никак не меньше Вселенной. Если не разъединить миры, то произойдёт их полное слияние. Последствия этого события эпического размаха, не способен предсказать никто, но вряд ли оно будет сугубо положительным. Не успели до конца вызнать - Лихо представителю сверхразвитой цивилизации вывеску раскурочила, нас и выперли. Приверженцы цивилизованных методов допроса, ебулдыцкий шапокляк...

- Трындец подкрался незаметно. - Вздохнул Алмаз. - И взял за небритую задницу холодной и шершавой ладошкой. Здравствуй, милый, теперь я от тебя не отстану...

- А они только одного гаврика в наш мир забросили? - Шатун вопросительно посмотрел на Книжника. - Одного-единственного?

- Одного.

- Почему так мало? Я бы на их месте немеряно народу забросил, ради такого дела.

- А больше у них не получается. - Лихо грустно усмехнулась. - У них там что-то настолько раком встало, что и одного внедрить еле удалось. Проблема в том, что разъединить миры можно только с нашей стороны. Развитая цивилизация, мать их "кляксе" в дышло... Отрыгнутся им наши пертурбации. Точнее - уже отрыгиваются. У этого прыгуна из одного мира в другой, когда он про возможные последствия слияния миров стал вещать, такая рожа была - прямо педофил на Страшном Суде, которого теперь целую вечность, будут пежить во все подходящие, и неподходящие отверстия, весёлым человечком по имени Буратино: точнее, тем, что он представлял собой в зародыше.

- Не врал? - Поинтересовался Алмаз.

- Не-е... - Покачала головой Лихо. - Тут у меня не соскочишь. Поначалу конечно, начал вилять, сучня. Я не я, все вопросы в администрацию, приём с восьми до шестнадцати, обед с двенадцати до двенадцати тридцати. Мразота. Я на него пару вопросиков с двойным донышком примерила, и спёкся, урод. Даже возле мошонки не пришлось циркуляркой визжать: так раскололи. И, что самое поганое - вряд ли правду сказал бы, так и загнулся бы, не исповедавшись. Ладно хоть, на такие случаи, есть я. А если бы не было? Мелкая душонка: сам загибается, и всё равно юлит, чтобы хоть перед смертью рыло не начистили, за всю их цивилизацию. Спаситель, без страха и упрёка. Паску-уда...