Невеста темного генерала. В объятиях дракона - Элин Морт

Наконец, я добралась до нужной двери, примеченной во время моих прежних прогулок по дому. Она послушно поддалась, издав едва слышный скрип, и я оказалась в густых сумерках сада. Воздух встретил прохладной сыростью, пропитанной ароматами мокрой травы и ночных цветов. Высокие деревья, днем казавшиеся гордыми и величественными, теперь стояли таинственными силуэтами, отбрасывая причудливые тени, тревожно вытянувшиеся по земле.

Я бесшумно пробралась между ухоженных клумб, цепляясь взглядом за знакомые контуры каменных статуй, и направилась к боковым воротам, всегда наглухо запертым. Рядом с ними разрослись густые кусты, скрывающие узкую лазейку между прутьями ограды — ею пользовались служанки, чтобы сбегать к мужчинам. Не раздумывая, я нырнула в переплетение ветвей, ощутив, как острые ветки цепляются за платье, царапая кожу. Эта боль показалась ничтожной в сравнении с яркой вспышкой эйфории, охватившей меня в тот миг, когда я наконец оказалась за пределами герцогских владений.

Не позволяя себе медлить, я устремилась вперед по узким городским улочкам, спеша как можно дальше от роскоши и надзора Валмора. Дома по сторонам постепенно сменяли друг друга, в окнах горели тусклые огни ламп, бросая желтые пятна света на мостовую. Редкие прохожие, погруженные в свои мысли, проходили мимо, не обращая на меня никакого внимания, и лишь иногда доносились приглушенные голоса.

— Говорю тебе, это третий раз за неделю! — недовольно ворчал мужчина, едва заметный за приоткрытой ставней.

— Ты же знаешь, полиция отреагирует только после официальной жалобы, — устало отвечал ему другой.

Я ускорила шаг, чувствуя, как озноб пробегает по спине. Мне казалось, будто я слишком заметна, будто кто-то сейчас остановит меня, громко объявив беглянкой из особняка Валмора.

Вскоре я действительно ощутила чье-то присутствие позади. Едва различимые, легкие шаги повторяли мой маршрут, следуя по пятам. Не решаясь обернуться, я незаметно прибавила шаг, сворачивая в более оживленную часть города. Улица встретила меня огнями фонарей, негромким гулом разговоров и шагами прохожих.

— Завтра премьера в театре, — говорила женщина, теснее прижимаясь к своему спутнику. — Ты обещал билеты…

— Все устроено, дорогая, — заверил ее мужчина.

Я снова свернула, затем еще и еще, стараясь запутать преследователя среди вечерних толп, пока наконец шаги не растворились в городском шуме.

Остановившись на небольшом перекрестке, я позволила себе перевести дыхание, жадно вдыхая прохладный воздух, пропитанный запахом влажных улиц и цветов, растущих на балконах. Несмотря на чувство облегчения, расслабляться было рано. Пока я петляла, успела проверить несколько заранее намеченных мест, вслушивалась в разговоры прохожих, всматривалась в лица. Но пока мои попытки обнаружить то, что я так упорно искала, оставались тщетными, и напряжение постепенно возвращалось, сжимая сердце.

Теперь у меня оставался последний пункт — небольшое кафе на краю площади, известное лишь магам и людям, связанным с академией. Если и там я не найду искомое, придется признать поражение и вернуться в золотую клетку Валмора.

Остановившись перед неприметным зданием, я подняла взгляд на едва заметную вывеску. Сердце забилось быстрее от тревоги и надежды одновременно. Закрыв глаза на секунду, я вдохнула ночной воздух, позволяя себе ощутить краткий момент свободы.

Но радость оборвалась внезапно и жестоко.

Чья-то сильная рука грубо схватила за талию, вторая закрыла рот, и меня потащили в ближайший темный переулок, не оставляя ни единого шанса на сопротивление. Я попыталась вырваться, но через мгновение моя спина ударилась о кирпичную стену, выбивая из легких остатки воздуха.

Глава 12

Рука инстинктивно дернулась к спрятанному кинжалу, пальцы сжали его рукоять, и тело напряглось, готовое дать отпор. Но я тут же замерла, услышав знакомый низкий голос прямо возле своего уха:

— Ты совсем потеряла разум, Эмилия? Ты хоть понимаешь, что творишь?

Его голос был наполнен плохо скрываемой злостью, беспокойством и с трудом сдерживаемой тревогой. Узнав его, я облегченно выдохнула. Сердце сделало глухой толчок, и пальцы, готовые к бою, ослабили хватку, скользнув вниз вдоль бедра.

— Кайден, — произнесла я, приподнимая голову, чтобы встретиться взглядом с его глазами, которые сейчас казались особенно темными. — Ты мог бы быть поаккуратнее. Я едва не закричала.

Он недовольно сдвинул брови, и его губы сложились в тонкую линию. Сделав еще один шаг ко мне, он окончательно лишил меня возможности двигаться, снова прижав спиной к кирпичной стене переулка. Лицо Кайдена оказалось так близко, что я отчетливо видела напряженные линии его скул и глубокую складку между бровями, которая появлялась у него в минуты раздражения.

— Поаккуратнее? — процедил он сквозь зубы, с трудом удерживая контроль. — Ты хоть представляешь, что я испытал, узнав, что ты одна покинула дом Валмора? Если бы за тобой кто-то следил, если бы тебя схватили… — его голос сорвался на полуслове, глаза сверкнули яростью. — Ты должна была дождаться моего сигнала, как мы и договаривались! Представь, что я почувствовал, когда мне доложили о твоей прогулке.

— Я все проверила, — перебила я, не позволяя ему продолжить обвинения. Подбородок упрямо дернулся вверх. — Сделала несколько кругов, чтобы убедиться, что никого нет поблизости, потом — чтобы дать знак твоим людям, как ты и учил.

Кайден закрыл глаза, с шумом втягивая воздух и явно пытаясь успокоиться. Его пальцы невольно сжали мои плечи сильнее, словно он боялся, что если ослабит хватку хоть на мгновение, я снова ускользну от него, растворюсь в ночи и опасности.

— Ты всегда поступаешь так, как считаешь нужным, — произнес он тише, чем прежде, но в его голосе звучала нотка раздражения. — Никогда не слушаешься. Даже если это опасно для тебя.

— Только тогда, когда это необходимо, — ответила я с вызовом, не отводя взгляда. Однако уверенность слегка дрогнула, едва я увидела, как что-то вспыхнуло в его глазах — голодное, почти безумное желание, смешанное с гневом и болью.

Не давая мне возможности возразить, Кайден властно и требовательно приник к моим губам, заглушая любые попытки оправданий или сопротивления. Его поцелуй был глубоким, отчаянным, наполненным таким жаром и такой страстью, что дыхание сбилось, а мысли разлетелись на осколки. Я потянулась к нему навстречу, крепко обхватив его шею руками, прижимаясь всем телом, не желая и не в силах отстраниться даже на долю секунды.

Наши губы соприкасались снова и снова, словно мы пытались насытиться, восполнить все то время, что мы провели в мучительной разлуке и ожидании. Ладони Кайдена сжимали мою талию, не позволяя вырваться, но я и не