Стать фениксом - Путешественница

— Дарк, ты вообще знаешь, на какое занятие ты пришел?

Я уставилась в пол и процедила, глубоко вогнав ногти в ладони:

— Меня как-то забыли предупредить о текущем расписании.

— Хорошо, я лично напишу его тебе, если, конечно, ты пояснишь, что за язык ты здесь расшифровывал с таким усердием.

— Э-э… — смешалась я. Но все же решила, что хуже уже не будет, и ляпнула первое, что на ум пришло: — Хеттский.

— Хеттский, значит. Ну-ну. Задержись на полстигны. А вы что здесь столпились? Занятие закончено.

Окружающих ребят как ветром сдуло. Наставник же неуловимым движением заставил загореться перед собой прямо в воздухе небольшой полупрозрачный экран, что-то быстро набросал на чистом листе и протянул мне со словами:

— Не потеряй. Второй раз писать не буду.

— Спасибо.

— Расписание составляется на пол-луны, — пояснил наставник, заметив моё недоумение.

— А, да, хорошо. А потом что, новое?

— Нет, сначала.

По голосу наставника я поняла, что лучше не задавать больше никаких вопросов. Ещё раз поблагодарив, я выскочила из класса. Мэриот, как обычно, ждал чуть дальше по коридору, опершись спиной о стену. Странный он: не разговаривает, не отвечает на вопросы и вообще старается держаться подальше, будто побаивается, что нас могут увидеть вместе. Я вспомнила, что мальчик никогда не позволял мне идти рядом с ним, всегда позади. Когда же я попыталась сесть с ним за один столик в столовой, то Мэриот взял свой поднос и отсел.

Мне стало жутко обидно. Неужели и здесь я буду изгоем? Но я не хочу! Хотя… Я невесело усмехнулась. Похоже, только это поможет сохранить мой секрет. Но столько лет жить одной… это жестоко. Всё здесь жестоко. У меня со вчерашнего всё тело болит, ещё и этот Дар взъелся. Но я не смогу прыгнуть выше головы! Неужели наставники этого не понимают?

Оказывается, не понимают, и понять не хотят. Особенно этот Хисорен, который вел у нас основы рукопашного боя. Судя по расписанию, его уроки были каждый день, что меня отнюдь не обрадовало. И, естественно, в таком разбитом состоянии я не смогла преодолеть и двух кругов, в то время как остальные пробежали уже пять.

— Если ты думаешь, что я буду устраивать тебе каждый день поблажки, то ты крупно ошибаешься, — раздался голос наставника, едва пробиваясь сквозь грохот крови в ушах. Я же валялась на прохладном песке и мечтала, чтобы всё это издевательство быстрее прекратилось.

На растяжке я была скорее похожа на овощ, терпеливо снося все мытарства над своим телом и с удивлением отмечая, что в этот раз уже не так больно. Но драться я все равно была не в состоянии, поэтому почти до конца тренировки пролежала сбитая с ног первым же ударом, симулируя глубокий обморок. Наставник и остальные делали вид, что поверили и не замечают меня. Почти до конца спаррингов. А потом наставник поднял меня за воротник рубашки и поставил перед ребятами со словами:

— С сегодняшнего дня начинаем отрабатывать удары при работе в группе. Умудритесь прибить этого хлюпика — шеи посворачиваю.

Наставник отпустил меня, и я тут же осела обратно на землю, с ужасом глядя на подступающих соперников.

— Вставай, — толкнул меня носком сапога в спину наставник, но я только судорожно замотала головой. Они меня убьют.

— Вставай! — рявкнул Хисорен и рывком вновь поставил меня на ноги. Я закрыла глаза и сжалась в ожидании неминуемой боли.

— Да расслабься ты, — хлопнули меня по плечу, а в следующее мгновение я, даже не поняв как, сидела на спине упавшего мальчика и заламывала ему руку за спину.

— Ой, извини. Я нечаянно.

Я поспешно вскочила на ноги и тут же согнулась от удара в живот. Удары посыпались со всех сторон, и вскоре я уже ничего не видела и не чувствовала.

* * *

— Ну и как там наш уникум?

— Интересный парень, — отозвался Хисорен, не глядя на собеседника. — Есть в нём что-то… не смог ещё толком уловить. Такое ощущение, будто в нем уживаются одновременно два существа. Похоже, он скрывает свою сущность, но причин этого я понять не могу. Он слишком скрытный и действует крайне редко. Не знаю, чего он боится, но расшевелить мальчонку весьма и весьма проблематично. Зато когда получается — любо-дорого посмотреть! Однако вылезая буквально на пару мигов, он тут же вновь прячется в свою скорлупу хлюпика. Такое чувство, будто мальчишка до сих пор не понимает, куда поступил, и просто-напросто слишком боится причинить вред окружающим. Но если так пойдёт и дальше, то мы не получим ничего, кроме очередной пустышки.

— То есть?

— Он не выдержит программу третьего курса. Слишком большой разрыв между ребятами и его текущим состоянием, а ограждать мальчонку я не собираюсь. Или он выбросит из головы все свои идиотские принципы, или его быстро сломают, а там будет проще исключить, чем тянуть дальше. Если бы Дарк начал с первого курса, то у него были бы большие шансы, а так…

— Третий и не раньше, — отрезал Варан. — Если не сможет приспособиться, его проблемы. У нас нет возможности его изучить, так пускай выживает, как сам знает. Мы и так рискуем, не понимая толком, с кем связались и на что он способен. Дожил же парень до этого возраста. Вполне возможно, что мальчонка ведёт какую-то свою игру, надеясь, что мы пойдём на уступки или пытается скрыть что-то, что считает важным. Однако обидно будет, если мы его потеряем. Ребёнок — носитель редких способностей. Если их раскрыть и развить, то он может стать одним из сильнейших фениксов современности. С другой стороны, как-то защищать его и выделять из общей массы ещё больше я не хочу. Мальчишку нужно слегка пообтесать, чтобы впоследствии не возникло вопросов и проблем с норовом, так что придерживайся пока выбранной тактики, но не слишком ссорь ребят.

Глава 4

Когда я очнулась, во дворе уже никого не было. Я сделала движение, намереваясь встать, но тут же откинулась назад со стоном боли. Тело было — один сплошной синяк. Сквозь застилавшую сознание дымку боли я попыталась понять, где очутилась. Это явно не двор.

— Очнулся? — раздался рядом взрослый голос. Я с трудом сфокусировала взгляд на склонившимся надо мной желтоволосом мужчине. У него были длинные локоны цвета зрелой пшеницы и глаза весенних листьев после дождя. Полагаю, ему было больше семнадцати лет.

— Как же ты так вляпался, а?

— Повезло, полагаю, — прохрипела я, отвернувшись.

— Ну-ну, везунчик. — Старший схватил пальцами мой