Путь звезды - Алексей Халтурин

— То есть? Я думала, что любой мир не имеет границ.

— Да нет, отнюдь не любой. Да и мир меж миров, мы его называем Провал, тоже бывает разным. Иногда приходится сотрудничать с жителями других Гленов. Иногда бороться. Иногда мы друг друга просто не замечаем, или делаем вид.

— И что чаще?

— Чаще приходится не замечать. Хороший Хранитель никогда не вмешивается в чужие дела, если его не просят. Конечно, бывают ситуации, когда только «приглашенный со стороны специалист» сделает что-то лучше нас. Или вообще только он и сможет. О подобном могут попросить и у нас. Естественно, мы друг друга тихонечко проверим, а потом все спокойно разойдёмся.

— А если он не уйдёт?

— Даже я могу наказать подобного нахала, но мне не придётся этого делать. Существует специальный суд, разбирающий подобные споры. Он выбирает Глен, как правило, третий, которому всё это абсолютно безразлично. Именно жители этого Глена и «приводят приговор в исполнение». Всё происходит быстро, чётко и без лишних раздумий. Бывают даже миры «за решёткой». На Земле ты о них должна была слышать.

— О мирах за решёткой? Естественно, нет.

— Слышала. Как правило, это мир, в котором между добром и злом происходит борьба с применением третьей силы, мешающей и тем, и другим. Это само по себе бессмысленно — Зло без Добра жить не может, а наоборот совершенно свободно.

— А как же Ад?

— Ад — это оксюморон — сущность, противоречащая сама себе. Разве дьявол, наказывая грешников, не делает добро?

— Я никогда об этом не думала.

— А я думал, когда первый раз узнал об этом, действительно делает. А так как, делая добро, он не может делать только зло, то приходим к ранее сказанному.

— Интересный взгляд на мир. Наказывая миры, разве вы не превращаете их в ад?

— Дорогая моя, ад можно сделать проще. Достаточно замкнуть кого-нибудь на самого себя, и он никогда не сможет выбраться из собственных кошмаров. Так же никто, даже заколдовавший его, не сможет отменить заклятье. Заколдованный просто исчезает.

— И как такое осуществить?

— Берётся внешний уровень сознания и помещается под другой, желательно, пониже. Все заклятья «закольцованного» действуют только на слои сознания, оказавшиеся ниже перемещённого.

— Действительно, персональный ад.

— Для существ получше выбирают другой способ. Его перемещают в Глен, состоящий из одного мира, запечатанный волей всех тех, кого он обидел. Пока все его не простят, причём не формально, а искренне, он не сможет оттуда выйти. Все способности исчезают полностью. Мир оформлен, как картинная галерея, где каждая картина — обиженный человек, бог или другое существо.

— А если он решит отомстить, когда выйдет?

— Нет, — качнул головой Герлон, — если он отомстит, то окажется опять там же, но навсегда.

— Как всё это просто: картины, галереи… в чем смысл?

— Во времени. Смотреть на разозлённые лица слишком долго… не вдохновляет. И потом все, кого «запечатали» мной, еще, когда я был таким же, как ты, до сих пор в галереях.

— А ты злопамятный!!!

— Очень. Скорее всего, ты тоже будешь такой, как я. Далее, по возможности, без вопросов. Помни, пока ты девушка по имени Олаль — дочь Сейча Все объяснения — моё дело.

Во время разговора мы как-то незаметно вышли из замка и оказались в окрестностях другого. Я не заметила, но, похоже, Герлон опять телепортировал нас. Если бы другой замок был рядом, то я обязательно его обнаружила ранее.

Сейч, строя своё жилище, был на порядок скромнее. Да и слуг у Эноэ было побольше, что-то мне подсказывало — не все из них призраки. Вопросов я не задавала, а тихо удивлялась.

У ворот нас пропустили без малейшей задержки. Герлон лишь кивнул на ходу. У вторых ворот были настолько же, если не более, формальны. Только войдя внутрь, Герлон, остановив первого попавшего слугу, спросил:

— Эноэ у себя?

— Да, — ответил тот и пошел дальше.

Герлон ориентировался в замке, как у себя дома. Шли мы быстро, срезая дорогу, где только можно. Подойдя к определенной комнате, он отдал меч стражнику, который принял его со всем уважением. Объявлять о нашем появлении стражник не стал.

— Здравствуй, Эноэ, — сказал Герлон, как только увидел хозяина. — К моему сожалению, Сейч явиться не может. Он попросил тебя присмотреть за своей дочерью. Её зовут Олаль.

— А будет ли это удобным? Всё-таки у меня два сына, — ответил тот приятным баритоном.

— Весьма, — мягко произнёс Герлон, — королю всё можно.

— Я не король. Король у нас Сейч.

— Был. Не будем это обсуждать при его дочери, — уточнил он и, обернувшись ко мне, попросил. — Олаль, ты не можешь оставить нас хотя бы ненадолго?

Я повернулась к выходу, но меня остановил Эноэ.

— Если можно, то познакомься со своими покоями, — кивнул он в противоположную сторону, где одна из дверей мягко замерцала.

Войдя в нее, я была приятно удивлена: комната большая, но уютная, стены обшиты деревом. Я такой породы не видела, на ощупь она была удивительно мягкой. У одной из стен стояли два огромных шкафа с книгами. Каждая из книг выглядела как фолиант, кое-где я даже заметила замочки. Сбоку от них располагался письменный стол и кровать с балдахином. Всё остальное пространство было абсолютно свободно.

В начале я лишь мельком прошлась по корешкам книг, читать я их не смогла бы, поэтому особого интереса они не вызывали. Но странности продолжались: язык оказался знакомым. Это было самое странное сегодня. Иностранный текст я всегда могла читать только в транскрипции (которую выучила с большим трудом!). Однако, разговаривать я могла на многих языках, включая и довольно экзотические: хинди, банту, гуджарати… продолжать?… телугу, бенгали, думаю, хватит. Я не говорю о более распространённых. Кто-то скажет, что это невозможно, но, тем не менее, это так. В жизни я встречала и более странные вещи. Причем все их воспринимали как должное.

Взяв одну из книг (самую маленькую), я нагло завалилась с ней на кровать, впрочем, сапожки я стянула. Когда обложка книги была открыта, то её страницы озарились лёгким зеленоватым светом. Иллюстрации были более естественными, чем в современных высококачественных журналах и книгах. Текст был не черным, а розовым.

Я думала, что чуть отдохну, а после поброжу по замку.

— Интересно? — я вздрогнула от неожиданности.

Герлон забрал книгу из моих вдруг обмякших рук.

— «Книга Путей». Да, это действительно стоит почитать. Особенно тебе. Я уже второй час пытаюсь понять, чем ты так зачиталась.

— Как поговорили? — вкрадчиво спросила я.

— Неплохо. Ты стала приёмной дочерью Эноэ, а я ухожу.