Казахские мифы - Маргарита Робертовна Лобия

верблюдица платила хозяину искренней привязанностью. Никого, кроме Коркута, не признавала. Когда верблюдица выросла и окрепла, Коркут сел на нее и отправился странствовать. И ни разу белоснежный корабль пустыни не подвел седока. Коркут даже посвятил своей доброй подруге кюй «Желмая», то есть «Быстроногая верблюдица», или «Верблюдица, быстрая, как ветер».

По одной из легенд, когда во сне к Коркуту слетелись небесные ангелы и открыли ему секрет волшебного кобыза, Коркут принес жертву божественному дару и зарезал верблюдицу, обтянув ее шкурой созданный им из дерева ширгай первый в мире великолепный кобыз. Согласно другим источникам, из шкуры верблюдицы Коркут сделал подстилку-корпеше, которую расстелил на водах реки Сырдарья.

Мушел

Отдавая верблюдам дань уважения за их мудрость и преданность, казахи не забывают и об их высокомерии и заносчивости и с улыбкой повествуют об этом в преданиях. Например, в легенде о том, как в казахском летоисчислении появились животные.

У казахов, как и у китайцев, существует двенадцатилетний цикл летоисчисления, мушел, где каждому году соответствует какое-либо животное. Первый год – это год мыши (крысы), второй – быка (коровы, вола), третий – барса (тигра), четвертый – зайца (кота, кролика), пятый – дракона (улитки, крокодила), шестой – змеи, седьмой – коня, восьмой – овцы (козы), девятый – обезьяны, десятый – петуха (курицы), одиннадцатый – собаки, двенадцатый – кабана (свиньи).

Кажется странным, что в этот ряд вошло такое экзотическое животное, как обезьяна, но не вошел любимый и почитаемый казахами верблюд. Однако миф дает этому объяснение.

Собрались как-то тринадцать животных и начали спорить, кто из них главнее и чьим именем надо назвать первый год. Спорили, спорили, ни до чего не доспорились. Тогда мышь предложила:

– Давайте сделаем так: кто первым завтра на рассвете увидит солнце, тот возьмет себе первый год, кто увидит восход солнца вторым – второй год и так далее.

Согласились звери. Верблюд понадеялся на свой рост и заснул так крепко, что не успел вовремя проснуться. А мышь вскарабкалась ему на голову и первой увидела солнечные лучи. Так мышь и стала во главе мушеля. А пока верблюд продирал глаза, все года звери уже разобрали. Отсюда и пошла поговорка: «Понадеялся верблюд на свой рост и остался ни с чем».

Мушел у казахов – не просто любопытный календарь. Он непосредственно связан с человеческой жизнью. Двенадцать лет определяют стадии человеческого бытия: первый двенадцатилетний мушел – детство, второй – молодость, третий и четвертый – зрелость, пятый – старость. Каждый мушел – этап физического, эмоционального и морального взросления человека, повод для осмысления появившихся обязанностей, прав и ограничений, новый шаг к вершине познания и мудрости, приобретению духовных и нравственных ценностей.

С мушелом связан и древний обряд инициации мальчиков «коян мушел» («заячий мушел»). В некоторых областях Казахстана до сих пор сохранилась традиция отводить мальчика, достигшего четырех лет, к местному кузнецу. Он облачается в шерстяной чапан (кафтан), напоминающий змеиную кожу, вытягивается во весь рост, широко расставляет ноги, и мальчик два раза проползает между ними. После первого раза на мальчика надевают доспехи. После второго – вручают оружие. Так мальчик официально приобретает статус будущего мужчины и защитника.

Согласно преданию, данный обряд возник следующим образом: однажды сын бедняка заметил придавленную камнем змею. Добрый мальчик освободил ее, и змея, оказавшаяся принцессой, дочерью владыки подземного мира, великого змея Бапы-хана, отвела мальчика к своему отцу. Бапы-хан спросил, чем его вознаградить, и мальчик скромно ответил:

– Чем пожелаете.

Тогда Бапы-хан проглотил мальчика и тотчас же отрыгнул. Мальчик с изумлением оглядел себя и увидел на своем теле великолепные доспехи, сверкающие ослепительным светом. Второй раз Бапы-хан проглотил и отрыгнул мальчика, и после этого в руках мальчика очутилось превосходное оружие.

– А теперь уходи, – приказал Бапы-хан.

– Но почему вы не проглотите меня в третий раз? – спросил мальчик.

– Потому что тогда твои тело и душа превратятся в железо, – ответствовал змей. – Но ты человек и должен оставаться им, воином с горячим сердцем, а не бездушным палачом.

Такими словами напутствовал мальчика великий змей Бапы-хан, с которым мы еще встретимся в следующих главах.

Преступление и наказание: легенда о сурках

Как уже упоминалось, казахам издавна присуще уважительное отношение ко всему живому – и к домашнему скоту, и к дикому зверю. Верят казахи, что и человек, и зверь принадлежат одному и тому же среднему миру, значит, в какой-то степени они братья по происхождению и даже по крови. Любое животное обладает душой, от каждого есть польза. А многие животные и вовсе носители сакральных знаний, оттого нельзя их губить без дела, ради забавы, нельзя причинять им ненужной боли и страданий. Иначе постигнет бессердечного человека неминуемая страшная кара великих богов. Как произошло это с жестокими охотниками-мергенами, обезумевшими от крови безвинно убиенных зверей.

Жили два великих удальца-охотника (мергены). Без промаха стреляли они дичь, щедро делились добычей с односельчанами, безмерно превозносившими их. Вскружили похвалы головы мергенов, начали они стрелять диких животных без разбора. Но чем больше приносили они односельчанам мяса и шкурок, тем реже слышали от них добрые и ласковые слова. Настал день, когда встретили их седобородые аксакалы упреками.

– Хватит убивать зверей, – сказали они. – Животные имеют такое же право на жизнь, что и мы. И убивать их надо ровно столько, сколько нужно для пропитания. Иначе охота превращается в преступление. Опомнитесь и вложите ваши стрелы в колчаны.

Но не послушались мергены мудрецов, обиделись. Вскочили на коней и помчались прочь от аула по степи, разя всех животных, что встречались им по дороге. Вскоре опустела степь, омертвела. И взмолились тогда оставшиеся звери, птицы, рыбы и змеи небесам и попросили избавить их от свирепых охотников. Вняло небо малым созданиям и превратило злобных мергенов в сурков.

– Не желали вы жить по-человечески, – воскликнул Всевышний, в последний раз обратившись к охотникам, – так живите теперь по-звериному. Прячьтесь в непроглядных норах и ешьте коренья.

Легенда о змеях, погубивших город

Нельзя беспричинно убивать живое существо – будь оно двуногим, четвероногим или вовсе без ног. Всегда следует помнить о справедливом возмездии, сравнимом с божественным гневом природы, готовой в яростном ослеплении покарать всех – и виновных, и невиновных. Всегда стоит помнить об ответственности за свои поступки, о чем не устает напоминать нам казахский фольклор.

Развалины древнего города-крепости Сауран, или Савран, к северо-западу от города Туркестан

Много развалин древних городов можно отыскать на берегах Сырдарьи, там нередко проводят