Вечер вне дома - Джеймс Чейз

Кен не мог успокоиться: «Экий кретин Паркер! Вдруг полиция захочет узнать, кто звонил? Тогда она нагрянет сюда. – Холанд тревожно посматривал на свои часы-браслет. – Еще целый час до завтрака. Полиция, может быть, уже в дороге…» Его беспокоил оставленный в шкафчике гардероба костюм. Сосредоточиться не давала работа с посетителями. Из-за них Кен не имел времени обдумать возникшую по вине Паркера ситуацию и настроить себя, чтоб быть готовым к скорой встрече с полицией. Все случилось намного быстрее, чем можно было ожидать и чем хотелось Кену: незадолго до перерыва набатом прозвучали тихие, произнесенные неуверенным голосом слова Паркера:

– Вошел какой-то тип, очень похожий на флика.

– Где? – Сердце Кена на единый миг остановилось, а в следующий – застучало со страшной силой. В пустынном холле, почти незаметный на фоне стены, за одной из колонн стоял высокий человек, одетый в каштанового цвета костюм. Фетровая шляпа была того же цвета. Плотного телосложения, с толстым лицом сангвиника и маленькими глазками, он очень походил на сыщика. Напряженная внимательность его ввергла Кена в тревогу.

– Никаких сомнений, это легавый, – тихо проговорил Паркер.

Не ответив сослуживцу, Кен следил за незнакомцем. Тот прошел через холл в телефонную будку.

– Как вы думаете, меня кто-нибудь видел, как я звонил по телефону? – прошептал Паркер.

– Сомневаюсь. Из двери нельзя увидеть кабину.

– Если меня спросят, я скажу, что хотел позвонить своей жене, но мне не удалось соединиться с ней. Может быть, полисмен будет удовлетворен моим ответом, а вас вообще не потревожит.

– Я бы очень хотел этого.

Они видели, как неизвестный вышел из кабины и задержался у двери, чтобы позвонить куда-то, а потом поговорить с посыльным. Последний казался удивленным, когда что-то объяснял высокому мужчине. В следующие минуты тот, оставив в покое посыльного, через холл шел прямо к Кену. Кровь застыла у Холанда в жилах. Но он постарался сделать вид, что что-то старательно пишет.

– Вот они и узнали, – вполголоса проговорил Паркер.

Великан подошел к стеклянному барьеру, разделяющему служащих банка и посетителей, и его инквизиторский взгляд, пошарив по лицам, остановился на Кене.

– Городская полиция, сержант Донован, – отрекомендовался он низким голосом. – Я ищу типа, который полчаса назад разговаривал по телефону. Кто-нибудь из вас его видел?

Кен поднял глаза на кирпичного цвета лицо Донована. Вокруг курносого носа сыщика было множество морщин, а под ним торчали тщательно ухоженные рыжие усы.

– Нет, я никого не видел, – ответил Кен.

– Я только что пользовался телефонной кабиной, сержант, – сказал Паркер абсолютно ровным голосом. – Я звонил своей жене. Надеюсь, вы не меня имели в виду?

– Меня не интересует звонок вашей жене. Вы никого не видели из посторонних, кто пользовался бы телефоном?

– Видел старого человека, потом девушку, – лгал вдохновенно Паркер. – Но это было больше часа назад. А потом мы, вот оба, были очень заняты, и я больше никого не заметил.

– Занятость, однако, не помешала вам позвонить жене, – поддел Донован, сверля глазами Паркера.

– Ничто меня не удержит, когда я хочу позвонить собственной жене, – ответил Паркер с широкой улыбкой.

Сержант вынул из кармана мятую сигарету и сунул ее между губ, прикурив от зажигалки из желтой меди.

– Вы видели кого-нибудь, кто бы пользовался телефоном? – снова обратился полисмен к Кену.

– Я вам уже сказал, что нет. – Кен не мог вынести взгляда этого человека.

– Вы могли изменить свое мнение.

– Я никого не видел.

Донован сделал недовольную гримасу.

– Никто, никогда и ничего не видел в этом чертовом городе, все подряд ничего не знают. – Он бросил на обоих мужчин последний подозрительный и жесткий взгляд, потом, перейдя через холл, вернулся к посыльному.

– Ну, вот! – со вздохом обронил Паркер. – Мне бы не хотелось еще раз встретиться с этим очаровательным парнем, чтобы он снова начал растирать меня в табак. А вам?

– Мне тем более, – ответил Кен, чувствуя неприятную дрожь в коленках.

– Во всяком случае, я хорошо выкрутился.

– Еще не время радоваться, – возразил Кен.

Они видели, как Донован о чем-то поговорил с посыльным, потом коротко кивнул и покинул банк.

