Том 13. Положите ее среди лилий. Плоть орхидеи. Ловушка мертвеца - Джеймс Чейз

Она покачала головой, хотела что-то сказать, но передумала.

— А что за работа? Тебе нужна сиделка?

— Моему другу. У него неладно с легкими и требуется квалифицированная сиделка. Денег у него достаточно.

Она задумалась, потом отрицательно покачала половой.

— Нет, я не могу пойти на это. И рада бы, но…

— Но ведь Ассоциация не станет возражать!

— Я не работаю на Ассоциацию.

— Тогда еще проще. Разве нет? И если ты согласна…

— У меня контракт с доктором Зальцером. Он содержит лечебницу на бульваре Футхилл. Разве ты не слыхал о нем?

Я кивнул.

— Это врач Мэрилин?

— По крайней мере, я так думаю. Но он никогда ее не навещает.

— Ну что ж, это может делать его ассистент.

— Но к ней никто не приходит!

— Это странно, правда?

— Ты задаешь слишком много вопросов.

— Значит, она не настолько больна?

Она пристально посмотрела на меня.

— Между нами говоря, не знаю. Я никогда ее не видела…

Я выпрямился в кресле.

— Никогда не видела? Что ты имеешь в виду? Ты же ее сиделка, не так ли?

— Я бы не сказала тебе об этом, но в последнее время меня одолевают сомнения, и я должна с кем-то поговорить. Ты только не говори никому об этом, хорошо?

— Кому я могу сказать? Значит, ты утверждаешь, что никогда не видела Мэрилин Кросби?

— Да. Сестра Флемминг не пускает меня в ее комнату. Моя работа — принимать посетителей, но их никогда не бывает.

— А что ты делаешь по ночам?

— Ничего. Когда звонит телефон, я должна ответить. Но телефон тоже никогда не звонит…

— А ты не пробовала заглянуть в комнату Мэрилин?

— Пробовала. Дверь всегда заперта. Держу пари, что Мэрилин вообще нет в доме.

— Где же она может быть? — меня охватил охотничий азарт.

— Если Флемминг сказала правду, она может находиться в клинике Зальцера.

— Как объясняет это сестра Флемминг?

— Она утверждает, что девушку лечат от наркомании.

— Почему же она прямо не скажет, что Мэрилин в лечебнице? К чему держать двух сестер в пустом доме?

— Откуда я знаю? — она отпила немного виски из стакана. — Как бы то ни было, все это чертовски странно…

— Да-а… Так почему же ты не можешь уйти?

— У меня контракт на два года.

Я погладил ее колено.

— Что за человек этот Зальцер? Я слышал, что он шарлатан…

Она игриво хлопнула меня по руке.

— Он в порядке. Возможно, он шарлатан, но люди, которых он лечит, об этом не догадываются. Он лечит их голодом. А они, чтобы стать стройными, закрывают на все глаза.

— Ты сумела бы найти Мэрилин в лечебнице? — спросил я, а моя рука поползла по ее бедру выше. Она хлопнула ладошкой посильнее.

— Ты опять о Мэрилин!

Я потер руку.

— Ты больно бьешь!

Она рассмеялась.

— А ты не лезь куда не следует!

Неожиданно в дверь позвонили.

— Не открывай!

— Не будь глупым. — Она встала с дивана. — Это всего лишь бакалейщик. Я вернусь и накормлю тебя, а то как бы ты не умер с голоду.

Она вышла и закрыла за собой дверь. Я выпил немного и прилег на диван. Что ж, девушка рассказала мне много интересного. Я принялся обдумывать, как бы проверить финансовые дела Мэрилин. Мои мысли вернулись к Брендону. Если Гленн и Копли будут стоять у меня за спиной, Брендон не отважится замазывать это тухлое дело. «Гленн и Копли» — солидная и пользующаяся уважением адвокатская контора в Калифорнии. Она не из тех, которые покорно позволяют вмешиваться в свои дела каким-то грязным копам вроде Брендона. При желании они легко могут вышвырнуть его со службы.

Неожиданно я подумал, что сестра Гарней отсутствует гораздо дольше, чем требуется для расчета с бакалейщиком. Я вскочил с дивана и, не услышав никаких голосов, распахнул дверь. Никого. Наружная дверь приоткрыта. Я выглянул в коридор. Тоже никого. Дверь напротив закрыта. Я вернулся и стал ждать. Но больше пяти минут не выдержал. Снова подошел к входной двери. Девушки не было.

Сестра Гарней бесследно исчезла!

Глава 11

Я выглянул из окна гостиной, но увидел лишь свой «бьюик». Без обуви она не могла далеко уйти, если ее не… Тут я вспомнил Мэри Дрю, шарф вокруг ее шеи… Я не знал, что предпринять. Девушка словно растаяла в воздухе. Вышла из гостиной и исчезла. Ни крика, ни крови — ничего! Что же делать?

Выйдя в коридор, я посмотрел на дверь напротив. Подошел к ней и нажал кнопку звонка. Дверь почти тут же открылась. Можно было подумать, что женщина, возникшая на пороге, специально дожидалась моего звонка.

