Серебряная леди - Патриция Поттер

— Мистер?.. — забывчивость была просто маленькой военной хитростью. Каталина прекрасно помнила, как его зовут.

— Кантон, — подсказал он, и усмешка на губах свидетельствовала о том, что для него не составило труда разгадать ее хитрости.

— Так рано, а вы уже на ногах… — неискренне улыбаясь, пропела Каталина.

— Как и вы, — парировал Кантон.

— Ах, — ворковала женщина, осматривая работу, проделанную всего лишь за одно утро, — но я подозреваю, что вы встали… намного раньше.

— Надеюсь, мы не потревожили ваш сон. Это было бы непростительно, — в голосе Кантона слышалось не сожаление, а вызов, и Каталина поняла, что это он стал новым владельцем «Славной дыры». И еще она поняла, что он прекрасно осведомлен о ее отношениях с предыдущими хозяевами.

— Конечно, нет, мистер… Стэнтон.

— Надеюсь, что ремонт не затянется надолго. Я нанял две бригады, чтобы не досаждать будущим соседям слишком долго.

— Это очень мудрое решение, — Каталина старалась журчанием голоса заглушить змеиное шипение. Она не любила, когда над ней брали верх.

— Я постараюсь быть вам добрым соседом, — насмехался Кантон.

— Надеюсь, вы осведомлены, что «Славная дыра»… как бы это сказать… не слишком счастливое место. Мне было бы жаль, если бы вы разорились.

— Благодарю вас за то, что вы принимаете мои заботы так близко к сердцу, — торжественно произнес Марш. — Но я могу позволить себе потерять столько, сколько потребуется.

Кэт вовремя прикусила язык, хотя ее так и подмывало сказать, что она собирается заставить его потерять все, и еще немного. Вместо этого она одарила его медовой и не менее лживой, чем у него, улыбкой.

— Если вам что-нибудь понадобится…

— Я буду знать, к кому обратиться в этом случае, — лукаво закончил Кантон. — Я уверен, вы будете моей вдохновительницей, а ваша «Серебряная леди» — образцом, к которому я буду стремиться. Ничто так не обеспечивает качество, как здоровая конкуренция.

Кэт просчитала про себя до десяти, стараясь сохранить спокойствие. Конкуренция! Ну и ну! «Славная дыра» никогда не могла составить конкуренцию ее салуну и никогда не сможет! И даже под руководством этого… упрямого осла!

— Собираетесь ли вы вести дело в салуне сами, мистер Стэнтон? — елейным голосом продолжала допрос Кэт.

— Кантон, мисс Хилльярд, — наконец поправил ее Марш. — Мисс — я правильно сказал?

— Ну, конечно, правильно, — ворковала Каталина.

— Так как мы собираемся быть добрыми соседями, почему бы вам не называть меня просто Тэйлор? Думаю, это имя легче запомнить, чем Кантон.

Он больше не пытался скрыть насмешку, и Каталина почувствовала себя ребенком, уличенным в запрещенной проделке. Ей поставили мат, и это было неприятно. Каталина привыкла выигрывать. И она победит, чего бы ей это ни стоило! Ледяная Королева погрузилась в размышления над тем, как можно расстроить планы Кантона. В ее распоряжении были различные способы, начиная от сговора с поставщиками и заканчивая обращением к кому-нибудь из приятелей Тедди, приятелей с подмоченной репутацией. На лице женщины появилась блаженная улыбка, когда она подумала о его близком падении.

— Вы правы, — согласилась Каталина и предприняла последнюю попытку выудить интересующую ее информацию. — Надеюсь, у вас есть опыт в подобных делах?

— О! Не беспокойтесь, я очень опытный человек, мисс Хилльярд, — ответил он. Ответ незнакомца был насквозь пронизан двусмысленностью, а лукавый блеск глаз свидетельствовал о том, что его опыт не ограничивался деловой сферой.

— Я и не сомневаюсь в этом, — полилась патока из уст Каталины, — будет интересно посмотреть, как ваш опыт будет применен в Сан-Франциско.

Женщина опустила глаза, и ее взгляд красноречиво уперся в ремень для винтовки, а когда она вновь взглянула в лицо Кантону, то поняла, что последний раунд прошел в ее пользу. Усмешка на лице Кантона на секунду сменилась беспомощным замешательством, что поразило Каталину.

— Вам придется быть моей гостьей на открытии салуна, — произнес Кантон, оправившись от удара.

— Когда же это будет?

— Недели через две, максимум — через три.

Каталина поразилась. Она бы заключила пари на солидную сумму, что это случится не раньше, чем через месяц.

— А жить вы тоже собираетесь здесь?

Кантон пожал плечами.

— Апартаменты будут отремонтированы в последнюю очередь, — ответил он, — а пока я живу во «Дворце спокойствия».

— В отеле Квинна Девро? — в голосе Каталины звучало нескрываемое изумление, как будто она не могла поверить, что он остановился в таком респектабельном — и дорогом — отеле.

— Вы знакомы с ним? — поинтересовался Марш.

Кэт замешкалась с ответом. Она знала о существовании четы Девро, но никогда не встречалась с ними. Они и Каталина принадлежали к разным слоям общества, а Квинн Девро был одним из немногих общественных и политических деятелей, которые никогда не посещали «Серебряную леди». О чете Девро слагались легенды. Мередит была знаменитой художницей, а ее муж завоевал известность благотворительной деятельностью и милосердным отношением к бедным. Следовало сознаться, что Каталина немного завидовала этой «золотой паре», как иногда называли Девро в газетах. У них было то, чего не было у Каталины Хилльярд: респектабельность и спокойствие. И если на респектабельность она давно махнула рукой, то спокойствие и безопасность…

— Я только слышала о них, — созналась Каталина.

— Это хороший отель, — сообщил Марш. — Один из лучших среди тех, где мне приходилось останавливаться.

— А много ли отелей вы видели?

— Больше, чем мне бы хотелось запомнить, — ответил Кантон, и впервые Каталина в звуках его голоса расслышала что-то, кроме обычной уверенности. Это были усталость и тоска, которые, нахлынув, на секунду сделали Марша беспомощным и уязвимым. На мгновение в Кантоне стало чуть больше от Бога и чуть меньше от падшего ангела. Эти чувства были знакомы и Каталине.

Все пространство между ними было пронизано вспыхивающими искрами. Узел их странных отношений завязывался все туже.

Кэт почувствовала сладкую боль в низу живота. Никогда раньше она не испытывала томительной страсти и надеялась прожить без знакомства с этим порой разрушительным чувством. Ледяная Королева брезгливо отвергала любое прикосновение мужчин, и вдруг ее собственное тело самым бесстыдным образом предало ее, проявляя желания, которые она считала побежденными. Хуже того, ее тело взывало к мужчине. Каталина оберегала себя от сильных чувств и физических желаний. Люди могут предать. Ей было бы полезно не забывать об этом. Джеймс Кэхун, человек, которому она доверяла и за которого вышла замуж, тоже был красив и привлекателен. Каталина прикусила губку и почувствовала привкус крови.