Бабочка на запястье - Анель Ромазова

Тянется через меня под приборную панель, щелкая кнопкой. Слава богу, делает это быстро, и не касаясь.

После тревожного сна, его близость смущает пугает и смешивает эмоции в пузырящий коктейль. И по всем законам логики не вызывает отторжения. Хотел бы изнасиловать вчера, сделал это с легкостью. Но не стал.

Доверия это не прибавляет, но видимо, человеческие чувства ему не чужды. И да, сегодня вместо привычного ужастика в сновидении, мне снился он. Не хочу вспоминать, как именно, тоже мало приятного, но хотя бы не цепляет за живое. От этого уже легче.

Разглядываю в упор золотистую поверхность металлической крышки, пока человек из ниоткуда, чинит машину. Появляется, как демон из ада, в самые неожиданные моменты.

Похожи с Ариной внешне, но совсем разная суть. У меня красная Toyota Rav 4. Немного объемно и не гламурно, но я люблю ее, первая за свои деньги, в кредит, но личная.

Разгоняю себя этими мыслями, до тех пор, пока капот с мягким хлопком не ложится на место. Я уже собираюсь дернуть ключ и катиться, куда подальше от слишком делового, пытливого и до озноба проницательного взгляда.

— Стой, там еще бортовой надо передернуть — подходит к салону, снова нависая как тень — Сама, а то руки грязные, я проинструктирую.

У него вообще, когда-нибудь выходит, разговаривать без командирских ноток. Слишком самоуверенно.

Выполняю поэтапно, в принципе ничего сложного. И удивляюсь, что этот холеный грубиян, способен на что-то, кроме как лапать девушек в клубах.

— Все — раздраженно говорю и собираюсь щелкнуть дверью перед его носом.

— Эй, а руки помыть — блокирует локтем.

— В луже помой.

Стягивает хвост на затылке и вытаскивает из машины.

— Белка, не борзей, а то сумочку не получишь.

— У тебя руки в мазуте — шиплю, пытаясь, высвободить волосы из зажима.

— Давай, Белка, без разговоров… времени мало — внушительно, строго и отсекая любые пререкания.

Да, надо, сказать по закону жанра, выглядит Вавилов очень. Короткие рукава на вид простой белой футболки, выпускают из-под кромки широкие лезвия татуировок, которые рассекая кожу, плетут на бугристых мышцах замысловатые узоры. Дорогущие часы, в них я разбираюсь, поэтому ценник не оставляет секрета. Эта сволочь обеспечена по горло. Кивками указывает, что делать и куда следовать.

Мысли вихрем несутся в голове, прикидывая, что он может заметить в квартире. Спалиться перед ним, это наверно самое худшее.

Проскакиваю первая, взвизгивая

— Ванна там! — бегу в гостиную, судорожно сбрасывая совместные фото за диванные подушки. Тайник фигня, но на что-то надежнее времени нет.

Так сумка с вещами в шкафу. А вот большой потрет, на стене в спальне, если зайдет. Пролетаю кометой, на ходу подмечая, что он все еще моет руки.

Прыжком забираюсь на кровать, только успеваю скинуть изображение и прикрыть пледом. Застываю в пол оборота, поджимая пальцы на ногах, застигнутая врасплох.

— Белочка я натурой не беру — от его интонации кровь закипела в жилах. Вкрадчиво, с намеком. С проблесками того же животного выражения.

Дурацкая краска заливает все, начиная от щек и заканчиваясь под платьем, пока он продвигается ближе. Мы одни. Стою на постели. Тут даже случайных прохожих не предвидится

— Только попробуй… — задушено травлю фразу.

— Раз. Два..- начинает считать шаги, я по шаткой поверхности отступаю назад, в горле застывает ком — Три!!

От громкого звука, нога подворачивается и я падаю на кровать, он тут же ухватывает за лодыжки, подтягивая к себе. Между лопаток начинает скользить испарина.

— Ты должен уйти — промямлила неубедительно, самой стало стыдно за жалобную ноту в голосе.

— Белочка, я уже давно, никому ничего не должен. Уйду, если захочу, а в этом я не уверен — одновременно опускаем глаза, юбка полезла вверх, и теперь полоска кружевных чулок отчетливо видна на бедрах Выглядит, как приглашение.

Медленно, начинает скользит пальцами по краю ажурной ленты. У меня вырывается всхлип. Фалангой доходит до среза юбки, глазами считывая мою реакцию

— Что же мне с тобой делать — приглушенно вибрирует голосом, убирает руки и отходит, продолжая рассматривать. Стягиваю плед на колени, прикрываясь.

— Ева?

— Да — отвечаю на автомате, под притоком поглотивших ощущений. Забытых, острых. Как будто сковывающее полотно начинает сползать, и он только что коснулся оголившегося участка. Чувствительно и вживую.

— Ты к Даньке не цепляйся, и тогда обещаю не рыться в твоих секретах. Вот мой телефон, если что звони, теперь я решаю его проблемы — кладет на полочку визитку.

Вся такая таинственная энергия рассекает через него, или мне снова кажется. Несопоставимый человек. Я понятия не имею, как к нему относиться. Как две стороны одной медали. Крутятся на ребре, и никак не могут упасть, чтобы определиться.

— Ев-ва — произносит напоследок растянуто и серый кобальт его глаз наполняется странным выражением. Задумчивым, с примесью непонятной эмоции.

Только когда захлопывается дверь, я понимаю, что он назвал меня моим же именем. И я откликнулась…

Глава 7

Костевского кривит всем разнообразием мимики, пока он рассматривает фотографии ню и выписки из оффшоров, с детализацией денежного потока.

— Англичанин, а я тебя недооценил — раздражено сбрасывает папку в сторону.

— Стараюсь, и уволь всех программистов, защита у вас даже школьник вскроет.

— Ну, так ты дай мне контакты своих лазутчиков.

— Уже трудоустроен, поэтому откажусь — устало тру переносицу, сдерживаясь, чтобы не зевнуть. Башка трещит от недосыпа, перелета и секса без удовольствия.

— Сам что ли нарыл? — удивленно спрашивает, стягивая брови вверх.

Чувствую себя темным лордом из Гарри Поттера. За утро — два раза испытываю это ощущение. У белки, было такое же выражение, когда с тачкой возился. Ведутся на тряпки, а под капот заглянуть никто не стремится.

Но здесь это на руку. Пока Костевкий дрых, как сурок, я спер всю его подноготную. Видосы кстати на запасном сервере тошнотные. Извращуга полнейший, но этот козырь держу в рукаве, на всякий случай. Страпоны, плети, до сих пор блевать тянет, в комплекте с обрюзгшей тушей — shit — это похвала.

— Так слегка капнул. Ну что, Игнат, покупка на старых условиях, и минус тридцать процентов стоимости.

— А не слишком ли ты… — глотает из стакана — Паршивец, но мы тоже не с пустыми руками, у тебя семья есть вот и побеспокойся.

— Не советую угрожать. Деньги не мои, я так пешка в этом деле. возьмешь заложников и что? Нахрен такой головняк? С содержанием еще заморачиваться — киваю на листок с оффшорами — Бали отличное место, отдыхай Игнат.