Это была невысокая пухлая блондинка лет сорока. Она мило улыбнулась.

— Простите за беспокойство, — произнес я. — Мне нужна сестра Гарней. Она живет там, не так ли? — я махнул рукой в сторону противоположной двери.

Женщина была одета в желтую юбку и блузку. Держа в руках пакет со сливами, она подозрительно смотрела на меня.

— Да, — ответила она, между делом выплюнув косточку в кулачок. — Хотите сливу?

Я поблагодарил ее и отказался.

— Вы видели ее?

— Кого?

— Сестру Гарней! — я едва сдерживался. — На мой звонок никто не ответил, а дверь не заперта. Не зашла ли она случайно к вам?

Голубые глаза недоуменно уставились на меня.

— Сестра Гарней? А зачем ей заходить ко мне?

Я спустился по лестнице и направился к двери с надписью «Привратник». На стук вышел тощий мужчина, от которого пахло виски.

— Да? — равнодушно спросил он.

Я почувствовал, что его надо хорошенько встряхнуть. Иначе не добьешься никакого толку. Я схватил его за грудки.

— Послушай, приятель! — сказал я грубо, подражая городским копам. — Что у тебя там с квартирой 246?

— С чем? — он тупо смотрел на меня. — А что с квартирой 246?

— Это я тебя спрашиваю! Дверь открыта, а внутри никого нет. Ты должен знать, почему открыта дверь.

— Она дома, — пробормотал он, — в это время она всегда дома. Прекрасная девушка, и не понимаю, зачем она могла понадобиться полиции.

— Разве я сказал тебе, что она понадобилась полиции? — удивился я и тут же строго добавил: — Я хочу знать, почему ее дверь открыта. Пошли вместе и посмотрим.

Он покорно пошел за мной.

— Если бы она уехала, ты бы заметил?

— Разумеется, — ответил он. — Окно моего служебного помещения выходит прямо на улицу.

— Ты уверен, что она не выходила на улицу в течение последних десяти минут?

— Вот этого я как раз не знаю. Я готовил себе ленч.

Мы осмотрели все углы квартиры и коридор. Сестра Гарней испарилась.

— Как же она могла выйти, минуя парадный выход? — недоумевал я.

После некоторого размышления он сказал, что другого выхода в доме нет. Я показал ему на квартиру напротив.

— Кто эта полная женщина?

— Здесь? — он указал на квартиру 244.

— Да.

— Здесь никто не живет. Эта квартира сдается.

Меня словно током пронзило. Я бросился к двери.

Она была заперта. Я нажал кнопку звонка, но никто не отозвался.

— Где запасной ключ?

Он порылся в кармане и протянул мне ключ. Я открыл дверь и вошел в квартиру, как две капли похожую на квартиру сестры Гарней. Везде было пусто. Окно ванной комнаты выходило на пожарную лестницу. Я распахнул его и выглянул наружу: внизу была безлюдная аллея, выходящая на улицу. Крепкому мужчине не составляло особого труда спуститься отсюда с девушкой на плече и уехать на машине.

Глава 12

Были времена, когда я с гордостью думал о своей роскошно обставленной конторе. Мы с Паулой потратили на обстановку немало денег. Но потом эйфория прошла, да к тому же я мог сравнить ее с конторами других фирм и понемногу перестал гордиться. А сейчас, когда я вошел в кабинет Манфреда Уиллета, президента фирмы «Гленн и Копли», я понял, что мой кабинет — всего лишь лачуга…

Высокая комната, стены обиты дубовыми панелями, в дальнем конце — большой стол, за ним — три огромных окна. Несколько кожаных кресел полукругом стоят у камина. Толстый ковер покрывает пол. Каминная решетка блестит медью и нефритом. Бесшумный кондиционер поддерживает приятную прохладу…

Манфред Уиллет сидел в кресле за столом и курил сигару. Он был высок и крепок, лет сорока. Чисто выбритое лицо, черные с проседью волосы. Тщательно одет.

Я начал с того, что показал письмо Дженнет, рассказал о визите к Мэрилин, упомянул о докторе Бьюли, Дуане, смерти Мэри Дрю. Передал разговор с капитаном полиции Брендоном. Не забыл упомянуть и о его предупреждении, чтобы я не лез в дела Мэрилин и доктора Зальцера. Закончил свой рассказ посещением сестры Гарней и ее таинственным исчезновением.

Это был довольно длинный монолог, но Манфред Уиллет не перебивал меня, лицо его оставалось непроницаемым.

— Вот и вся история, — закончил я и стряхнул пепел с кончика сигареты в пепельницу, которую он мне предупредительно подсунул. — Не сочтите за назойливость, но я подумал, что вы, как опекун состояния Кросби, должны быть информированы обо всем. Брендон велел вернуть пятьсот долларов. — Я вынул бумажник и выложил на стол пятьсот долларов. — С другой стороны, мистер Уиллет, мне показалось, что вы можете заинтересоваться расследованием, а кроме того, и для меня оно представляет интерес. Откровенно говоря, мистер Уиллет, я хотел бы продолжить это дело.