Гора сокровищ - Луис Ламур

И зачем я сшил себе этот прекрасный костюм? Когда еще я смогу его надеть? И что я делаю в этом роскошном отеле? Мое место у костра, среди ковбоев и на постоялых дворах, ведь я бродяга, все мое имущество — лассо и седло. И лучше мне об этом не забывать.

Впрочем, иногда мужчина может забыть о своем происхождении. Вот Оррин, например. Женщины не зря любят его — он красив, хорошо танцует, любит музыку, а поет так, что бобры вылезают из своих прудов послушать.

Ничего этого нельзя сказать обо мне. Я — крупный мужчина непримечательной наружности, у меня широкие плечи, большие руки, лицо широкоскулое и книзу сужается. В дополнение ко всему оно обезображено шрамами, которые я получил в таких местах, куда приличные люди предпочитают не соваться. Есть у меня шрамы и на сердце — женщины, которым я оказывал внимание, рано или поздно бросали меня.

Мягкие ковры, белое белье, сверкание дорогого стекла и серебра — все это не для меня. Я рожден для того, чтобы дышать запахом горящих сосновых веток, спать под открытым небом, прямо на земле или под фургоном, вдыхать запах паленой шерсти, когда клеймят животных, или запах пороха.

Тем не менее я начистил свои сапоги, пригладил, насколько мог, волосы и, подкрутив усы, спустился в ресторан.

Ловушки, которые ставит нам жизнь, не всегда сделаны из стали, да и приманкой часто служит совсем не то, что думаешь.

Когда я вошел в ресторан, она сидела в одиночестве, а когда взглянула на меня, ее глаза расширились, а на губах заиграла легкая улыбка.

Она была красива, так красива, что мое сердце заболело при виде ее. Неожиданно мне стало страшно, и я уже собрался было уйти, но она быстро и грациозно поднялась и сказала:

— Мистер Сэкетт? Вы — Вильгельм Телль Сэкетт?

— Да, мэм, это я. — Я теребил в руках шляпу. — Да, мэм. Я собирался поужинать. А вы уже отужинали?

— Я ждала вас, — ответила она, опустив глаза. — Боюсь, вы подумаете, что я веду себя чересчур смело, но я…

— Ничего подобного, — ответил я и пододвинул для нее стул. — Мне ужасно надоело ужинать одному. Похоже, только я ужинаю здесь в одиночестве, больше никто.

— А вам часто приходится бывать в одиночестве, мистер Сэкетт?

Она взглянула на меня своими большими, нежными глазами, и я почувствовал, что теряю голову.

— Да, мэм. Я много путешествовал по таким местам, куда не ступала нога человека, по горам и далеким равнинам, где не встретишь никого… кроме грабителей да, изредка, койотов.

— Вы, должно быть, очень смелый человек.

— Нет, мэм. Я просто не знаю другой жизни. И все это кажется вполне естественным, если ты вырос на лоне природы.

Мне вдруг стало трудно дышать — черт бы побрал эти тугие воротнички! Они всегда натирают мне шею. Да еще револьвер съехал на живот и нещадно давит. Я почувствовал, что на лбу у меня выступили капельки пота, я мучился от того, что не могу их вытереть.

— Ваше лицо такое… такое жесткое! Я имею в виду кожу, она похожа на красное дерево.

— Ну, сейчас она еще не такая жесткая, — сказал я. — Обычно бывает и грубее. Помню я, было время…

Но я вовремя остановился — это была история не для нежных девичьих ушей. Она неожиданно дотронулась до моего лица:

— Вы не возражаете? Я просто хочу убедиться, что ваша кожа в действительности такая, какой кажется.

Ее рука была нежной, как перья голубки. Я почувствовал, что мое сердце бешено заколотилось, и испугался, что она это тоже услышит. Давно уже ни одна женщина не обращалась со мной так.

Вдруг кто-то подошел к нашему столу.

— Мистер Сэкетт? Вам записка, сэр. — Тут тон говорившего слегка изменился, и я узнал голос Иуды: — Здравствуйте, мисс Бастон.

Глава 5

Это имя произвело тот эффект, на который и рассчитывал Иуда, — я вернулся с облаков на грешную землю. Одного слова оказалось достаточно, чтобы разрушить воздушный замок, который я выстроил в своем воображении, но я был благодарен Иуде — мне в этом замке делать нечего. Ни одна красивая девушка не станет кокетничать с таким мужчиной, как я, просто так, без всякого умысла.

Мисс Бастон улыбнулась Иуде своей приветливой улыбкой, но мне показалось, что в ее глазах сверкнула ярость. Будь у нее такая возможность, она убила бы его на месте.

На мгновение я забыл о записке, которую передал мне негр, но Фанни напомнила мне о ней.

Иуда ушел, не дождавшись ответа на свое приветствие, но я не думаю, что он надеялся его получить. Мисс Бастон посмотрела на записку в моей руке и сказала:

— Ну, вот так всегда — как только я завожу разговор с красивым мужчиной, тут же кто-нибудь вмешивается и отвлекает его. Прошу вас, прочтите эту записку позже.

Но я только улыбнулся в ответ — ко мне уже вернулась способность рассуждать здраво.

— Я думаю, там что-то важное.

Развернув записку, я прочитал: «Сегодня в 11 вечера в доме Абсента». Вместо подписи одним быстрым движением пера, но на удивление похоже, был нарисован профиль Тинкера.

Я сложил записку и, спрятав ее в карман рубашки, застегнул пуговицу. Я почувствовал, что Фанни сгорает от желания вырвать у меня эту записку своими белыми ручками, но пусть не надеется — она получит ее только в том случае, если убьет меня! Я догадался, что она тоже это поняла.

— Я так мечтал познакомиться с вами, мэм, — солгал я, а потом добавил: — Оррин сказал мне, что уже встречался с вами один раз и скоро снова собирается вас увидеть.

Ресницы Фанни дрогнули — мои слова озадачили ее. Неужели я виделся с Оррином? Планируя убрать моего брата, она конечно же не учла, что люди видели ее в обществе Оррина и рассказали об этом мне. Люди вообще от природы разговорчивы и всегда готовы поделиться с собеседником тем, что видели и слышали. В этом-то и была ошибка Фанни — никогда не надо забывать о свидетелях, если хочешь кого-то убрать.

Я увидел, что Фанни нервничает, хотя и пытается это скрыть, — ей не давал покоя вопрос, видел ли я на самом, деле Оррина, или нет, и разговаривал ли с ним?

— Боюсь, вы неправильно поняли своего брата, — сказала Фанни, стараясь скрыть свое беспокойство. — Мы с ним встретились случайно и виделись недолго. А знаете, мне он очень понравился. Собственно, я пришла сюда затем, чтобы разузнать, где он. Он должен был зайти к нам, но почему-то не зашел, так что, когда мне сказали, что вы в городе, я решила спросить вас. Не знаете ли вы, где ваш брат?

— А я собирался задать этот вопрос вам, мэм. Он всегда держит свои обещания, так что, если он не пришел, значит, с ним случилось что-то из ряда вон выходящее. Мы с ним собирались здесь кое-что сделать.

— Если мы можем чем-нибудь вам помочь, мистер Сэкетт, не стесняйтесь, обращайтесь к нам. У нас здесь много друзей, наша семья живет в Новом Орлеане с момента его основания.