Мертвецы идут - Стив Лайонс

Глава пятая

Костеллин специально лег спать пораньше, чувствуя, что близок к нервному истощению. Он не предполагал, что его так вымотает Даек, да еще непосредственно перед перспективой провести отпуск на очередном театре военных действий. «Возможно, — думал он, — верно изначальное предположение капитана Рокана, и губернатору Хенрику беспокоиться не о чем. Тем не менее если на Тете есть с чем воевать, то полковник Сорок второго это найдет».

Комиссара разбудил сигнал тревоги и настойчивый голос, звавший его из-за дверей каюты. Приказ к построению. Всему личному составу приказано занять места на десантных кораблях. Комиссар понял, что поспать удалось каких-то полтора часа. Он натянул бронежилет, проверил плазменный пистолет и цепной меч, прежде чем повесить их на пояс. Комиссар уже чувствовал, как палуба содрогается под тяжестью двухсот тысяч ботинок. Иногда он думал: неужели бойцы Корпуса Смерти Крига спят в масках и с рюкзаками? Иногда он думал: спят ли они вообще?

Десантный корабль, приписанный к Сто восемьдесят шестому полку, прогревал двигатели в верхнем ангаре левого борта. Ротные командиры маршировали со своими солдатами по огромному гулкому отсеку, и первые два взвода майора Альфы уже поднимались строевым шагом по аппарели в огромное ржавое нутро корабля. Полковник Сто восемьдесят шестого стоял на мостике, наблюдая за приготовлениями, вытянувшись даже в положении вольно. Костеллин проложил себе путь через потоки вновь прибывающих гвардейцев и вскарабкался по лестнице к нему.

— Что происходит? — спросил он.

— Приказано высадиться на планету, — отвечал полковник.

— Это я и сам понимаю, — сказал Костеллин, — неясно только зачем. Никто не сообщил мне.

— Нашим четырем полкам приказано высадиться около столицы и оцепить ее по периметру.

— Оцепить от кого?

— У меня нет информации. Просили передать извинения генералов за то, что они держат вас в неведении. Считают, что ситуация требует незамедлительного принятия мер.

— Несомненно, — сказал Костеллин. — Департаменте Муниторум хотя бы предупредили? Вряд ли было время на обмен астропатическими сообщениями.

— У меня нет информации, — ответил полковник.

— Они должны были сказать вам что-то, — махнул рукой Костеллин. — Об угрозе, разросшейся за те четыре часа, что мы провели на орбите.

— У меня нет… — начал полковник.

— Конечно, у вас нет информации, — вздохнул Костеллин. — И я не смогу выяснить это у генералов, если не собираюсь задержать десант.

Полковник резко повернул голову к комиссару, словно возмущаясь, что тот вообще допустил подобную мысль. Впрочем, выражение его лица скрывалось под противогазом.

— Приказы не обсуждаются, — сказал он.

Он говорил так же, как и его предшественник. Впрочем, он говорил так же, как и любой другой полковник Корпуса Смерти Крига, с которыми Костеллину доводилось служить. Сколько их было уже — шесть или семь человек? Предыдущий полковник Сто восемьдесят шестого погиб на Даске, возглавив штурм стратегически важной высоты, занятой легионами мутантов Нургла. Он знал, что идет на смерть, — генералы посчитали и решили, что взятие высоты будет стоить жизни четырем тысячам гвардейцев. Но он все равно решил возглавить атаку на линии фронта, как делал всегда.

Старый полковник исполнил тогда свой долг. Он отдал жизнь, сгорел в пламени огнемета, но выиграл сражение. Высоту все-таки удалось взять. Майор Гамма был повышен до полковника за выслугу лет. Именно так, в большинстве случаев, происходило присвоение очередного звания в Корпусе Смерти: для тех, кто доживал.

— Это все? — спросил Костеллин.

— Наша позиция у западной стены города, — сказал полковник. — Она близко к космопорту, так что сможем установить там командный пункт. В это время Сорок второй полк окопается на севере, Восемьдесят первый полк займет позицию на востоке, а Сто третий — на юге. Наши войска прибудут на позицию первыми. Там станем ждать дальнейших распоряжений. Если, конечно, не столкнемся с прямой непосредственной угрозой. Тогда начнем действовать по обстановке.

— Прямая и непосредственная угроза, — повторил Костеллин с расстановкой. — Не нравится мне, как это звучит. Предпочитаю знать, с чем мне предстоит иметь дело.

— Полки Восемьдесят первый и Сто третий высадят по взводу за городскими стенами, — ответил полковник. — Их задание — идентифицировать врага и сообщить его местонахождение.

