Гендальев - Николай Секерин

– Нуу, я же обещал, что не буду опаздывать!

Быстро прошмыгнув мимо неё, он включил чайник.

– Кофе?

– Да, пожалуй, – ответила Милана.

***

После обеда он поехал в суд.

Такая страшная поначалу, эта часть работы стала для него теперь обыденной и почти привычной. Его участие в заседаниях ограничивалось одним и тем же арбитражным судом, по одним и тем же типовым делам и почти всегда у одних и тех же судей.

Мелкие задолженности ответчиков, которые и на заседания то практически никогда не являлись. От него требовалось только менять данные в исковых заявлениях, сдавать документы и присутствовать в скучном однообразии судебного процесса.

Арбитражный суд располагался в невзрачном двухэтажном здании, половину которого вместе с судом делил пенсионный фонд. Здесь рассматривались споры между организациями, и для провинции такого маленького помещения было вполне достаточно. Люди всё ещё не особо доверяли правосудию и решались судиться в самую последнюю очередь. А что есть организации, как не собрание этих самых людей?

Он вошёл внутрь и показал паспорт судебному приставу на входе.

– Проходи, – сказал тот.

Пристав его уже знал и в документ даже не посмотрел.

Внутри пахло канцелярией и смесью запахов пота и парфюмерии. По тускло освещённому коридору сновали туда-сюда молодые люди и девушки, держа обеими руками толстые папки. Он поднялся по лестнице на второй этаж и остановился перед дверью с табличкой «Судья А.И. Товарова».

Прислонившись к стене, он достал из кармана мобильник и написал смс Соне. Удостоверившись, что сообщение доставлено, он включил незамысловатую игру и упулился в маленький экран.

Дверь кабинета судьи Товаровой открылась, и симпатичная секретарь провозгласила:

– По иску «И рыба и мясо» есть?

– Да! – он торопливо убрал мобильник.

– Давайте паспорт и доверенность, – сказала секретарь.

Гендальев дал, девушка исчезла за дверью.

Через минуту она вернулась:

– Проходите.

Он быстро вошёл в кабинет. То, что Гендальев привык к судам и воспринимал походы сюда как обыденность, было не совсем точным. Пожалуй, он просто свыкся с неприятным. Судей Виктор продолжал бояться как огня. Эта разновидность юристов была, что называется, на верхних ступенях бизнес иерархии. К этой должности люди стремились годами и, сев однажды в мягкое кресло, предпочитали оставаться в нём как можно дольше.

У них, конечно, тоже были свои сложности, тайные знания и негласные правила поведения, но этого, таким как Гендальев, знать было не положено. Он видел перед собой небожителей, величественных тёть и дядь, в руках которых была сосредоточена ВЛАСТЬ.

– Здравствуйте, – промямлил он.

В громадном кресле у окна за массивным столом сидела женщина средних лет и листала папку с надписью «Дело». Не удостоив Гендальева взглядом, она указала быстрым жестом на стулья, стоящие возле стены.

– Проходите, присаживайтесь.

Он послушно прошёл и присел.

Женщина продолжала листать папку.

– Так, акты выполненных работ на месте, вижу. Хорошо. Что там ответчик, Лена, уведомление вернулось? – спросила она секретаря.

– Да, вернулось, – с готовностью ответила Лена.

– Когда получили извещение о судебном заседании?

– На прошлой неделе.

Судья продолжала быстро листать дело.

Просмотрев, таким образом, всю папку она, наконец, подняла глаза на Виктора и сказала:

– Ладно, откладывать не будем, решение сможете получить через неделю. Не смею вас больше задерживать.

Гендальев быстро встал.

– Спасибо большое. До свиданья.

– Подождите, – сказала секретарь. – Паспорт, доверенность.

– Ах да, спасибо, – он схватил документы и вышел из кабинета.

Чего он так боялся? Что решение вынесут не в пользу конторы, в которой он работал? Что его вдруг что-то спросит эта невзрачная, похожая на лягушку, судья Товарова, а он не сможет ответить? Это было чем-то вроде страха перед змеями, или крысами, которые вроде как могли быть в зарослях высокой травы. Ты идёшь по тропинке, задевая ногами колючки, и вздрагиваешь от каждого шороха, даже не задумываясь о том, что именно могут тебе сделать эти несчастные создания, даже если они и есть в зарослях.

Он спускался по лестнице, когда неожиданно зазвонил телефон. Достав трубку из кармана, Гендальев сильно удивился. Звонил начальник отдела Полуоткатов, что было очень необычно, так как сношался он как правило, всегда с Миланой, а уж она, в свою очередь, перепоручала что-то из мелких задач Виктору.

– Да, здравствуйте, Семён Вадимович! – он постарался вложить в интонацию как можно больше уважения.

– Привет, привет, – заговорил быстрый голос, – Витя, ты где сейчас?

– Я в арбитражном суде, Семён Вадимович! Сейчас вот закончилось заседание по делу…

Полуоткатов его перебил, ему явно было неинтересно какое заседание, и по какому делу сейчас закончилось.

– Я заеду за тобой, подожди меня у входа, ты мне будешь нужен.

Какой ещё ответ можно было дать начальнику твоего начальника в подобной ситуации, кроме как:

– Конечно, Семён Вадимович!

Начальник разъединился, и Виктор быстро вышел из здания, будто Полуткатов уже давно его там ждёт.

Холодный октябрьский ветер усиливался, вдобавок ещё и накрапывал противный дождь. Гендальев натянул шапку и застегнул до конца куртку, удерживая под мышкой портфельчик из кожзаменителя.

Как и следовало ожидать, Полуоткатова ещё не было и в помине. Тем не менее, он решил не отходить от входа в суд, ведь ждать ему велели именно здесь. По расположенной вблизи проезжей части сновали туда-сюда машины.

Прошло минут двадцать, прежде чем Виктор заметил, наконец, синий седан Полуоткатова. Не дожидаясь, пока начальник позвонит, Гендальев быстро направился к дороге. Машина остановилась, и Полуоткатов призывно замахал рукой. Виктор открыл дверцу пассажирского сиденья и сел.

– Здравствуйте! Ой, я мокрый, вам тут сейчас сиденья намочу.

– Хрен с ним, закрывай быстрей, ветер этот галимый, фу!

Он закрыл дверь и с готовностью закивал, мол, да, он согласен, ветер действительно галимый. Машина тронулась.

– Протри очки свои, все мокрые вон, – скомандовал Полуоткатов.

– Ах, да, – хохотнул Виктор. – Да уж привык пока стоял. Он достал платок из мокрых брюк и протёр толстые стёкла.

– Зачем на улице то стоял? Я же сказал: позвоню, как подъеду, – упрекнул Семён Вадимович, хотя такого он не говорил.

Не дожидаясь ответа, начальник продолжил:

– Ладно, слушай, Витя, у нас важное дело есть по предприятию. Мне нужна будет твоя помощь. Ты слышал, наверное, про Куропаткиных?

– Те, что отравились колбасой и в суд подали на нас? Конечно, слышал.

– Да-да, – нетерпеливо сказал начальник. – В общем, завтра в первой половине дня надо будет кое-что сделать. Что именно, я тебе расскажу чуть позже, а сейчас мы едем в областной суд, зайти к одному крупному судье.

Он замолчал, ожидая, что Витя издаст какой-то звук, подтверждающий принятие этой части информации.

– Ага, – сказал Витя.

Полуоткатов кивнул:

– Значит,