– Тут что-то очень скверное, – предположил Паркер. – Если прислали сюда этого шпика, значит, Фей убили. Черт возьми! Я счастливо избежал неприятности.

Часы на здании городского отеля пробили час тридцать, когда Кен вышел из городского магазина, держа под мышкой два пакета. Он быстро прошел по центральной улице и вошел в банк. Его замысел осуществился. Выпачканный костюм висел среди сотен подобных в демонстрационном зале. А что касается ботинок, то они тоже заняли свое место среди большого количества выставленных на витрине. Был, правда, момент замешательства, когда продавец, завернув купленный Кеном светло-серый костюм, взамен такого же, но оставленного им в магазине, спросил, не забыл ли покупатель пакет, с которым пришел в магазин. Кен, не теряя хладнокровия, ответил, что у него не было пакета. Продавец, слегка удивленный, попытался утверждать, что видел пакет, но, услышав твердое: нет! – не стал настаивать на своем. Этим дело и закончилось, но заставило Кена попотеть вдобавок к тому, что он переживал при появлении этого полицейского, прилетевшего в банк всего через полчаса после телефонного звонка Паркера. Он, как показалось Холанду, очень уж внимательно разглядывал его. Не узнает ли он его по описанию, которое полиция получила во время следствия?

В дневных газетах тоже ничего не говорилось об убийстве Фей, и Кен отрицательно покачал головой на молчаливый вопрос Паркера.

– Ничего? – удивился Паркер. – Вы уверены?

– Ничего. – Кен протянул ему газеты. – Посмотрите сами.

– Это, без сомнения, менее серьезно, чем я думал, – сказал Паркер, пробегая глазами заметки в газетах. – У этих девиц всегда истории с полицией, с которой я не хочу никаких столкновений. Поэтому Фей меня теперь не скоро увидит…

День проходил медленно. Кен все время наблюдал за входной дверью, ожидая вновь появления массивного полицейского. Когда наконец банк закрыли, напряжение нервов ослабло. Холанд стал пересчитывать спокойно свою кассу.

Донимал по-прежнему Паркер:

– Если этот флик начнет задавать нескромные вопросы, могу я рассчитывать на вашу поддержку, Холанд?

– Безусловно, – ответил Кен, представляя себе реакцию Паркера, если бы он знал правду. – Вам не следует беспокоиться.

– Пусть вас услышит Бог, – нервно проговорил Паркер. – Если они как-нибудь обнаружат, что это я звонил по телефону, у меня будет много неприятностей. Старый Шварц придет в восторг, узнав, что я посещал дом свиданий. Он сразу же выкинет меня за дверь. А что касается моей жены, то здесь и подумать страшно, что будет.

– Успокойтесь, я никому и ничего не скажу.

– Это послужит мне уроком, – твердил Паркер. – Никогда больше я не буду посещать курочек. – Он закрыл свою кассу и добавил: – Я убегаю. Настало время ехать за тещей. Очень сожалею, что не могу подвезти вас домой.

– Это ничего, – отозвался Кен. – Мне осталось зарегистрировать всего несколько чеков, я скоро закончу. До завтра.

Он повозился еще немного, ожидая, чтобы Паркер ушел. Потом спустился в гардероб, взял оба пакета, свою шляпу и вышел через черный ход. Он воспользовался автобусом и доехал до угла улицы, чтобы купить газету. Направившись к дому, Кен стал просматривать объявления.

В разделе последних новостей увидел то, что страшился увидеть:

«УБИЙСТВО В ХОЛОСТОЙ КВАРТИРЕ!

Бывшая танцовщица неизвестным убийцей заколота кинжалом…»

Холанд не мог заставить себя читать дальше и сложил газету. Дальше он продолжал свой путь в каком-то сомнамбулическом состоянии, из которого его вывела соседка: дойдя до своего сада, он увидел, что миссис Фелдинг стоит на своем излюбленном месте и внимательно рассматривает его. Это была ее ежедневная процедура. Энн пыталась внушить Кену, что миссис делает это не со злого умысла, а просто потому, что ей скучно. Но, по мнению Кена, эта старая ведьма вмешивалась в дела, которые ее совершенно не касались.

– Вы сделали прогулку по городу, мистер Холанд? – спросила она, уставившись на него своими маленькими любопытными глазками и рассматривая пакеты, которые он держал в руках.

– В самом деле, – ответил Кен.

– Я надеюсь, что вы не наделаете глупостей в отсутствие жены, как это всегда делал мой покойный супруг, стоило мне лишь на минутку-другую отвернуться, – сказала она, грозя пальцем.

«Старая корова!» – со злостью подумал Кен, с трудом делая сотню шагов, которые отделяли его от дома.

– Вы поздно возвращаетесь домой, – продолжала соседка, хитро улыбаясь. – Мне кажется, что я слышала, как вы вернулись сегодня в два часа ночи.