Костеллин молча кивнул, однако в желудке поселился терзающий страх. У него начали формироваться собственные подозрения насчет того, что происходило в Иероним-сити. И комиссар молился Богу-Императору, чтоб они не оправдались.

Космопорт Иероним-сити был забит паникующими гражданскими. Толпа не только заполонила все здания, но даже выплеснулась на взлетную полосу — несмотря на все усилия местных сил безопасности, которых попросту не хватило для поддержания порядка.

К вящей досаде Костеллина, хоть и не неожиданной, властное лицо под высокой фуражкой показалось последней надеждой множеству бледных, изможденных людей. С того момента, как комиссар сошел с корабля, они его осаждали, каждый со своей отчаянной мольбой. Он отвечал максимально вежливо, но твердо:

— Нет, сэр, не знаю, когда вы сможете вернуться в район.

— Нет, мэм, боюсь, я не видал вашу дочь.

— Эти корабли, сэр, предназначены для Имперской Гвардии.

— С этим, мадам, должен разбираться губернатор.

По пути комиссар собирал крупицы информации. В том числе из разговоров с прокторами, вышедшими навстречу и сопровождавшими его сквозь толпу, а также просто подслушивая. Он слышал разговоры про отключение электричества по всему городу и о смертоносных насекомых, осаждающих эстакады. Похоже, Иероним-сити было приказано эвакуировать, что, впрочем, не выглядело преждевременным. Люди просто не знали, куда им идти, и потому пришли в космопорт — вот только он был тупиком для них.

Как раз собиралось взлетать небольшое торговое судно. Несколько безумцев вцепились в него, то ли пытаясь удержать корабль, то ли надеясь, что он унесет их в лучший мир. Вибрация двигателей вскоре стряхнула их, и люди с жуткими криками полетели вниз. Корабль покинул кольцо света, исходящего от порта, и растворился в темноте. В другом конце взлетной полосы предприимчивый торговец выставил на аукцион последние места на старом раздолбанном грузовом суденышке.

Костеллин не сомневался, что губернатор Хенрик уже связался с Имперским Флотом и попросил выслать все свободные корабли. И все равно лучшее, на что он мог надеяться, — спастись самому с кучкой приближенных. А большинство бедняг, что виснут сейчас на комиссарской шинели, останутся здесь навсегда.

Приземлился еще один челнок; Сто третий полк Крига почти завершил высадку. Теперь бойцы выгружали снаряжение, так что трейлеры один за другим сновали по аппарели, буксируемые тягачами «Кентавр». Впереди первой машины шли два гвардейца, расчищая себе путь в толпе, что оказалось даже прокторам не под силу. Несмотря на стволы лазганов, многие гражданские не спешили повиноваться, и с ними водители не церемонились. Машины попросту расталкивали людей, и один мужчина завопил от боли, когда гусеницы шеститонной громадины растерли его ноги по роккриту.

Вслед за «Кентаврами», прокладывающими путь, шли еще более тяжелые «Троянцы», перевозящие тяжелую артиллерию и зенитные установки. За ними следовала колонна крупнокалиберных орудий: пушки «Сотрясатель» и более старые, но не менее впечатляющие «Медузы». Костеллин заметил, что с продвижением техники шум вокруг него поутих. Пораженные люди, застыв, молчали, уставившись на невиданные дотоле орудия разрушения. Если раньше они еще сомневались, то теперь все стало очевидным: на их мир пришла война.

Полк Костеллина тоже начал высадку. Полковник Сто восемьдесят шестого проинструктировал бойцов по пути на планету, так что солдаты знали, чего от них ожидают. Заходили на посадку последние два десантных корабля, опаляя взлетную полосу пламенем из сопел. Костеллин решил использовать затишье для наведения хоть какого-то порядка. Громким и властным голосом он призвал всех к спокойствию, попросил очистить взлетную полосу. Повинуясь ему, молодой проктор-лейтенант начал отводить людей в ближайший ангар. Убеждал их, что ситуация под контролем, что уже приняты меры на высшем уровне по их обеспечению.

— Я не знаю, что мы можем сделать, — признался Костеллину лейтенант. — Мы можем разместить несколько тысяч человек в ангарах и залах ожидания, но все время прибывают новые беженцы. Мы попросили помощи у соседних городов, и они согласились принять некоторое количество беженцев, но у них самих немного места. Да и многие из людей в любом случае не хотят никуда ехать. Они беспокоятся о родственниках и друзьях и надеются найти их здесь. А еще они боятся, что, если уедут в новые незнакомые города, там их отправят на нижние уровни и бросят на произвол судьбы.