Адора - Бертрис Смолл

По прибытии во дворец Али Яхиа проводил Феодору и Ирину в их покои — две совсем маленькие комнаты, убранство которых отнюдь не блистало роскошью.

Увидев новое жилище госпожи, Ирина рассердилась и набросилась с упреками на Али Яхиа:

— Моя госпожа лучше жила в монастыре, чем здесь. Где слуги? Где сад? Это жилище больше подходит рабыне-наложнице, чем жене султана Турции и дочери императора Византии!

— Принцесса еще ничем не заслужила расположения моего господина, — спокойно ответил Али Яхиа.

— С каких это пор византийская принцесса должна заслуживать чью-то любовь, чтобы получить сносное жилье?

— Ты требуешь у меня ответа, женщина, на вопрос, который надо задавать не мне. Я всего лишь слуга султана и выполняю его приказы. Так что успокойся и смирись. Может быть, впоследствии все изменится и твоя госпожа получит апартаменты, положенные ей по рангу.

Феодору в отличие от Ирины совершенно не беспокоило то, в какие комнаты ее поселили. Она вообще почти ничего не замечала. Слуги султана отвели ее в ванную, где тщательно вымыли и сделали массаж, умастив душистыми благовониями. Во время всех этих манипуляций Феодора не произнесла ни слова, но в душе ее все вопило:» Мурад! Мурад, где же ты?«

А он был совсем рядом и разговаривал со своим братом Сулейманом в другом крыле султанского дворца.

— Ты не знаешь, — спросил Мурад брата, — правда ли, что Иоанну Кантакузину опять нужна наша помощь?

— Не только правда, но даже больше — именно поэтому принцессу Феодору привезли во дворец, и сегодняшнюю ночь она проведет с султаном.

От такой новости в глазах у Мурада потемнело, однако брат, ничего не заметив, продолжал:

— Наш старик не очень-то хочет эту молоденькую самочку, но Иоанн требует, чтоб все условия брачного договора были соблюдены.

— Принцесса еще здесь? — спросил Мурад сдавленным голосом.

— Да. Надо сказать, она — лакомый кусочек, хотя и бледновата, на мой вкус. Бедная девочка, мне ее жаль. Наш отец, конечно, стар, но на нее у него сил хватит; к тому же он считает, что она подговорила Иоанна Кантакузина потребовать выполнения условий брачного договора.

Тут Сулеймана позвали, а Мурад поспешил к матери. К его удивлению, у нее находилась Анастасия.

— Это правда, — спросил он с порога, — что наш повелитель вызвал к себе византийскую принцессу?

— Да, — ответила Нилифер. — Анастасия говорит, что таково требование отца Феодоры. Девочка здесь ненадолго, и скоро Орхан отправит ее назад в монастырь.

Анастасия тоже хотела что-то сказать, но Мурад уже выскочил в коридор. Он никак не мог прийти в себя.» Феодора здесь!«— повторял он про себя, но это не укладывалось в голове. Самое страшное, Мурад знал, что ничем не может ей помочь.

Вдруг к нему подошла какая-то женщина.

— Моя госпожа просила передать тебе, — тихо прошептала она, — что не виновата в случившемся и ей придется выполнить супружеский долг.

Сказав это, женщина ушла с такой же поспешностью, как и появилась, Мурад же, поддавшись внезапному приступу ярости, выбежал во двор, вскочил на коня и, безжалостно погоняя бедное животное, бешено помчался из города в сторону синевших вдалеке гор.

Глава 4

Никогда еще над телом Феодоры не трудились столько людей: его мыли, массировали, натирали душистыми маслами и благовониями. Волосы Феодоры, тщательно причесав гребешками различной величины, аккуратно уложили на голове.

После того как все было закончено, пришел Али Яхиа. Осмотрев Феодору, он еще раз убедился, что девушка безупречна, вот только выражение ее прекрасных глаз очень уж печально. Яхиа объяснил эту грусть по-своему:

— Принцесса, вы замужем уже несколько лет и до сих пор не разделяли со своим мужем ложа. В том, что он призвал вас к себе, нет ничего плохого и противоестественного. — Присмотревшись к Феодоре, он вдруг понял, что она не боится будущей ночи, а просто не хочет, чтобы все случилось. Али Яхиа стало ясно, что Феодора не хочет проводить эту ночь именно с султаном.

Однако обязанностью Али Яхиа было не размышлять, а выполнять приказания султана, и поэтому он прекратил строить умозаключения, а позвал слуг, которые с надлежащими почестями повели Феодору в апартаменты султана Орхана. Али Яхиа сначала тоже пошел за ними, но потом неожиданно вернулся.

— Жди госпожу часа через два. Будь готова: она будет нуждаться в твоей помощи, — сказал Али Яхиа Ирине и поспешил за слугами, уводящими Феодору. Феодору привели в роскошно убранную комнату. Мраморный пол этой комнаты был устлан мягкими коврами, а стены обиты шелком. Посредине стояла, утопая в шелках, огромная кровать; по бокам на высоких ножках стояли два серебряных светильника, украшенных искусной резьбой. Они освещали спальню неярким, мягким светом, Слуги, приведшие Феодору, ушли, и она осталась только с Али Яхиа и задержавшейся девушкой-рабыней.

— Пожалуйста, госпожа, ложитесь в постель, — сказал Али Яхиа.

Но Феодора находилась в таком возбужденном состоянии, что не могла сделать это без посторонней помощи. Девушка-рабыня помогла ей раздеться и лечь. Потом Али Яхиа и рабыня привязали ее руки и ноги к кровати. Феодора в ужасе закричала, Али Яхиа сделал рабыне знак, чтобы та отошла в дальний угол комнаты, и прикрыл Феодоре рот рукой:

— Тихо, госпожа, вам не сделают ничего плохого. Если я отпущу вас, вы перестанете кричать? Феодора кивнула, и Али Яхиа убрал руку.

— Почему со мной обращаются, как с рабыней? — спросила Феодора сквозь слезы.

— Так приказал султан. Мой господин не принуждал вас к совместной жизни, понимая, что вы вышли за него лишь потому, что вашему отцу была нужна помощь. Он отправил вас в монастырь, где вы могли спокойно жить, и старался не тревожить вас. Однако недавно ваш отец потребовал, чтобы ваш брак с султаном перестал быть просто политическим союзом, а стал еще и союзом родственным.

— Мой отец? — Феодора не верила своим ушам. — Это потребовал он? Как он мог?

— Он опять нуждается в помощи султана. Ваша сестра и ее муж пытаются лишить его власти, и ему, во-первых, опять нужны солдаты, а во-вторых — наследник., Он предложил моему господину много золота и все укрепления на Галиопольском полуострове с условием, что у вас родится мальчик.

Теперь Феодора все поняла; ей стало больно из-за того, что во всех несчастьях, свалившихся на ее голову, оказался виновен человек, которого она так любила, — ее отец. Внезапно ее мысли потекли в другом направлении.

— Почему меня привязали? — спросила она.

— Потому что вы еще неопытны в искусстве любви. По своей неопытности вы можете сопротивляться тому, что будет делать султан. Вас следовало бы обучить всему, но у нас нет на это времени. Успокойтесь, а мы постараемся подготовить вас к приходу султана. Думаю, вам придется провести с султаном ночи четыре, а потом, если все будет хорошо и вы зачнете, сможете уехать обратно в монастырь. Вы должны слушаться султана, а то придется ждать еще месяц.